monpriv.ru
Категории
» » Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене

Найди партнёра для секса в своем городе!

Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене

Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене
Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене
Лучшее
От: Tom
Категория: Члены
Добавлено: 26.10.2019
Просмотров: 2341
Поделиться:
Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене

Накаченный Садовник С Гиганским Членом Трахнул Сексуальную Старушку Во Все Дыры

Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене

Врачи Обкончали Большие Сиськи Медсестры

Парень Получил Много Опыта, Когда Сосал В Порно Зрелому Гею Крупную Сардельку С Волосней На Лобочке

Похотливые Мамки Порно

Но у меня бизнес, а он покупатель в тот день, когда их не слишком много, и ты — ты, презренное создание — выпроводил его! Разве ты не должен быть объективным?

Я просто терпеть его не могу, Клео. Мне известно, что он имеет какое-то отношение к самоубийству Джоша… или предполагаемому самоубийству… — Когда Клео собралась его прервать, он поднял руку: Ты прекрасно знаешь, что Скотт, так или иначе, участвует практически во всех сделках с наркотиками, заключаемых в нашем округе, и что он близко знаком со всеми хиппи, а также не такими уж миролюбивыми типами, выращивающими травку на заднем дворе.

Или в государственном лесу. Большинство этих парней безвредны и выращивают её только для себя. А что касается твоего бывшего покупателя — не беспокойся, он вернётся.

Эта продажа для тебя потеряна не навсегда. Скотт может наслаждаться своей едой спокойно. И я уверен, что когда он всё съест, то вернётся к тебе и купит проклятые носки. Я знаю, что заказывала их для него, и, если я правильно помню, они прибыли на прошлой неделе, по крайней мере, я думаю, что прибыли, потому что будь я проклята, если смогу их найти.

Я, кажется, всё время кладу его вещи не на место. Улыбнувшись, Джеб покачал головой и удалился. У Клео и правда были свои методы, и он сам не хотел бы попасть к ней в немилость.

Забравшись в грузовик, Джеб бросил пакет на сиденье, включил зажигание и задним ходом выбрался с парковки. Через десять минут он уже катил по гравийной дороге в восточной части Долины, той, что вела к его участку.

Дом в широко распространённом стиле ранчо с примыкавшим к нему гаражом на две машины, был выстроен около тридцати лет назад. Он не был большим, но в нём имелось три спальни и две ванные. И хотя Джеб вытерпел много насмешек по поводу приобретения таким закоренелым холостяком, как он, очевидно семейного дома, жилище ему прекрасно подошло. Одну спальню он превратил в тренажёрный зал, другую, главную, занял сам, а третья стала хранилищем всего того, с чем он просто не знал, что делать.

Маленькая гостиная, по сути, была всего лишь продолжением кухни в задней части дома. Жилая комната в передней части использовалась редко. Фактически, затолкав туда чёрный кожаный диван, несколько ламп и старое красное клетчатое кресло с откидной спинкой, Джеб больше почти ничего и не делал с этой комнатой. Находясь дома, основную часть времени он проводил в кухне-гостиной и на смежной с ними веранде.

Открутив крышку и бросив её на высокий кухонный стол, выложенный тёмно-синими и кремовыми квадратиками, он с удовольствием сделал глубокий, утоляющий жажду глоток и не спеша вышел на веранду. Несмотря на редкие сквозные тени от решетчатой крыши красного дерева, веранда казалась раскалённой, Долина внизу исходила жаром, поэтому через секунду Джеб попятился обратно в дом. Стоя у раздвижных зеркальных дверей, он сделал ещё один глоток пива и уставился на западные предгорья напротив, обрамлявшие дальнюю сторону Долины.

Его взгляд безошибочно отыскал едва различимые контуры крыши дома Роксанны, солнце сверкало на его окнах. Напрямую, их разделяли, вероятно, только пять или шесть миль, но для Джеба это расстояние было непреодолимым. Правда заключалась в том, что он мог бы сколько угодно осматривать покрытые лесом склоны гор, и жилище Роксанны ни разу не попалось бы ему на глаза.

Однако, к его непрестанному недовольству, и первый его взгляд утром, и последний вечером были обращены к треугольному домику, в котором, как ему было известно, обитала приводящая его в ярость особа — Роксанна Боллинджер. Подобные привычки, принял непреклонное решение Джеб, следует искоренять.

Отвернувшись, он снова двинулся к холодильнику и через несколько минут уже сидел за массивным дубовым столом в гостиной, положив ноги на стул напротив, и наслаждался сэндвичем из цельнозернового хлеба с ветчиной, горчицей, латуком и маринованными огурчиками.

Уже очень давно Джеб понял, что повар из него никакой, но он также обнаружил, что не любит голодать. Поэтому у него в буфете хранились консервированные тунец, супы, соус чили, фрукты и набор приправ, которому многие бы удивились.

В холодильнике всегда имелись запасы молока, пива и заготовки для сэндвичей; морозильник был полон упаковок картофельных чипсов, бретцелей, буханок хлеба, замороженных обедов, а на особый случай там лежало несколько стейков.

В одном из отделений холодильника можно было найти немного лука и картошки, и Джеб не раз наслаждался картофелем, приготовленным в микроволновке вместе с чили, сыром и мелко порубленным луком, ощущая при этом, что тяжко потрудился ради четырёхзвёздочного обеда. С сэндвичами намного проще. Откусив очередной кусок, Джеб взял местную газету, лежащую на столе, и начал читать.

Довольно скучное занятие, поскольку, благодаря работе в управлении шерифа, он уже знал всё самое интересное, что не было напечатано. Пришлось ограничиться изучением тематических объявлений, поэтому громкие удары в переднюю входную дверь, сопровождаемые голосом брата, оказались очень кстати. Секундой позже в комнату вошёл очень похожий на него мужчина в рубашке и брюках цвета хаки. Приближающийся к сорока годам Минго Дилэни был не такой высокий и крупный, как брат.

Однако одинаковые коротко стриженые непокорные чёрные волосы, смуглая кожа и всёпонимающие тёмные глаза отличали обоих.

Леди из Долины расходились во мнениях, кто из братьев Дилэни красивее. И Минго, и Джеб имели своих сторонниц. Одно было несомненно — братья Дилэни едва ли не самые привлекательные неженатые мужчины на много миль вокруг. Тот факт, что они происходили из одной из наиболее выдающихся семей в Долине их отец был судьёй в отставке и оба оставались одинокими, заставлял радостно волноваться сердца всех свободных женщин младше пятидесяти лет в округе.

А может быть и за его пределами. Минго прошёл к холодильнику и, не дожидаясь приглашения, извлёк оттуда пиво и ингредиенты для сэндвича. Он, очевидно, хорошо ориентировался в доме брата и чувствовал себя здесь вполне уютно. Когда сэндвич, к его удовлетворению, был сооружён, Минго распахнул морозильник и ухватил пачку картофельных чипсов.

Заняв место напротив Джеба, он откусил большой кусок. Ты же знаешь, что сказал бы мне самому взять себе что-нибудь поесть. Я только предвосхитил твои слова. Разве ты не должен сегодня чем-то там заниматься в глуши? Проверять водопропускные трубы или нечто подобное? Работая в лесной инспекции, Минго являлся сотрудником маленького подразделения в пригороде Сент-Галена. Он обслуживал территорию Национального заказчика Мендочино, простирающуюся примерно на десять миль в горы к востоку за пределы долины.

И я это уже сделал. Проснулся на рассвете и проверил несколько участков. Даже при том, что в горах прохладнее, мне не хотелось совершать все эти восхождения в самую жару. К тому же сейчас время обеда. Тема отпуска была щекотливой. Джеб любил свою работу — на столько сильно, что свободное время рассматривал скорее как наказание, чем удовольствие.

Из-за этого он редко брал отгулы и, согласно документам, они всё накапливались и накапливались. Наконец наступил момент, когда сам шериф, Боб Крэддок, приказал Джебу использовать хоть несколько из них. Ворча и ругаясь, Джеб согласился, и перед ним встал вопрос, чем, чёрт возьми, он собирается заниматься на протяжении целого треклятого месяца.

Я отремонтировал все изгороди, но поскольку они были в неплохом состоянии, это не заняло много времени. Повесил пару картин в передней гостиной из тех, что хранились в нежилой комнате. Сменил масло в грузовике. О, и в понедельник я, наконец, прекратил отлынивать, арендовал безвоздушный распылитель и покрасил конюшню — греческий синий, если тебе интересно.

Не знаю, долго ли моё сердце выдержит всё это. Тебе нужно уехать куда-нибудь подальше. Ощутить аромат большого развратного города. Минго проследил за направлением его взгляда и, глотнув пива, невинно спросил:. Не помню, чтобы я упоминал её имя. По мне, так пусть там лучше живёт красивая тёлка типа Роксанны, чем Дирк Астон.

От него были одни неприятности. Проблема в том, что в Дубовая долина не место для таких, как Роксанна. От неё одни беспокойства с большой буквы, очень большие Беспокойства. Чёрт побери, ты слишком долго жил в лесах. Возможно, этот отпуск именно то, что тебе нужно, старик. Ты должен овладеть ситуацией. Женщинами, особенно подобными Роксанне, следует восхищаться и наслаждаться, а не отбрасывать их, как накопившийся за неделю мусор. Трудно предположить, что кто-то с двумя — не с одним, а с двумя!

Затем, глядя на свою запотевшую бутылку пива, осторожно произнёс:. Готов признать, ты допустил какие-то ошибки, но тебе никогда не приходило в голову, что, возможно, в крахе обоих твоих браков виноват не ты один? Одному, знаешь ли, с этим не справиться. Чтобы создать или разрушить брак, нужны двое. Этот спор не раз происходил между ними, и, скорее всего, Минго был прав. Только он никогда не предполагал, что в сорок пять лет окажется одиноким с двумя развалившимися браками за спиной Когда Джеб здраво оценивал ситуацию, что случалось нечасто, он понимал, что Минго прав, и не только его вина в том, что обе жены покинули его.

Чёрт, нельзя не признать, что его первый брак с Ингрид Гюнтер, дочерью австрийского барона, купившего половину южного края Долины, не был разумным. Ему только что исполнилось двадцать два, а Ингрид было двадцать один.

Им стоило лишь разок взглянуть друг на друга, и на них обрушился неземной жар. Через четыре месяца они поженились, ещё три, ослеплённые сексом, были безумно счастливы. К весне их аппетит друг к другу притупился, и Ингрид надоела жизнь в Дубовой долине, на которую она смотрела свысока. А Джеб не мыслил своего существования без Долины.

Так было всегда, и он рассчитывал, что так всегда и будет. Он пытался объяснить это Ингрид, но та не слушала. В конце концов, она выдвинула ему ультиматум: Иногда, когда ему было одиноко и тоскливо, Джеб задавался вопросом: Хоть убей, не могу понять, почему ты чувствуешь себя виноватым — это она ушла от тебя.

Она вышла замуж за тебя потому, что хотела уехать из Долины, но ей не хватало духу сделать это самостоятельно. Когда ты получил степень магистра криминологии, она, как и половина округа, решила, что ты мгновенно умчишься, чтобы занять должность в полицейском управлении какого-нибудь большого города.

Её расчётливое сердце, должно быть, разбилось, когда она обнаружила, что ты совершенно счастлив, оставаясь там же, где и раньше. Его брак с Ингрид, в крайнем случае, можно было бы списать на юношескую опрометчивость, но с Шэрон Фоули Он был уверен, что нашёл в Шэрон родственную душу. Оба они родились и выросли здесь. У них было общее прошлое, и, казалось, им нравится одно и то же.

Он не знал, что Шэрон хотела уехать из Дубовой долины. О, может, она и любила его вначале, но своё будущее она видела за пределами Долины, а Джебу подобная мысль никогда даже в голову не приходила.

Однажды вечером он вернулся домой и обнаружил на кухонном столе записку от жены, сообщавшую о том, что она уехала с парнем, которому принадлежит фирма в Санта Роса, специализирующаяся на стрижке деревьев. Джеб почувствовал себя опустошённым. Он понятия не имел, и для него стало открытием, что хоть Шэрон и хороша, как куколка, в то же время, она хитра, как змея.

Боль в глазах, взгляд, опущенный на стол. Верил, что она счастлива, что у них общие цели. Если бы он знал, горько размышлял Джеб, что она имеет виды на жизнь где-то в другом месте, он бы никогда не женился на ней. Он был уверен, что её связывают с Долиной те же чувства, что и его. Он представлял себе, как они стареют вместе, как их дети собираются вокруг них, как внуки весело возятся у него на коленях. Но у Шэрон были другие мечты. И он их не разделял. Он даже не знал, о чём она мечтала.

Он многого не знал. В те последние месяцы, отчаянно и безнадёжно желая сделать её счастливой, Джеб устраивал уикенды в Сономе и на побережье. Несколько ночей они провели в Сан-Франциско. Но этого было недостаточно. Когда Шэрон начала давить на него, требуя, чтобы он устроился на работу в Сан-Франциско, Джеб проявил упрямство, заявив, что здесь его дом, и именно здесь он желает жить. Он до сих пор помнил выражение её лица. Шэрон дерзко смотрела на него, уперев руки в бока: На следующий вечер он нашёл записку.

В самые безрадостные моменты своей жизни Джеб задавался вопросом, не было ли в самой его природе чего-то абсолютно неправильного. Не одна, а две жены ушли от него. И в обоих случаях, как он осознавал теперь, последней каплей становилось его нежелание покидать Долину. Он пытался посмотреть на ситуацию под разными углами, но всегда получалось одно и то же: Может быть, существовала возможность компромисса, которую он не заметил? После бегства Шэрон Джеб был полон неуверенности в себе, размышлял о том, что он сделал не так, и о том, что не так в нём самом, из-за чего две, такие разные женщины не захотели оставаться замужем за ним.

Он долго переживал, некоторое время молча страдал и раздумывал, и, в конце концов, пришёл к выводу, что брак просто не для него. Оказывается, он не очень хорош в этом, и не стоит пытаться снова. Расслышав предостерегающие нотки в голосе Джеба, Минго сменил тему, а, покончив с сэндвичем, попрощался и ушёл. Джеб сидел на своём месте за кухонным столом, уставившись в пустоту.

Может, и правда, что он до сих пор терзается из-за двух разводов. Ведь он действительно потерпел неудачу. Отогнав неприятные мысли, Джеб встал и вышел наружу. Была работа, которую следовало бы сделать, но, напомнив себе, что он в отпуске, Джеб решил посвятить послеобеденное время досугу. Он выпустил двух своих собак метисов — Дог и Босса — из конуры и, позволив им побегать вокруг и позадирать ноги, а Дог поприседать, чтобы пометить каждый куст в радиусе пятидесяти ярдов, запустил их в дом для компании.

Уже сгустились сумерки, когда он покормил собак и позволил им выйти из дома, чтобы они ещё раз побегали. Ожидая их возвращения, Джеб открыл очередную бутылку пива и устроился на веранде, наслаждаясь прохладным ночным воздухом. Собаки, в конце концов, вымотались и, слюняво расцеловав его, заняли свои обычные места рядом с ним на веранде.

Мерцая серебром на фоне чёрного неба, зажглись звёзды. Джеб сидел, постепенно погружаясь в тишь и покой. Он был в хорошем настроении. А затем его взгляд неминуемо обратился к сияющему через долину свету из окна домика Роксанны Боллинджер. Он горел, как маяк в ночи. Единственный свет, озаряющий тьму. Эти ночные часы всегда были его самым любимым временем суток, но теперь… теперь, с горечью подумал Джеб, они стали для него наихудшими.

Одетая в безразмерную белую футболку, Роксанна долго сидела на улице, потягивая из стакана чай со льдом, пока совсем не стемнело, впитывая в себя покой и упиваясь освежающей прохладой, сменившей дневную жару.

Что это за звук? Или, — она вздрогнула, — пума? И ночное небо над ней Безбрежный черный бархат, усыпанный мириадами сверкающих бриллиантов. В низине мерцали городские огни, подмигивая ей и заставляя чувствовать себя, словно орел в гнезде, озирающий мир с высоты. Её взгляд проследовал через предгорья на восток, и Роксанна обрадовалась, заметив свет на полпути к темному склону.

Она почувствовала сопричастность, разглядев огонек, пылающий в кромешной тьме. Поскольку час был поздний, стало прохладно, и, поеживаясь, Роксанна вернулась в свою уютную хижину. И своего сотового телефона. Конечно, она не собиралась долго оставаться без энергии: Опустившись на двуспальную кровать, установленную в самой большой комнате, Роксанна заснула, планирую свершения на следующий день.

И когда рассвет прервал ее сон, она вылезла из постели полная энтузиазма. Быстрый душ, чашка кофе, сваренного на печи в древнем алюминиевом кофейнике, миска хлопьев и банан, — Роксанна готова к любому испытанию. Сегодня она надела джинсовые капри и белую рубашку, усыпанную голубыми незабудками, а роскошные волосы аккуратно заплела во французскую косу. Было еще раннее утро, когда она взяла вторую чашку кофе, вышла на настил и остановилась, восхищаясь открывающимся видом. Утренний воздух был мягким, небо ослепительно синим, а горы и предгорья, окружавшие долину бесконечной зелёной сферой, доставали до небес.

Поставив чашку, Роксанна исполнила небольшой триумфальный танец. Напевая себе под нос, она подняла чашку и вернулась в помещение. Открыв стеллаж с дисками, привезенными с собой, она рылась, пока не нашла один из альбомов Шер. Вставив его в СD-плеер, и зная, что никакие соседи не смогут услышать и возмутиться, она повернула регулятор громкости до предела. Стены вибрировали от низкого голоса Шер, громко поющей "Half Breed," "Gypsies, Tramps and Thieves," и множество других бодрящих песен, пока Роксанна заправляла постель и прибирала на кухне.

Стоило закончить домашние хлопоты, как её настойчиво потянуло во двор. Всюду, куда падал взгляд, она видела предстоящую работу — много тяжелой работы, и кучу денег, льющихся из её чековой книжки, но эта перспектива её не пугала. Роксанна трудилась на вершине профессионального рейтинга в течение многих лет — за соответствующее вознаграждение — и к настоящему моменту была вполне обеспеченной, в том числе и благодаря успешным инвестициям.

У нее были планы относительно расширения, но не хотелось бы утратить особенность треугольной конструкции. Сэм Тиндэйл — архитектор, рекомендованный Слоаном ещё в начале мая, когда её предложение насчёт участка было принято, — придёт сегодня днём с окончательным проектом. В первую очередь она обратилась к Слоану, так как он тоже был архитектором, но с выражением ужаса на красивом лице он наотрез отказался.

В ответ на её укоризненный обиженный взгляд Слоан добавил: Как-то раз она даже треснула бедолагу доской, потому что он устроил в домике совершенно ненужное дурацкое окошко. Она ласково улыбнулась ему: Наши отношения будут в большей безопасности, если мы не станем работать вместе. Сделка не была официально завершена до прошлой недели — Астон умер в январе, и утверждение его завещания потребовало времени, — но со свойственным ей нетерпением Роксанна запустила процесс реконструкции в тот же момент, как только её предложение о купле было принято.

Для реализации проекта был выбран подрядчик Тео Дрейпер из Укайи, у которого, по счастью, имелись контакты в Департаменте планирования, и он мог получить все необходимые разрешения. Роксанна не знала, как это было достигнуто, но к её восторгу строительство должно было стартовать в понедельник, — и Сэм, и Тео, оба честно предупредили, что настоящая головная боль начнется именно тогда. Успокаивая себя мыслью, что мужчины как всегда преувеличивают, она оторвалась от созерцания своего жилища и пошла к теплицам, расположенным за поворотом, вне видимости со стороны хижины.

Роксанна знала общую планировку и границы земельного надела, но пока что сосредоточила внимание только на коттедже, игнорируя служебные постройки и сам участок, так что этот обход готовил массу неожиданного. Исследовательница заглянула в самую большую теплицу, отметив гравиевый пол, решётчатый деревянный стеллаж по всей длине строения и чёрные пластиковые трубы, змеящиеся над головой.

Неужели Астон действительно выращивал здесь марихуану? Это показалось ей своего рода смелостью. Разве выращивание марихуаны не запрещено законом? Пожав плечами, она двинулась ко второму зданию и обнаружила, что оно практически копирует первое за небольшими исключениеми. Порывшись снаружи под деревьями, она нашла груду частично использованных и непочатых упаковок удобрения из куриного помёта, торфа, и несколько рулонов проволочной сетки.

Пыльная куча рваной сетки лежала между двумя теплицами, и при ближайшем рассмотрении выяснилось, что сетка не простая, а камуфляжная. Не надо быть гением, чтобы догадаться, что Астон, вероятно, старался замаскировать теплицы от наблюдения с воздуха. Определённо, он выращивал марихуану именно здесь, заключила Роксанна.

Ну, это не имеет к ней никакого отношения. Земля теперь принадлежит ей. И хотя события прошлого могут представлять некоторый интерес для офиса шерифа, она же не собирается продолжать противоправную деятельность Астона. Без малого двадцатиакровое владение имело причудливую форму с низинами и возвышенностями. Местами границы расширялись до семисот футов, местами сужались до двухсот. Дремучие лесные заросли соседствовали с участками, поросшими низким кустарником, с расчищенными проплешинами и лужайками трясин.

Роксана заметила вездесущий чертополох, ежевичную лозу, ядовитый дуб и множество диких трав и сорняков. Главным образом, сорняков, вздохнула она, стряхивая крошечные колючки, вцепившиеся в штанины. Роксанна ненавидела эту гадость.

Идя назад к дому, она пыталась решить, что самое ненавистное. Сложный выбор, особенно между чертополохом и ядовитым дубом. Наконец она отдала свой голос чертополоху, как абсолютно бесполезному. Ядовитый дуб, по крайней мере, обеспечивал приютом и пищей птиц.

А чертополох только губил пастбища, вытесняя прочие травы. Она миновала поворот, оставив теплицы и хижину далеко позади, когда услышала низкий угрожающий рёв. Воображение мгновенно нарисовало яростного быка с налитыми кровью глазами, извергающего пламя и мотающего башкой со здоровенными рогами. Она осторожно повернула голову к источнику звука.

Настоящая чаща из сосен и ветвистой манзаниты футах в пятнадцати слева от неё. Сердце забухало в груди, когда рёв повторился в сопровождении характерного шума от крупного зверя, продирающегося сквозь кустарник. Спустя пару секунд в опасной близости от вросшей в землю исследовательницы из леса вынырнула самая большая и самая чёрная корова, которую она только видела за всю свою недолгую жизнь.

Крохотный блестящий антрацитовый телёнок ковылял за громадиной. Корова Шелли, — подсказала хозяйке не охваченная паникой крупица мозга. Она выросла в окружении крупного рогатого скота, но с тех пор прошло много лет, и сейчас она была пешей. Рогатые бестии совсем не кажутся страшными со спины лошади, ведь лошадь куда быстрее, да и вообще, в юности всё воспринималось иначе. Женщина с тревогой вспомнила, что даже самые смирные коровы, защищая телёнка, становятся непредсказуемыми, могут напасть и покалечить любого, кому не повезло оказаться у них на пути.

У малыша ещё не было рожек, но сей момент это обстоятельство ничуть не успокаивало. Чудовище, боднув, запросто смахнёт её в соседний округ или растопчет гигантскими копытами в мокрое пятно. Роксанна смотрела на корову. Корова уставилась на Роксанну. Медленно, очень, очень медленно, Роксанна стала передвигаться к далёкой хижине, не спуская глаз с монстра.

Надежда на мирный исход практически улетучилась, когда корова фыркнула и, опустив голову, принялась рыть копытом землю. Поверь, я не хочу ссориться с тобой или твоим детёнышем. Вы останетесь тут, а я тихонько уйду в свою милую, безопасную хижину, хорошо?

Её голос, казалось, успокоил животное, и с каждым шагом, увеличивавшим расстояние между ними, в Роксанне расцветала уверенность, что она выживет в этом противостоянии. Когда она поняла, что отошла достаточно далеко, а корова переключила внимание на телёнка, забыв намерение стереть в порошок наглое двуногое, Роксанна повернулась спиной к опасности и пулей кинулась к дому. Достигнув убежища, она влетела в дверь, захлопнула её и крепко заперла. И, расслабившись, обмочилась в штаны. Корова, — думала она, давясь истерическим смехом, — проклятая корова заставила меня описаться от страха.

Похоже, я слишком давно не была в деревне. Возможно, следовало остаться в Нью-Йорке. Быстро приняв душ, Роксанна всё ещё не остыла от произошедшего инцидента, огорчённая и смущённая тем, что корова, пусть даже ужасно большая корова, испугала её, почище банды нью-йорских головорезов.

Надев пару заниженных чёрных джинсов и бордово-белый топ с гордой эмблемой ЭйБиЭс, она прошла в зал, отыскала свой сотовый телефон и набрала номер Ника. Следи за ними, мы прибудем, как только соберёмся и загрузим лошадей в трейлер. Закусив губу, Роксанна повесила трубку.

Ну да, как же. Как-будто она собирается снова рисковать жизнью и здоровьем. Трусость ей как-то не к лицу. Роксанна глубоко вдохнула и вышла во двор. Чёрт, напомнила она себе, это всего лишь обыкновенная корова… с ма-а-а-леньким телёнком. Подобрав около хижины лопату, вооружённая Роксанна побрела навстречу судьбе, чтобы предстать перед чёрной угрозой миру. Она надеялась, что если корова кинется на неё, и убежать не удастся, то несколько весомых сильных ударов лопатой убедят великаншу отправиться докучать кому-нибудь другому.

Едва она отошла футов на сто пятьдесят от убежища, в поле зрения оказались прогуливающаяся корова и телёнок, следующий за ней по пятам. Будучи на сей раз подготовленной, Роксанна решила, что животное не такое уж и страшное. Совладав с первоначальным испугом, она ясно увидела, что корова гораздо больше заинтересована своим новорожденным и пастбищем, чем бесполезным преследованием безобидного человечка. Прислонившись к дереву на безопасном расстоянии от матери с дитём, она затихла в ожидании группы захвата.

Не прошло и получаса, как Роксанна услышала приближающийся скрежет и громыхание. Корова оказалась столь любезна, что никуда не двинулась и продолжала спокойно пастись, а насосавшийся телёнок дремал на земле поблизости. Ник, Эйси и Роман вывалились из пикапа.

Благодаря белым усам и хрупкому жилистому телосложению, Эйси напоминал маленького гнома, когда стоял между двумя высокими, сильными мужчинами. Не в первый раз Роксанну поразило сходство между Ником и Романом. Оба рослые и сухощавые, они передвигались с мягкой грацией пумы. У обоих густые чёрные волосы и зелёные глаза, блестящие, словно изумруды. И оба чертовски красивые.

Глядя на эту парочку, она, как часто бывало, задалась вопросом о справедливости курсирующих в долине сплетен, которые называли Джоша Грейнджера отцом Ника Риоса, что делало его племянником Шелли, а заодно сколько-то-юродным кузеном Романа. Весной долина была шокирована и с жадностью впитывала вести о том, что отец Шелли, умерший более двадцати лет назад, по настоянию дочери был вырыт из могилы на местном кладбище, чтобы взять материал для анализа ДНК.

Все знали, что Джош после мартовского самоубийства был кремирован, и его ДНК недоступно, но благодаря биоматериалу от Шелли, её отца и Романа, правда о происхождении Ника могла быть наконец достоверно установлена… или не установлена. Мария Риос, мать Ника, хранила гробовое молчание по поводу всей этой ситуации.

Она всегда отказывалась подтвердить или опровергнуть отцовство Джоша, и к настоящему моменту долина затаила дыхание в ожидании результатов экспертизы. Ко всеобщему разочарованию, Шелли, Ник, Роман, Слоан, Мария и даже Эйси, который тоже, вероятно, знал результаты теста, замкнули рот на замок. Роксанна как-то попыталась выведать информацию у Слоана, и была осажена долгим, ледяным взглядом. Всевозможные домыслы не утихали, и тот факт, что Ник и Шелли сотрудничали, чтобы восстановить скотоводческую компанию Грейнджеров, причём Ник жил в доме Джоша, только добавляли масла в огонь.

Если Ник не был сыном Джоша, почему он и Шелли ближе, чем две горошины в стручке? Роксана бросила ещё один взгляд на двух красавцев. Если бы её спросили, она бы поставила на то, что Джош приходился отцом Нику.

Но никто её не спрашивал. И ничего ей не рассказывал. Эйси и Ник пошли к задней части трейлера, прицепленного к грузовику, а Роман двинулся в направлении неопытной пастушки. Две собаки Эйси, обученные для работы с коровами, Блю и Хани, выпрыгнули из задней части пикапа и, виляя хвостами, принялись кружить вокруг трейлера.

В неспешной речи слышался слабый оттенок Юга, что в сочетании с кошачьей грацией и красивым лицом делало его для Роксаны, как и для большей половины женского населения, неотразимо очаровательным.

Не удивляйся, если они со Слоаном появятся прежде, чем мы закончим. Она уже знала о планах Шелли относительно скотоводческой компании Грейнджеров. Когда-то компания была главным игроком на рынке рогатого скота, но с Джошем Грейнджером у руля чуть было не разорилась. С Ником заодно, Шелли пыталась восстановить семейное предприятие. Этой весной она привезла из Техаса несколько производительниц, у которых в кровной линии значились коровы Грейнджеров, и Роксанна хорошо понимала, почему Шелли, Ник и даже Слоан так беспокоились о первом телёнке, что готовы были прилететь.

Мария, мать Ника, служила экономкой у Грейнджеров почти всю свою жизнь, и о её яблочных пирогах ходили легенды. В последнее время, стоило разразиться очередному кризису, из морозильника извлекался кулинарный шедевр Марии, и его поедание становилось достойным финалом неприятного эпизода. В частности Эйси считал, что это отличный способ отметить… что угодно. Просто кажется, что все убеждены, будто я какой-то тепличный цветок и завяну без присмотра в реальном мире.

Попробовали бы эти людоведы уцелеть в мире моды! Поверь, уязвимые натуры не выживают на этом поприще постоянного соперничества. Там нужно быть жёсткой, — и я намного жёстче, чем мне приписывают. Роман не придерживался расхожего мнения. Они с Роксаной, встретившись пару раз, обнаружили, что слишком понравились друг другу, чтобы рушить прекрасную дружбу ради влюблённости — или похоти по определению Роксанны. В отличие от большинства окружающих, Роман точно знал, что под личиной пустоголовой красавицы, демонстрируемой публике, скрывалось гораздо большее.

Ник и Эйси подъехали к Роману и Роксанне. Ни за что на свете она бы не призналась, что обмочилась от страха. Загона у тебя нет, и мы планировали просто перегнать скотину домой через лес, но теперь, с телёнком, наверно, будет проще погрузить обоих в трейлер. Роман поведёт, а мы с Ником сопроводим их верхами. У меня пара широких досок привязана сбоку трейлера, поставь их вместо сходней, а мы попытаемся загнать корову и телёнка в трейлер.

Первая часть операции прошла гладко. Эйси и две собаки отвлекали корову, в то время как Ник спрыгнул с коня, перевернул телёнка, перевязал и отсёк пуповину, и обработал каким-то раствором для предотвращения инфекции. Он без осечки успел вскочить на лошадь и убраться подальше прежде, чем корова вырвалась от Эйси и помчалась к детёнышу.

Когда же мужчины попытались загрузить драгоценную парочку в трейлер, план провалился. Поначалу корова и телёнок неспешно и безропотно двигались в нужную сторону, пока не столкнулись с зияющей чёрной дырой открытого трейлера. Корова встала намертво, исследуя повозку, а затем телёнок, который держался рядом с матерью, резко развернулся и со всех копыт помчался к лесу.

Даже при двух верховых с парой рабочих собак, громадина оказалась бесстрашной, упрямой, юркой и предельно ожесточённой. Корова обращала внимания на подступающих к ней собак не больше, чем на насекомых, и не выказывала по отношению к всадникам никакого почтения вовсе. Они попытались оттеснить строптивицу в нужную сторону, а она свернула в лес.

Ругнувшись, Эйси и Ник направили своих лошадей в кусты. В конце концов, после устрашающего шума и рычания в густом подлеске, корова вынырнула из укрытия с испуганным телёнком под боком. Так повторялось не единожды, с каждым очередным витком взаимное раздражение накалялось.

В один момент загонщикам удалось отделить корову от телёнка, но прежде, чем Эйси сумел взвалить новорожденного на лошадь, мамаша перешла в наступление, и Эйси благоразумно отпустил вожделенный приз, призывая ад на рогатую голову. Блю получил пинок копытом, завизжал и ухромал прочь на трёх лапах. Уменьшив поголовье врагов, бестия снова скрылась в кустах, а Ник ринулся за ней.

С беспокойством на обветренном лице, забыв о преследовании, Эйси позвал собаку. Когда Блю, хромая и припадая к земле, поплелся к хозяину из укрытия под манзанитой, Эйси спрыгнул с лошади. Всё обойдётся, но сегодня он не в состоянии продолжать. Роксанна уловила то, что осталось недосказанным: Десять минут спустя Хани приземлилась у дерева, взлетев от сильного удара рогатой башки. Убедившись, что Хани не пострадала, — у неё только сбилось дыхание, — Эйси приказал ей присоединиться к Блю, устроенному в задней части грузовика.

Он не позволит озверевшей корове убить своих собак. День становился все жарче, воздух накалялся, и беспокойство за телёнка росло. Вся эта беготня и сражение в кустах совсем не на пользу новорожденному. Мужчины отказались от намерения погрузить семейство в трейлер и сосредоточились теперь на попытке перегнать животных домой. Но корова не собиралась способствовать и этому плану. Она, казалось, окончательно решила оставаться там, где была.

Разгорячённые, пыльные, со вспотевшими лицами, Ник и Эйси взяли перерыв, и зашагали, сопровождаемые столь же разгорячённым и потным лошадям, туда, где их ждали Роман и Роксанна. Не говоря ни слова, Роксанна вручила мужчинам высокие бокалы охлажденного чая. Роман наполнил водой два ведра для лошадей. Четыре человека повернулись и воззрились на чёрную громадину.

Теперь, когда её оставили в покое, корова удовлетворённо щипала жёлтую худосочную траву в тридцати метрах от компании. Телёнок лежал на земле подле неё. У неё ведь новорожденный.

Все коровы капризны в это время, — отмахнулся Ник. Не могу поверить, что после стольких лет меня перехитрил гамбургер на копытах. Звук приближающегося автомобиля заставил всех обернуться.

Ожидалось прибытие Шелли и Слоана, и возникло секундное замешательство, когда в поле зрения вкатился большой красный пикап. Роксанна мгновенно узнала приехавшего. А его кто приглашал? С улыбкой на лице, Джеб вылез из грузовика. Джинсы, ботинки, тёмная клетчатая рубашка и чёрная ковбойская шляпа.

Джеб подошёл к собравшимся. Вместо приветствия он заявил:. Этот кусок говядины — самая подлая, самая буйная тварь по эту сторону Миссисипи. Она отправила Блю и Хани на больничный, и навряд я прощу гнусную скотину. Если твоя пушка при тебе, охотно всажу ей пулю между гляделок. А мы посидим здесь, посмотрим и поучимся. Джеб изучал корову и телёнка в течение нескольких минут.

Он осмотрел трейлер и путь от него до рогатого семейства. Потом двоих побеждённых мужчин и их лошадей. Эти двое действительно готовы расколошматить друг дружку в лепёшку от злости, — подумал он, забавляясь. Было бы интересно посмотреть, кто из них выйдет живым, если запереть обоих наедине в одной комнате минут на пятнадцать.

Он бы поставил на Роксанну, но полагал, что и у Джеба есть кой-какие шансы. Возможно, в этом и заключается проблема: О, и убедитесь, что дверка безопасности впереди трейлера открыта, — я буду выходить в большой спешке. Если сумеете, и я получу хоть какую-то фору, всё получится. Потребовалось несколько минут, чтобы каждый занял свою стартовую позицию.

Джеб рассчитал, что, затаясь в кустах, окажется в начале дистанции, которую сможет преодолеть с ти фунтовым телёнком на руках, а Эйси и Ник терпеливо теснили корову с детёнышем в сторону трейлера. Когда вольнолюбивая скотина оказалась футах в ста от повозки, она заупрямилась, и мужчины отступили, позволив ей спокойно пастись. Роман и Роксанна приготовились сыграть свои роли. Как только Джеб схватит спящего телёнка, это будет знак для всех делать что угодно, за исключением убийства, чтобы отвлечь мамашу, пока Джеб не доберётся до трейлера.

Роксанна вооружилась крышками от кастрюль, приготовившись бить в литавры, а у Романа наготове полотенца, чтобы размахивать. Стоя на земле, когда-то принадлежавшей индейцам, Джеб обдумывал ситуацию.

Телёнок лежал примерно в десяти футах впереди него и в десять раз дальше от безопасного трейлера. Корова паслась футах в тридцати от дитяти. Эйси, Ник, Роксанна и Роман были готовы броситься между ними, как только он схватит телёнка.

Джеб глубоко вздохнул, задаваясь вопросом, не спятил ли он. Посмотрел на Роксанну в низкосидящих джинсах и коротеньком топе. Выражение её лица было напряжённым, и она так сжимала две крышки, будто от этого зависела её жизнь. Забавно, но он, вероятно, решился на эту глупость из-за неё. Прочь сомнения, — он действительно сошёл с ума, ведь он не рисовался перед женщиной с далекого шестнадцатилетия.

Джеб ждал, сердце билось глухо и размеренно. Мгновением позже зверюга отдалилась ещё на несколько футов и повернулась спиной к телёнку. Сейчас или никогда, скомандовал себе Джеб. Он вытер руки о джинсы, набрал в лёгкие воздуха и вырвался из кустарника. Добежал до телёнка, схватил его и закинул на плечо, удивившись мычанию похищаемого. В следующую секунду он рванул к трейлеру. Хотя группа поддержки знала план, действия Джеба застали всех врасплох, и в течение одной нескончаемой роковой секунды все бездействуя смотрели на происходящее.

Даже корова, которая повернулась на первый же зов своего малыша. Казалось, в следующий миг все сдвинулись одновременно. Корова взревела и кинулась преследовать похитителя. Эйси и Ник пришпорили лошадей и бросились в промежуток между антрацитовой тушей и бегущим человеком.

Вопя и свистя, они крутили лассо в воздухе. Роксанна и Роман добавили суматохи: Роксанна стучала крышками, а Роман размахивал полотенцами как безумный. Сбитая с толку всем этим беспорядочным напористым мельтешением, корова запнулась. Однако едва раздалось второе жалобное мычания новорожденного, лошади и людишки разлетелись в разные стороны, — мать прорвалась через заслон. Ник совладал с лошадью и помчался за коровой, петля его лассо со свистом рассекала воздух. Эйси отставал на полкорпуса.

С сердцем, бьющимся в горле, Роксанна беспомощно смотрела, как корова уничтожает расстояние, отделявшее её от телёнка, который жалобно мычал и дёргался на плече Джеба.

Дело мчалось к развязке, Джеб был менее чем в десяти футах от трейлера, а корова — огромная, чёрная и разъярённая — в пяти ярдах позади него. Чувствуя, будто его грудь сейчас лопнет, Джеб достиг трейлера в одном отчаянном прыжке. Трейлер затрясся и затрещал. Секунду спустя повозка заходила ходуном от полутонны материнской ярости, бросившейся внутрь.

Джеб опустил телёнка на пол в передней части трейлера и, ощущая беззащитной спиной обжигающее дыхание близкой погибели, нырнул в спасительную дверку. Он уже не различал препятствий и даже не заметил, что ударился головой о металлический проём и по лицу заструилась кровь. Всем существом он стремился наружу. Вырвавшись из трейлера, он закрыл за собой переднюю дверь и припал к содрогающейся стенке. Задыхаясь, выкашливая смех, до идиотизма довольный собой, он сполз на землю и замер, в то время как Эйси и Ник, следуя по пятам за чудовищем, захлопнули ловушку.

Корова и телёнок были благополучно погружены. Роман и Роксанна побежали, чтобы присоединиться к победителям у трейлера.

Нескольких минут раздавались смех, крики, похлопывание по спине и поздравления. Когда первоначальный адреналин пошёл на спад, с пляшущими в тёмных глазах искорками веселья Джеб попенял Нику:. Эта тварь чуть тебя не прикончила, пока ты поспешал к трейлеру.

Я всю дорогу думал только о том, чтобы не споткнуться и не упасть, ведь осечка стала бы последним шагом в жизни.

Глядя на глубокий кровоточащий порез, рассекающий бровь, Роксана почувствовала, как её сердце дрогнуло. Что с ней происходит? Что с того, если этот великовозрастный идиот заработал царапину?

Схватить телёнка и пытаться убежать от разъярённой мамаши. И в то же время мужественный. Затем посмотрел на Роксанну и пошевелил усами. Эйси при поддержке Ника и Романа пригласил Роксанну и Джеба присоединиться к их компании, но Роксанна отказалась.

Этим утром она в любой момент ожидала Тиндейла, так как не назначила ему определённого времени и не знала, когда именно архитектор прибудет. Езжайте вперёд, я поеду следом через несколько минут. Просто хочу перекинуться с тобой парой слов, прежде чем увижу твой затылок.

Фургон с Романом за рулём и Эйси с Ником верхами постепенно исчез из вида, и облако пыли, взбитое им, осталось единственным недолговечным свидетельством того, что ловцы коров здесь побывали.

Роксанна наблюдала за их отъездом с опасением. Если она чего-то и предпочла бы избежать, так это оказаться наедине с Джебом Дилэни… и вот они остались вдвоём. Жара удушала, Роксанна почувствовала, как струйка пота сбежала по спине, и, сделав глубокий вдох, пробормотала:. Пойдём внутрь, осчастливлю тебя холодным чаем, и ты сможешь промыть свою царапину.

Из-за отсутствия электричества, кондиционера в хижине не имелось, но внутри было намного прохладнее. Джеб огляделся, отмечая ободранные стены, щелястый пол и спартанскую обстановку. Джеб залпом выпил напиток. Поставив пустой стакан на маленькую стойку, чинно поблагодарил:. Ничего лучшего не смог придумать, кроме как нагородить тебе намедни гадостей.

Не моё дело, чем ты здесь занимаешься, и я совсем не думаю, что ты намерена выращивать коноплю. Просто ты меня рассердила, и я сорвался. Роксанна уставилась на Джеба. Он действительно просит прощения. Джеб Дилэни оправдывается перед ней. Настанет ли конец чудесам? Непослушный взгляд опустился ниже. У неё был самый чертовски соблазнительный пупок, из всех виденных им прежде, и пришлось изо всех сил удерживаться от того, чтобы припасть жаждущим ртом прямо к интригующей впадинке.

Видение Роксанны без джинсов, распластанной перед ним на стойке, затопило сознание. Следовало уйти тотчас, немедленно, но ведь он свалится, если попытается сделать хоть шаг.

Похоже, идея с приватным разговором оказалась неудачной. С Роксанной гораздо проще иметь дело, когда он сердится на неё. Она подала пострадавшему чистое полотенце и оставила умываться над раковиной из нержавеющей стали, а сама пошла на поиски каких-нибудь средств для оказания первой помощи, хранящихся в сумке возле кровати.

Понадобилось несколько минут, чтобы обнаружить искомое. Затем Роксанна вернулась на кухню. Джеб снял рубашку, и её сердце заколотилось в рёбра при виде его полуголого посреди крохотной кухоньки.

Его голова была скрыта полотенцем, он энергично вытирался, не обратив внимания на её приглушенный вздох. Во рту пересохло, игла сексуального притяжения прошила её насквозь, и Роксанна, будучи не в силах двигаться, онемев, разглядывала великолепный торс. Даже твердя, что это сумасшествие, что Джеб ей нисколечко не симпатичен, она не могла заставить себя оторваться от созерцания мужского совершенства. Джеб был высоким, крупным мужчиной, и мощная грудь и широкие плечи гармонировали с его ростом.

Выпуклые мускулы божественной лепки перекатывались под кожей, когда он двигался. Роксанне никогда не нравились волосатые мужчины, но густая тёмная поросль, покрывавшая сильную грудь и указующей стрелкой пересекавшая рельефный живот, исчезая в узких джинсах, пробудила странное ощущение где-то внутри.

Что она почувствует, если прижмётся к этой широкой мохнатой груди? К пущему конфузу, соски её отвердели, грудь заныла, а между бедёр стало влажно. Бросив полотенце на стойку, и, по-видимому, не подозревая о реакции Роксанны на его полуодетый вид, Джеб согласился:. Он, должно быть, всё-таки что-то заметил, потому что замялся и неловко пробормотал:.

Не хотел мочить рубашку. Давай, обработай ссадину и можешь отправляться в путь. Она сунула травмированному бутылочку с перекисью и отступила, глядя куда угодно, только не на него. Озадаченный Джеб пристально уставился на хозяйку. Напугана, словно лань, почуявшая собак, но он не мог понять из-за чего. Она что, действительно боится? Пожав плечами в незастёгнутой рубашке, он прокрутил ситуацию в уме.

Что, чёрт возьми, с ней стряслось? Кто знает, что творится у них в голове? Наверняка, сам дьявол не ответит на этот извечный вопрос. Роксанна наблюдала, как он увлажнил ткань щедрой дозой перекиси водорода.

Приложив ткань к порезу, Джеб издал вопль и подскочил, ударившись бедром о стойку, и заодно уронив флакончик с перекисью. Бутылочка грохнулась на пол у его ног и разбилась. Вооружившись веником и совком, Джеб подмёл разбитое стекло и часть разлившейся жидкости. В то время как Джеб сваливал грязь в мусорку, Роксанна подняла полотенце, и, присев на корточки, стала вытирать то, что осталось от пролитой перекиси.

Джеб обернулся и посмотрел на неё сверху вниз. Голова была склонена, и ему предстал чудесный вид прекрасной шеи вплоть до манящего перехода в хрупкое плечо. Теперь он затруднялся с выбором между лакомым пупком и свежеоткрытым местечком: Роксанна взглянула вверх, и у неё перехватило дыхание от откровенной сексуальности в потемневших глазах.

Желание обожгло её, тело натянутой струной зазвенело от страсти. Ничего подобного с ней раньше не происходило. Даже в разгар безумного романа с Тоддом Спуртингом, который обоснованно считался умелым любовником, и ей постоянно хотелось чувствовать его губы на своей коже, его тело на своём теле.

Вся былая жажда оказалась ничем по сравнению с теперешней голодной тоской, рвущей её на части изнутри. Дёрнул на себя и стиснул в жёстоком объятии. Прижатая к мощной груди, Роксанна не могла думать. Да и не хотела думать. Его запах — мужской и слегка отдающий потом — обволакивал её; жар его тела перетекал в её плоть, плавил и заставлял таять от желания. И когда его рот — требовательный, напористый, дразнящий — обрушился на неё, мир вокруг завертелся, выйдя из-под контроля.

Этот поцелуй не был неуверенным или нежным. Джеб бескомпромиссно пленил её губы и творил с ними всё, что хотел. Его губы так подходили к её губам, словно их рты были частями единого пазла, его язык исследовал и пробовал её на вкус, переплетаясь с её языком. О, а его руки… властные ладони скользили по податливым формам так, будто знали её до самых глубин, и плотно прижимали к мускулистым бёдрам и восставшей эрекции. Они целовались долго — безумными, бессознательными, ненасытными поцелуями, —ищущие пальцы беспрерывно двигались, оттесняли одежду, открывали новые прелести, новую неизведанную территорию.

Хищный рот припал к точке, где соединялись её шея и плечо, и Роксанна задохнулась от пронзившего её удовольствия, тонкие пальцы впились в каменные мускулы, когда Джеб мягко прикусил, а затем лизнул чувствительное местечко.

Он припёр жертву спиной к стойке, отделявшей кухню от комнаты, втиснулся меж её бёдер, руками приблизил растерянное лицо к своему и захватил вновь её губы. Роксанна горела огнём, жгучим, лихорадочным, разжигающим единственную потребность, и когда Джеб с намёком потёрся восставшим бугром о развилку между ног, чуть не взорвалась от удовольствия.

Она просто умрёт, если он тотчас не возьмёт её. Ослеплённый страстью, не контролируя себя, Джеб не осознавал ничего, кроме женщины в своих объятиях.

Её сладко-солёный вкус, опьяняющий жаркий аромат вожделения ударили в голову, как крепкое вино. Все помыслы захватила радость и удовольствие вкушать её, касаться мягкого, шелковистого тела, изучать изгибы и впадины, преследовавшие его в мечтах. Он был беспомощен в своей жажде и нужде, в настоятельной потребности погрузиться в зовущее тело и увлечь его в бездну. Страсть между ними была подобна взрыву, и оба стремились к более тесному обладанию. Топ Роксанны был задран до самой шеи, алчущий рот дразнил и покусывал идеальные полусферы цвета слоновой кости и соски, набухшие от ласк.

Рубашка Джеба была отброшена в один момент, и Роксанна мурлыкала, как кошка, пока беспокойные пальчики изучали твёрдое, покрытое волосками пространство широкой груди, наконец её ногти впились в плоские соски, вырвав у партнёра глубокий стон.

Непостижимым образом джинсы и трусики оказались спущены до колен, жёсткие пальцы нашли её влажное тепло, твёрдый член был высвобожден из плена ширинки, и, когда её ладонь сомкнулась вокруг горячей штуковины, Джебу показалось, что он умер и попал на небеса. Родилась и выросла в Шри-Ланка, но закончила женский колледж в Челтенэме и Лондонскую школу экономики. Истинная внучка Великой Британской империи, из тех, кто в тонкости манер, отточенности языка — словом, в английском духе даст фору англичанам по крови.

Со своими восхитительными раскосыми глазами, взирающими на мир сквозь очки в черепаховой оправе, и безмятежной грацией кошки Момо Гьюмратни так хороша, что даже в супермаркет ей не стоит ходить без вооруженной охраны. Я оцениваю стажеров, они меня. Интересно, что они видят? Уроженку северных графств они во мне тоже не распознают акцент отшлифован еще во время учебы.

Может, они даже побаиваются меня. Рич как-то сказал, что я его временами пугаю. Так вот, за этой строчкой стою я. Лично я, выбрасывая на рынок акции авиакомпании на три миллиона долларов, как, к примеру, сделала сегодня утром, не позволяю себе забывать о том, что моя ошибка может оставить старушку из Дамбертона без пенсии. Но не стоит так волноваться, Джулиан, стажеры ограничены в размерах совершаемых сделок. Для начала получите пятьдесят штук баксов.

Чтобы поднабраться опыта — достаточно. Прежде морковные, щеки Джулиана становятся малиновыми, а рука толстушки выстреливает вверх:. А работа менеджера по фондам в том и заключается, чтобы вытащить деньги клиентов на пике стоимости акций.

Я постоянно пытаюсь балансировать между более крупным наваром и какой-нибудь пакостью, которую в любой момент может устроить великий и беспощадный бог торговли. Только способность выслушать Декларацию Высшей Цели нашей компании с невозмутимым лицом покажет, из какого теста вы слеплены.

Что за дикий зигзаг истории превратил ядро капиталистов конца двадцатого столетия в попугаев, тупо талдычащих речевки китайских крестьян, которым даже личный велосипед не дозволялось иметь? Дейв мужественно сдерживает ухмылку. Я скашиваю глаза на часы. Вторая стажерка тянет руку. Хорошо хоть на парней можно положиться: Ни за что не зададут, даже если ни черта не знают, как нынешняя четверка, и уж конечно не на презентации, где задать вопрос — значит признать, что кое-что в этом мире выше твоего разумения.

Во-первых, среди шестидесяти менеджеров по фондам женщин только три. Во-вторых, мне известно, что японцы уже работают над камерой, где можно будет выращивать младенцев вне материнского лона. К тому моменту, когда вы решитесь завести детей, камера будет усовершенствована, и нам, таким образом, выпадет честь заполучить первого искусственного младенца.

На мой взгляд, достаточно, чтобы остановить поток вопросов. Ан нет — Момо, оказывается, не так пуглива. Оливковые щеки чуть темнеют от румянца, но она вновь тянет руку и подает голос в тот момент, когда сама я тянусь за сумочкой в попытке поставить точку на встрече. Когда я в последний раз пересчитывала, было двое.

И позвольте совет, мисс Гьюмратни: На этом, если нет возражений, мы и закончим. Нужно бежать, проверять рынки, выбирать лидеров, вкладывать деньги! Благодарю за внимание, леди и джентльмены. А если вам очень повезет, то сообщу и шестое, свое собственное. Деньги не ведают разницы между полами. С такси в Сити проблем нет. Выдержав семь минут на обочине почти без истерики, бросаюсь под колеса такси с погашенным огоньком.

Обещаю удвоить цифру на счетчике, если он довезет меня до школы Эмили, не используя тормоза. Пока машина лавирует по запруженным улицам, я трясусь на заднем сиденье, прислушиваясь к бешеному пульсу в висках. Паркетный пол в вестибюле школы Эмили определенно предназначен для предания позору опаздывающих матерей на шпильках.

Я цокаю по паркету как раз в тот момент, когда архангел Гавриил сообщает великую новость Деве Марии, увлеченно ощипывающей ослика. Марию изображает Дженевьева Лоу, дочь Александры Лоу, матери-настоятельницы и председательши родительского комитета.

Иными словами, ни в коей мере не работающей мамаши. Матери-настоятельницы не на жизнь, а на смерть бьются ради лучших ролей для своих чад. Не для того они, поверьте, отказались от синекуры и пропустили любимый сериал, чтобы малышу Джошуа всучили третьестепенную роль брата трактирщика в капюшоне с прорезями для глаз. Мама Эми Редман, если мне память не изменяет. Александра Лоу на весь зал шикает на бедняжку, бочком-бочком пробирающуюся на свободное место в заднем ряду.

Моя инстинктивная симпатия к коллеге по несчастью быстро приказывает долго жить, погребенная под премерзостным чувством облегчения — как-никак я не последняя, дай бог счастья этой женщине.

Я вовсе не желаю плохого работающим матерям. Мне просто нужно знать, что все мы одинаково скверные мамы. А на сцене, под аккомпанемент визгливых флейт, звучит финальный гимн. Мой ангел — третий слева в заднем ряду. По случаю столь знаменательного события взгляд Эмили так же непроницаемо немигающ, бровки сдвинуты в той же суровой сосредоточенности, как и в момент ее появления на свет. Помню, моя новорожденная дочь пару минут обозревала родильную палату, будто хотела сказать: Сейчас, на школьном спектакле, окруженная егозливыми мальчишками, одному из которых позарез нужно в туалет, моя девочка без запинки тянет рождественский гимн; и материнское сердце распирает от гордости.

Я лезу в карман за платком. В зале, где накрыты столы с угощением, несколько папаш испуганно выглядывают из-за видеокамер, а вокруг целое море мамаш, мотыльками порхающих вокруг своих драгоценных огоньков. На всяческих школьных мероприятиях только другие мамы кажутся мне настоящими; сама я вроде как недостойна этого титула — по молодости лет или за недостатком опыта. Чувствую, как мое тело по собственной воле, как бездарный мим, выдает карикатурно материнские жесты. Однако свидетельство моего родительского статуса, цепко ухватившись за мою левую руку, настаивает, чтобы я надела ангельский нимб.

Облегчение и благодарность Эмили за то, что мамочка все-таки появилась, очевидны: Детская обида длится дольше, чем радость от подарков. Мне позарез нужно улизнуть и позвонить в офис, но куда денешься от Александры Лоу, принимающей восторги по поводу игры Дженевьевы и баварской сдобы домашней выпечки. Александра — единственная из известных мне людей, кто смеется, будто по книжке читает.

Безрадостно и монотонно, в такт тряся плечами. По-прежнему весь день на работе. Не представляю, как ты справляешься. Клэр, я как раз говорила Кейт, что не представляю, как она справляется. А ты можешь себе представить? Нелегкая это штука — быть ангелом. Усталость наконец берет верх над Эмили, и я прикидываю, что могу пролистнуть три страницы — она и не заметит.

Срочно нужно расчистить завал в электронном ящике. Однако стоит мне смухлевать, как сонно прикрытые глаза ангела распахиваются. К сожалению, в связи с беспрецедентным спросом ваш заказ будет исполнен только к Новому году. Следующее сообщение — от мамы — занимает почти всю пленку. Не в ладу с техникой, мамуля все еще привычно молчит после каждой реплики, оставляя место для ответа. Звонила она, чтобы успокоить. Не волнуйтесь, я прекрасно справлю Рождество и без вас.

Уж лучше бы поплакалась — не так было бы больно за нее. Убийственный удар, за столетия доведенный матерями до совершенства: Я отправила почтой книжечки для Эмили и Бена и кое-какие мелочи для тебя и Ричарда.

Мамуля всегда боится, что не угодит. После бледного упрека мамы особенно приятно услышать жизнерадостный голос Джилл Купер-Кларк, желающей мне счастливого Рождества. Прости, в этом году с открытками не вышло, рабочая хренотень завертела смешок , зато новый сотрудник у меня теперь — вылитый Дирк Богард.

Напоследок раздается начисто лишенный чувства голос, до того ледяной, что я его едва узнаю. Бывшая коллега, брокерша Джанин. Когда Джанин еще работала, мы регулярно обменивались опытом, как держать оборону семьи, не прекращая ежедневных вылазок в стан мужчин под прицельным снайперским огнем.

Теперь Джанин — член клуба натуралистов, изучает преимущества домашнего овощеводства. Диванные чехлы у нее имеются летние и зимние, и их смена происходит четко в соответствии со временем года; а недавно она систематизировала семейную фотоисторию, разложив все фотографии по пухлым альбомам, и те красуются на журнальном столике в ее малой гостиной, источая ароматы натуральной кожи и самодовольства.

Когда мы с Джанин общались в последний раз, я поинтересовалась, чем она занимается. Цветочные горшки и я? Нас друг другу не представляли. Джанин желает знать, появимся ли мы у них на новогоднем обеде. Извинения в голосе нет и в помине. Она явно брызжет слюной от возмущения, что ее приемом посмели пренебречь. Какой такой новогодний обед? Пять минут экскаваторных работ на столике в прихожей приносят результат — под рекламными листовками, сухими листьями, одинокой коричневой варежкой и прочим обнаруживается кипа нераспечатанной рождественской почты.

Перебираю конверты, пока не нахожу нужный, надписанный каллиграфическим почерком Джанин. Внутри — фотомонтаж с Джанин, Грэмом и их безупречными детьми плюс приглашение на обед. Просьба ответить до 10 декабря. За неимением другого выхода я выбираю привычный: Его вина не очевидна, но кто-то же должен нести ответственность, иначе жизнь станет невыносимой. Рич полирует коленями кухонный пол, мастеря для Бена северного оленя из картона и чего-то мягкого, подозрительно смахивающего на недостающую варежку.

Я заявляю, что мы дошли до последней стадии социального остракизма. На меня вдруг накатывает отчаянная тоска по невозможному: Причем авторучкой, а не разлохмаченным на конце фломастером, выуженным из портфеля Эмили. Лучшее место на земле. Сложившись пополам, освобождаю ванну от резиновых утят, затонувшего корабля и магнитных букв — без своих гласных коллег, спущенных в унитаз, согласные образовали по-хорватски злобно шипящую абракадабру скрцзчк!

Отдираю от края сморщенную, чуть влажную одежку Барби, припахивающую чем-то смутно знакомым — похоже, головастиками, после чего приподнимаю за угол резиновый коврик, и его присоски после некоторого сопротивления отлепляются, издав возмущенный чмок.

Настолько, что мое тело в первый момент принимает ее за холодную. Откидываюсь на спину и замираю, как сытый крокодил, высунув из пены один нос с раздувающимися ноздрями. Смотрю на женщину в быстро запотевающем стенном зеркале и думаю, что это ее время, которое она имеет право провести в одиночестве общество потрепанного динозавра Барни, неуклюже булькнувшего в воду с края ванны, не в счет.

Ванна у нас древняя, вся в серо-синей стариковской венозной сетке. Мы ухлопали такую кучу денег на кухню, что на прочее мало что осталось, и наш дом страшнеет в восходящем порядке: Но если снять контактные линзы да оставить зажженной одну свечку, стены в отслаивающейся чешуе навевают мысли скорее о древнеримском храме, посвященном богине домашнего очага Весте, чем о новой сантехнике ценой тысяч в пять минимум.

Пенные пузырьки на ладонях лопаются, открывая островки слоистой ярко-розовой кожи вдоль костяшек. Та же гадость, что уже вспыхнула за левым ухом. Перенести трансплантацию мозга, выиграть в лотерею, перепрограммировать мужа в человека, который запомнит наконец, что разбросанное по всему дому барахло нужно убирать на место?

Сколько я еще выдержу в том же духе? Как затормозить и что-нибудь изменить? Не могу вытряхнуть из головы сегодняшний эпизод со шриланкийкой. Момо… дальше не помню. Не перегнула ли я палку? Девочка-то вроде бы милая. Но если ты ведешь себя по-мужски, тебя считают упрямой и несносной, а если ведешь себя по-женски — то непредсказуемой и несносной. Несносность — это все, что не относится к мужчинам. Закрываю глаза и пытаюсь представить себе мир без Эмили и Бена.

Все равно что без музыки или молнии во время летней грозы. Вновь погружаюсь в воду в попытке расслабиться, но мысли роятся в голове назойливыми мухами. Провести беседу с Полой, изложив новую политику относительно стрижек детей, опозданий и т. Провести беседу с Родом Тэском, изложив новую политику относительно работы с клиентами, а именно: Черт, куда я сунула вырезку? Чем набить рождественские чулки для Э. Фруктовый мармелад для дяди Альфа. Попросить Полу забрать одежду из химчистки.

Интересно, во что обойдется нанять прислугу, чтобы самой побегать по магазинам? Купить готовую глазурь для праздничного торта, на домашнюю нет времени. Марки для открыток — 30 шт. Отучить Бена от соски!! Я могу собраться сама и собрать детей за полчаса; могу жонглировать валютами девяти стран мира в пяти разных часовых поясах; я могу оперативно достичь оргазма; могу приготовить на скорую руку и проглотить ужин без отрыва от телефонных переговоров с Западным побережьем; могу прочесть Бену сказку, одним глазом следя за телетекстом на экране.

Я и заказала, еще вчера вечером, чтобы утром обнаружить отсутствие такси. В ответ на мой возмущенный звонок парень на другом конце провода заявил, что очень сожалеет, однако раньше чем через полчаса свободной машины у них не будет. Парень пообещал попробовать найти что-нибудь за двадцать минут.

С жаром отказавшись от унизительного предложения, я швырнула трубку. О чем тут же и пожалела, поскольку другие фирмы либо вовсе ничего не могли предложить, либо называли убийственные сроки ожидания. Истерика уже на подступах, когда я замечаю бронзового цвета, изрядно затоптанную карточку, выглядывающую из-под коврика у двери. Впервые слышу о такой фирме. Набираю номер, и мужской голос обещает прибыть сию минуту.

Радость моя ощутима, но недолговечна. Хэкни есть Хэкни — у крыльца тормозит и паркуется под углом в сорок пять градусов… Пегас — мой надравшийся извозчик. Процесс дыхания физически невозможен. Делаю попытку опустить стекло, чтобы ехать, по-собачьи высунув в окно голову. Пегас шлет мне в зеркало жалостливый взгляд, призывающий спуститься с небес на землю. Утренняя свистопляска с такси вылилась в глупейший скандал с Ричардом.

Я спрятала чек с рождественской премией Полы в школьную коробку для ланча Эмили, а Ричард случайно нашел и возмутился:. Ну какого черта я такое ляпнула?

А все усталость, черт бы ее побрал, если б не эта проклятая вечная усталость, разве сказала бы я то, чего говорить нельзя, пусть мысль и справедлива? Даже не посмотрел на меня, когда я прощалась. Извини, дорогой, но только не в моем костюме из химчистки. После завтрака Бен был оранжевый как солнышко: Такси трогается, тормозит, снова трогается, опять тормозит, и так всю Юстон-роуд. Если это главная артерия Лондона, значит, Лондону требуется венозный обходной путь.

Жители столицы злобствуют, запертые в своих авто. После Кингз-Кросс я достаю из сумки почту. Еще одно письмо от мамы со святочным приложением ее любимого журнала: Что это, спрашивается, за отдых, если в повестке значится карамелизирование лука-шалота? Мы все ползем на запад, минуя эстакаду, затем вдоль слепленных друг с другом, будто зубы в искусственной челюсти, домишек из розового кирпича. Когда я еще жила в одном из таких домов, Рождество было довольно немудреным событием.

Увы, с тех пор Рождество, как и мы сами, обросло барахлом и традициями. Впервые услышав о Бронзовой Келли, я решила, что речь идет об одной из надувных красоток, но выяснилось, что это единственная достойная рождественского ужина индейка. Провисев час на телефоне, вы получаете возможность упросить супермаркет занести вас в список жаждущих Келли, а когда очередь подойдет, должны притащить чертову птицу домой и нафаршировать. По-моему, в семидесятые у нас и рецепторов-то не было, мы просто обжирались сладким и спасались от изжоги аптечными леденцами, сделанными, если судить по цвету и вкусу, из надгробных плит.

Ну не ирония ли судьбы? Как только женщины миллионами начали отлынивать от домашнего труда, появились продукты, стоящие того, чтобы повозиться у плиты. Только представь, сколько всякой вкуснятины ты могла бы приготовить, Кейт, если бы хоть изредка появлялась на кухне.

Чувствую, как пульс набирает темп, нога сама ищет педаль газа. Мне нужно, понимаете, нужно успеть на самолет. Паренек в белой хлопчатобумажной пижаме с крупным ягненком на плече шагает с тротуара на дорогу прямо у нас перед носом. Пегас резко тормозит, после чего я слышу протяжно-лаконичное:.

Закрыв глаза, собираю волю в кулак. Пожалуй, я смогу убедить себя, что контролирую ситуацию, если использую время с толком: Представитель фирмы ответит на ваш звонок через некоторое время. Приносим извинения за задержку. Острый дефицит новорожденных хомячков налицо. И почему меня это не удивляет? Ага, кажется, один остался в Уолтэмстоу. Грозно сообщаю, что являюсь основным держателем акций их компании и намерена пересмотреть вложения.

Я резонно возражаю, что в это время года сложности с подарками трудно назвать непредвиденными. Отмечается две тысячи лет. Я не компенсацию желаю получить, а подарки, и немедленно, чтобы дети не зря заглядывали под елку! Тут одна крутая телка мозги мне компостирует из-за кукольного сервиза и собаки на колесиках. В Хитроу приехали с запасом. В качестве извинения за то, что по дороге трепала Пегасу нервы, спрашиваю его имя.

Меня, кстати, зовут Кейт. Знаменитое у вас имя. Прокладывая курс через душный зал ожидания, вспоминаю вдруг, что кое-что забыла.

С домом связываюсь по кредитному таксофону у регистрационной стойки, под наблюдением трех служащих в синей униформе. Имеешь в виду белье? Поясок с резинками, черное кружево, три дюйма обнаженных шелковистых бедер — или же речь идет всего лишь о прозаических контейнерах для подарков Санта-Клауса? Пока он кладет трубку, я слышу — клянусь, слышу! Клиент пригрозил отказаться от наших услуг под предлогом тревожного пренебрежения его фондами. Весь день скачу из кабинета Бенгта Бергмана в туалет, где закрываюсь в кабинке и обзваниваю зоомагазины.

Еще три дня назад в письмах Эмили к Санте не было и намека на хомячка, зато теперь он фигурирует пунктом номер один. Имена у шведских клиентов — язык сломаешь. Догадайся, кто заполучил единственного типа во всей Скандинавии, ни бельмеса не смыслящего в компьютерах? Не забывай, что я счастливая замужняя дама. По крайней мере, замужняя — точно. Только что получила невообразимое унижение из рук — точнее, с языка — гнусной секретарши из школы Пайпер-плейс знаю, знаю, пора кончать с этим образовательным полоумием.

Да, Руби могут записать в список претендентов на учебный год. У тебя яд крысиный нигде не завалялся? Ничем иным этих дур самодовольных не остановить. А я до сих пор не определилась со школой для Эм.

Когда руки дойдут, придется небось переспать с директором, чтобы получить место… Но в данный момент есть проблема поважнее: А что еще делать с детьми в Йоркшире? Нашла хомячка для Эмили. Похоже, хомячихи отличаются несносным характером и временами кусают или едят собственных детенышей. С чего бы это они?

Аукнулась надежда на последний забег по лондонским магазинам. Прочесываю киоски стокгольмского аэропорта в поисках недостающих рождественских подарков. Что выбрать для Ричарда? Нахожу компромисс в облике местной родственницы Барби, с виду морально устойчивой особы, скорее всего тяготеющей к социал-демократам, в миротворческом хаки. До конца дня оставалось всего ничего, и небо над Броудгейт приобрело оттенок крепкого чая. Род добавил, что в этом году рождественской премии не будет.

Не видать мне денег на ремонт в доме и на многое другое, о чем мечталось. Что поделать, сказал Род, всем сейчас трудно, но есть и хорошие новости: У тебя это получается лучше всех. Признаться, я тогда задумалась об уходе.

Ужасно бесила эта его манера никогда не смотреть мне в глаза не только потому, что я на несколько дюймов выше и отпускать комментарии по поводу самых разных частей моего тела, будто они выставлены на аукцион; а еще эта привычка заканчивать любое совещание указанием: Словом, я решила уходить. Вот это было откровение. Советы по общению со злобными непредсказуемыми малолетками, которые ни в чем не знают меры и беспрерывно испытывают материнское терпение, как нельзя лучше подошли к моему шефу.

Итак, вместо того чтобы вести себя с Родом как со старшим по возрасту и рангу, я стала обращаться с ним, как если бы он был шкодливым недорослем. Капризничает, не хочет делать что положено? Заставлю поверить, что это его собственная идея. Головной офис в Нью-Йорке. Генеральный директор зовется Джеком Эбелхаммером.

Основных средств на двести миллионов долларов. Нужен фондовый менеджер не меньше моего калибра. За праздники я, конечно, успею ознакомиться с портфолио, но своих нынешних клиентов буду продолжать пестовать до тех пор, пока Род не подберет мне замену. Официально праздники начинаются лишь по окончании рабочего дня, но офисы опустели: Вернувшись от Рода к себе, обнаруживаю Кэнди на подоконнике, с ногами на моем стуле. Он на тебя насрал, а ты предложила подтереть ему задницу?

Что он еще сказал? Ответить я не успеваю — Кэнди прикладывает палец к губам при виде Криса Бюнса, штатного стервеца, после продолжительного ланча шествующего мимо нас к туалету пузом вперед. Спец по кокаину, Крис умудряется выглядеть одновременно тощим и обрюзгшим. С тех пор как я в вежливой форме дала ему понять, что не интересуюсь содержимым его штанов, сексуальное напряжение между нами уступило место обмену колкостями, а изредка и автоматными очередями — если мне удается увести выгодного клиента у него из-под носа.

Мужики типа Криса считают отказ женщины оскорблением, компенсировать которое надо, как долг стран третьего мира — со сложными процентами.

Не парадным входом пролезет, так задним. Ты, часом, в кабинетах у них не предложила убираться? Род сказал, что премию в этом году никому ни дали. Умнейший ведь экономист среди женщин со времен Мейнарда Кейнса — и верит на слово жуликам. Они тебя грабят, а ты думаешь, что услугу оказывают.

По моему глубокому убеждению, женщинам следует доказать, что у всех знаменитых мужиков имелась ярко выраженная женская струнка. На подготовку к путешествию в Йоркшир к родителям Ричарда ушло больше двух часов. В течение первого Ричард набивает багажник самым необходимым для малыша. Луи XIV в сравнении с Беном путешествовал налегке. Затем наступает момент поиска ключей от короба для вещей, водруженного на крышу машины.

Через десять минут все выдвижные ящики в доме разорены, проклятия исчерпаны, и ключи находятся в кармане пиджака Ричарда. Снова нецензурщина, яростное перекладывание сумок и коробок, нагромождение добра теперь уже без разбору, лишь бы все влезло в багажник: К тому же мы всегда путешествуем с домашним зверинцем для усыпления детей: Пустышки Бена упакованы отдельно не дай бог дед с бабкой увидят!

Хомячиха, живой сюрприз для Эмили, пристроена в углу багажника. Бен и Эмили, накрепко пристегнутые в своих детских сиденьях, похожи на космонавтов; их мирно-родственные стычки очень скоро перерастают в натуральную баталию. В минуту слабости а когда это у меня случалась минута крепости? В результате Эмили, еще четверть часа назад в белоснежной пижамке, сейчас похожа на далматинца с бурым пятном вокруг рта и таких же отметинах во всех прочих местах.

Ричард, одиннадцать с половиной месяцев в году героически безразличный к чистоте и внешнему виду своих отпрысков, вдруг интересуется, почему это дети в таком безобразном состоянии.

Что подумает его мама?! По возможности оттираю Бена и Эмили влажными салфетками. Впереди три часа езды. Машина так перегружена, что вихляет из стороны в сторону. На подступах к Хэтфилду оба наши чада заходятся в фуге воплей и визгов.

Я включаю кассету с рождественскими гимнами в исполнении хора Королевского колледжа, и мы с Ричардом по очереди подпеваем. Рич тянет дискантом, я же беру на себя партию Джесси Норман.

Вблизи Питербо-ро, в восьмидесяти милях от Лондона, беспокойная мыслишка продирается сквозь компостную кучу, в данный момент заменяющую мне мозги. У семейства Шетток, как и любого другого, свои рождественские традиции.

Одна из них заключается в том, что я покупаю подарки для наших детей, наших двух крестников, я же покупаю подарки для Ричарда, его родителей, его брата Питера, жены Питера Шерил, их троих ребят, а также для дяди Альфа, который неизменно прибывает из своего Мэтлока на раздачу подарков, не пропускает ни одного матча по регби и обожает конфеты с мягкой начинкой, поскольку другие зубы не берут. За Ричардом подарок для меня — если он не забудет и если наткнется после работы на ночной магазин.

Я покупаю оберточную бумагу и ленту, я заворачиваю подарки. Я покупаю открытки и целый лист марок второго класса. К тому времени, когда я напишу поздравления, подделав подпись Ричарда и сочинив что-нибудь теплое и жизнерадостное насчет быстро летящего времени и непременной встречи в будущем году ложь! А когда мы добираемся до родительского дома, распаковываемся и как положено пристраиваем подарки под елкой, а продукты и напитки — на кухонном столе, Барбара с Доналдом хором причитают:.

Иней так густо прихватил деревенский луг, что трава стала мелодичной: Внутри тесно, скамейки заняты, воздух спертый, влажный, винный. Пьяницы, появляющиеся в церкви раз в году, должны бы вызывать праведное возмущение у добродетельных прихожан, но я сейчас всех их люблю. Даже завидую неуклюжим стараниям алкашей вести себя смирно, их хмельной радости от того, что дошли сюда, в поисках тепла, света, капельки доброты. За окнами еще темно. Дети, Ричард и я сплелись на кровати четырехголовым осьминогом.

Эмили, вне себя от рождественской горячки, рьяно сдирает обертки с подарков, Бен развлекается шуршащими обрывками. В комплект входит также намек на трусики с резинками для чулок и отделкой из рыболовной сетки. Эмили дарит потрясающий дорожный будильник с записью ее собственного голоса вместо звонка: От нас Эмили получает хомячка женского пола, но названного Иисусом , велосипед для Барби, кукольный домик, робота-собачку с пультом управления и еще кучу всякого пластмассового, абсолютно ненужного ей барахла.

Эмили тащится от Барби-миротворицы из сувенирного киоска стокгольмского аэропорта до тех пор, пока не открывает подарок Полы: Подарки скрыть проще, чем многое другое. Там же, за столом, я чую очередную надвигающуюся грозу, когда еще раз повторяю Эмили, чтобы убрала руки от солонки.

В этом и заключается разница между нашими поколениями, Кейт: Несколькими минутами позже, переворачивая на сковородке яичницу, я вдруг ощущаю присутствие за спиной Барбары.

Свекровь не в силах скрыть изумления при виде содержимого сковородки:. Барбара сдвинута на беспокойстве о меню моей семьи: Ну и конечно, ни одна повестка съезда семейства Шетток не считается завершенной, если свекровь не припрет меня в темном углу с шипящим вопросом:. Прикрыв глаза, я пытаюсь собрать воедино остатки терпения и понимания, которых у меня уже нет. Ведь именно эта женщина одарила моего мужа фигурой стержня от шариковой ручки, и она же тридцать шесть лет спустя смеет меня винить!

Бог ей судья, а я буду выше ее презрения к моим супружеским добродетелям, каковы бы они ни были. Он еще только из машины вылезал, а Шерил уже сказала мне: Моя невестка Шерил, прежде чем ьыйти замуж за бухгалтера Питера, протирала локти в строительной компании в Галифаксе. С рождением первого из трех своих мальчишек в восемьдесят девятом году Шерил присоединилась к членам организации, которую моя подруга Дебра зовет мама фией, — мощной, сплоченной клике неработающих мамаш.

Обе они, и Шерил, и Барбара, обращаются с мужчинами, как хозяйственный фермер с породистым скотом, требующим тщательного ухода. Ни одно Рождество у Шеттоков не обходится без брошенных вскользь вопросов Шерил, из какой заграницы я привезла свой кашемировый свитер и хорошо ли, что Ричард купает детей совершенно один. Питер, в отличие от Ричарда, в хозяйстве практически бесполезен, но Шерил, как я убедилась за эти годы, только поощряет его никчемность.

В жизни Шерил муж играет ценную роль: Каждой мученице требуется свой питер, которого со временем можно выдрессировать до кондиции, когда он перестанет узнавать собственные трусы.

Все то, что дома, в Лондоне, мне кажется естественным, здесь воспринимают как феминизм в стадии буйного помешательства. Рич классифицирует памперсы Бена в соответствии с лично изобретенной эмоционально-географической классификацией: Однажды — только один раз! Против названия я ничего не имею, но лучше бы это произошло не в греческом аэропорту. Он их за милю обходил. На кухне появляется Шерил и начинает размораживать сырную соломку и фрукты для завтрашних коктейлей.

Я чувствую себя такой одинокой в обществе Барбары и Шерил. Вот так, должно быть, все и происходило на протяжении столетий: Но я так и не стала членом мамафии; мне неведомы шифры, пароли, особые жесты. Я рассчитываю, что мужчина — мой мужчина — возьмет на себя чисто женские обязанности, потому что иначе я не смогу везти на себе мужские. А здесь, в Йоркшире, моя профессиональная гордость и тот факт, что именно я обеспечиваю мужу и детям достойную жизнь, сморщиваются до размеров неловкости.

Я вдруг понимаю, что семье нужны забота и внимание, как механизму — смазка для бесперебойной работы, а в моем небольшом семействе шарниры вот-вот заржавеют. Рич возвращается на кухню, обнимает меня за талию, подсаживает на подоконник, пристраивает голову на моем плече и принимается накручивать на палец мои волосы.

Звучит вопросом, но по сути это ответ. Рич, я знаю, счастлив в этом доме, где хлопочут женщины, пахнет домашним печеньем и я каждые пять минут не бросаюсь к телефону. Я умер бы со скуки. Пока Бен спит, мне удается улизнуть. Устроившись на кровати с ноутбуком, строчу письмо в другой мир. Дорогая моя Дебс, ну как Рождество? Здесь налицо все до единой английские рождеств. Свекровь в поте лица собирает чемодан скорой продуктовой помощи для любимого сына, напрочь заброшенного бессердечной стервой из Сити.

Ты ведь знаешь, я всегда говорю, что хочу быть со своими детьми. Я действительно хочу быть со своими детьми. Случаются вечера, когда, вернувшись слишком поздно, чтобы уложить Эмили спать, я иду в бельевую и нюхаю детские вещи. Боже, как я по ним скучаю. Никому никогда прежде не признавалась, до чего я по ним скучаю. Но когда я вместе с ними, вот как сейчас, их для меня слишком много.

Все равно что за неделю прокрутить любовь от начала до конца. Внезапная вспышка страсти, поцелуи, горькие слезы, я люблю тебя, побудь со мной еще, закажи выпивку, его ты любишь больше, хочу тебя, твои волосы сводят меня с ума, иди ко мне, ненавижу. Я выжата, напугана, мечтаю о работе, чтобы чуточку отдохнуть. Что это за мать, если она боится собственных детей? Есть предел исповедям, даже лучшей подруге. Миссия доброй воли удалась на славу. Промашка отучилась лишь за обедом Дня коробочек, когда, в соответствии с названием этого праздника, мне хотелось нахлобучить каждому из своих самых дорогих и любимых по коробке на голову и как следует прихлопнуть.

Ричард обвинил во всем меня, и он где-то прав, но я ходатайствовала о снисхождении в связи с очевидным подстрекательством со стороны. У нас дома все нормально — дети как дети; у Шеттоков же они превращаются в боевые фанаты. А мы с Ричем мечемся по дому, на лету ловя бьющиеся ценности, как игроки команды-аутсайдера в отборочном матче по регби. Сегодня у Шеттоков традиционный прием с коктейлями.

Барбара назначила меня дежурной по орехам — раскладывать кешью, фисташки, арахис для детей постарше. Доналд из нуворишей, владелец сети магазинов спорттоваров в северных графствах, но, как истинный англичанин, не жалеет усилий, чтобы придать своему состоянию благородно древний вид. Ричард и Питер первыми из Шеттоков учились в частной школе, зато уж в самой престижной. Наполняя орехами хрустальные вазочки, я думаю о том, как приятно быть хоть чем-то полезной в хозяйстве, но внутри ноет от гораздо более сложного, чем благодарность, чувства.

Похоже на изжогу, которой неоткуда взяться — я сегодня еще не ела. Рождество у Шеттоков дается мне с трудом: Отец всегда возникал как суперзвезда на экране, мгновенно заполняя собой все свободное пространство. А нам с Джулией оставалось только таиться за диваном и молить бога, чтобы мама еще раз его простила, чтобы разрешила остаться и чтобы мы отметили Рождество как все нормальные семьи. Часть вазочек с орехами я отношу в г-образную гостиную, стеклянными дверями глядящую на сад. Сияющий Доналд берет меня за руку и ведет знакомить с одним из своих приятелей по гольф-клубу.

Лет шестидесяти с гаком, джентльмен одет в спортивный пиджак и кумачовую рубашку. Галстук в допотопности может соперничать разве что с перфокартой. Позволь представить тебе мою невестку Катарину. Катарина у нас, знаешь ли, деловая женщина.

Оставила себе девичью фамилию. В смысле — Ричард присматривает за Ричардом. И еще за детьми. И еще у нас есть приходящая няня… Справляемся как-то.

Джерри рассеянно кивает, будто я делюсь с ним последними археологическими новостями о египетском водопроводе. Волосы и все такое. Для ее возраста очень неплоха. Они обычно на этом жизненном этапе опускаются, согласны? У нас одна соседка — итальянка, ну просто копия Клаудии Кардинале — до того, как та расползлась от макарон с сыром. Доналд сказал, вы… кем работаете? Сберегательный вклад от тридцати дней, проценты в любую минуту. За что мы победу в войне одержали? Во время подобных бесед наступает момент, когда твоя истинная сущность продирается сквозь завалы оберточной бумаги и вырывается наружу, как инопланетная тварь из груди Джона Херта.

В любом случае, поскольку мировой экономикой руководит Алан Гринспан и закон о Федеральной резервной системе, мы скорее будем ориентироваться на США, чем на Европу. Отшатнувшись, Джерри натыкается спиной на сервант с хрусталем; тот тренькает, как бубенчики в упряжи.

Барбара, твой Ричард отлично устроился. С пузатым бокалом шерри в руке я толкаю стеклянную дверь и облегченно вдыхаю кусачий морозный воздух. Спускаюсь в декоративный садик. Ну и зачем ты это сделала, Кейт? Зачем четвертовала безобидного старикана? Показать ему, что стою побольше многих блондиночек в деловых костюмах-двойках.

А он ведь плохого не хотел. Откуда бедняге знать, что я из себя представляю? Здесь же считают чокнутой, потому что я выбрала работу вместо жизни. Вчера я сказала Барбаре, что Эмили обожает брокколи, а сама понятия не имею, так это или нет. Ложь для двойного агента — единственная возможность выжить. Вся семья — Доналд, Барбара, прочие взрослые и ватага разновозрастных ребят — с хрустом топает по полю, лавируя между коровами.

Коровьи лепешки превратились в подмороженные оладьи, и малыши скачут по ним, выпуская из-под корочки зловонную зеленую жижу. Над головой — палитра живописца: От любования роскошной игрой света на окрестных холмах меня отрывает звонок мобильника. Близстоящие коровы плюс Барбара как по команде вскидывают длинные ресницы и в изумлении таращат на меня глаза. Именно так, помнится, Элизабет Тейлор рекомендовала играть потрясение.

Спутник приносит в мирную долину голос Джека Эбелхаммера, того самого американского клиента, которым великодушный Род заменил мне невыплаченную премию. Голос сочится язвительным укором до янки не доходит привычка британских сачков бить баклуши целую неделю от Рождества до Нового года.

Знакомство с мистером Эбелхаммером мне только предстоит, но, судя по голосу, свою фамилию он оправдывает, и я попала в список его гвоздей. У вас в офисе ни души! Оказывается, гений фондовой биржи, провернувший эту сделку, упустил одну незначительную деталь: Тех самых матрацев, на которые в Америке наложили вето, когда ученые обнаружили возможную их связь с внезапной смертью грудничков.

На вчерашних торгах, говорит Эбелхаммер, акции рухнули сразу на пятнадцать процентов. Желудок по примеру акций ухает вниз. Вы меня слышите, мисс Редди? Грубо выдернутые из привычной дремы, две коровы тянут морды к накидке, которую я позаимствовала у свекрови. Пусть мир перевернется, но я не позволю наикрупнейшему из своих клиентов узнать, что во время разговора с ним меня облизывают коровы. Мне понадобится несколько дней на изучение ситуации, и, разумеется, я немедленно переговорю с нашим аналитиком по Японии.

Рой, как вам наверняка известно, считается лучшим специалистом в своей области. Аналитик по Японии, этот законченный раздолбай, трахается сейчас в Дубай со стриптизершей, которую подцепил в каких-то трущобах.

Шансов вытащить его из койки — ноль целых ноль десятых. В ближайшее время я перезвоню вам и изложу план действий. Звонкий, как кафедральный колокол, голос моей свекрови плывет над лугом прямиком в ледяное заокеанское молчание Эбелхаммера:. Вернувшись домой, оттираю следы коровьих лепешек с брючек Эмили. Пола, похоже, собирала ребенка на каникулы во Флориду, а не в Йоркшир. Надо было заглянуть в чемодан перед отъездом.

Возникнув в кладовке, Шерил морщит носик. Ее мальчишки гуляли в коричневой болонье. Над нашей кроватью склонилась темная фигура.

Ты не могла бы подойти к телефону в кабинете? Голос свекра пугающе ровен — Доналд, похоже, усилием воли сдерживает все, что по справедливости должен высказать мне. Пока я в одной рубашке сонно тащусь мимо него к двери, его седые брови ползут вверх.

Ловлю свое отражение в зеркале: Я заснула в своем новом французском белье. Скорее всего, перевозбудилась — переела шоколада плюс непривычно большая порция мамочки. Завершив разговор с японской каучуковой компанией, я ползу обратно под одеяло к мирно похрапывающему Ричарду, и тут в соседней комнате раздается такой вой, будто зверю приснился страшный сон. Эмили сидит на кровати, прижав ладошку к левому уху.

В глазах застыли мольба и ужас: Я несу ее в ванную и держу над раковиной, как когда-то делала моя мама. Ощущаю ладонью влажный жар ее лба, чувствую, как напрягается в спазмах и расслабляется животик. Когда мучения Эмили заканчиваются, мы долго сидим вместе в теплой воде, и я выбираю клюковки из ее волос. Двести миллионов, и ни баксом меньше. Головы полетят во все стороны. А моя собственная голова, между прочим, даже у парикмахера не успела побывать.

Все времени не хватает. Вчера Эмили преподнесла мне в подарок мой портрет. Всплываю с ощущением ныряльщика в кандалах. На кухне тонкогубая, каменнолицая Барбара стреляет глазами в часы. Нельзя пренебрегать своей внешностью. Мужчины этого не прощают. Объясняю, что полночи возилась с Эмили и практически не сомкнула глаз.

Взгляд Барбары останавливается на мне, тот самый бесстрастный, оценивающий взгляд, которым будущая свекровь сверлила меня при первом знакомстве. Так фермеры смотрят на телок, прикидывая степень породистости и предполагаемые надои. За праздничным столом я назвала себя основным кормильцем в семье. Речь зашла о новогодних желаниях, и Доналд, мой тактичный, но прямолинейный свекор, высказал пожелание, чтобы Катарина в наступающем году поменьше работала. Очень мило, галантно и, я бы даже сказала, трогательно с его стороны.

Все испортила невестка, добавив с презрительным фырканьем:. Последний бокал вина был явно лишним для Шерил, и от меня требовалось одно — быть выше пьяных колкостей. Но после трех дней сплошного унижения я не способна даже на такую малость. Тогда-то и произошла катастрофа. Тогда-то я и открыла рот, чтобы произнести:.

При виде ошарашенных лиц родственников я предпочла захлопнуть рот, и фраза угасла, как звук охотничьего рожка. Доналд подтолкнул очки к переносице и набил рот пастернаком, который — я точно знаю — терпеть не может. Ладонь Барбары легла на горло, скрывая багровое пятно, расползающееся по коже. С тем же эффектом я могла бы признаться в замене грудей силиконовыми имплантантами или в принадлежности к сексуальному меньшинству. Рич тем временем прилагал героические усилия, чтобы свести катастрофические последствия к минимуму.

А людям твоя информация не нужна. Многие из них — особенно родители — боятся всего нового и не видят в нем пользы. Родители не хотят знать, что ты зарабатываешь больше меня. Моего отца, например, сама мысль о такой возможности приводит в ужас.

В лондонском поезде авария с отоплением. Окна пустого купе в толстом слое инея, еду как будто в гигантском мятном леденце. Решив согреться, выстаиваю очередь в буфете. Коллеги по несчастью, такие же рождественские парии, все как один жаждут алкоголя. То ли семей у бедолаг нет, то ли сбежали от многочисленной родни, но они одиноки и топят праздник в вине. Едва успев вернуться на свое место, слышу трезвон мобильника в сумке. На дисплее номер Рода Тэска. Прежде чем нажать кнопку ответа, отставляю руку с телефоном на безопасное от уха расстояние.

Какого хрена мы купили кучу дерьма у япошек, которые клепают долбаные матрацы, на которых, черт побери, дохнут сопляки?! Отвечаю, что мечтаю услышать, но связь отвратительная и вообще поезд входит в туннель. Пока я смешиваю вторую порцию содовой с виски, на ум приходит интересная мысль: До чего же ты наивная дурочка, Кейт.

Через несколько секунд Род перезванивает, чтобы устроить конференц-связь с великим и ужасным Эбелхаммером. Бубня клиенту положенные заверения в успехе нашего предприятия, я смотрю, как слова превращаются в облачка пара и плывут к потолку, протягиваю руку в перчатке к окну и царапаю на обледеневшем стекле: Найти равновесие между семьей и работой, дальше так жить нельзя.

Подниматься на час раньше, чтобы все успевать. Проводить больше времени с детьми. Научиться быть с детьми самой собой. Не принимать Ричарда как должное! Больше общаться с ним — совместные ужины по воскресеньям и т. Придумать себе хобби для отвлечения от работы. Не манкировать антистрессовой терапией. Завести наконец альбом для детских рисунков, как положено настоящей матери.

Постараться вернуться в десятый размер. Обзвонить друзей, если они меня еще помнят. Женьшень, постная рыба, ничего мучного. В зале повисла напряженная, церковная тишина. Стены обиты дубовыми панелями. На скамье подсудимых — блондинка между тридцатью и сорока, в белой ночной сорочке и просвечивающим из-под нее красным бюстгальтером. Вид у нее усталый, но решительный. Поднявшись перед судом присяжных, она наклоняет голову, как взявшая след гончая. Но время от времени женщина машинально потирает за правым ухом, и тогда вы догадываетесь, что она на грани слез.

Признаете ли вы себя виновной? Полагаю, вы не станете отрицать и тот факт, что, пообещав Эмили от имени Санта-Клауса что-то одно — либо велосипед для Барби, либо кукольный домик, либо хомячка в клетке со съемной поилкой, вы в конце концов купили ей все три вышеупомянутых подарка плюс пупса Бини, на которого она засмотрелась во время кратковременной остановки на заправочной станции близ Нью-арка?

У подсудимой сводит спазмом горло, она сглатывает, но слюны нет, нёбо словно облеплено тонким наждаком. Если бы меня заставили проглотить собственный язык, думает женщина, ощущение было бы таким же. Когда она вновь открывает рот, голос звучит едва слышно:. Их вкусы меняются каждый день, если не каждый час. Помню, Бен терпеть не мог рыбу, а потом вдруг… Видите ли, я не успеваю следить за тем, как они меняются.

Но Барбаре я этого сказать не могла: Дело не в неловкости, нет!

Смотрите как Красавица в чулках поскакала на приятельском болте на ProstoPorno. Худая прелестница старательно попрыгала на Сиськастая кошечка охотно попрыгала на . Смотрите как Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене на ProstoPorno.

Кривые Члены Порно Фото

Смотрите как Жопастая телка подмывается и резвится на приятельском хуе – романтичный трах на ProstoPorno Худая прелестница старательно попрыгала на Сиськастая кошечка охотно. Сиськастая блонда активно попрыгала на мощном приятельском члене. Молодая прелестница отлично попрыгала на члене своего друга.

Порно Русских Мамаш Большими Жопами

Прелестница радостно заулыбалась от приятных ощущений, приподняла аппетитную попочку и начала сама неторопливо насаживаться пилоткой на . Категории видео секс с женой домашний смотреть / россия секс скрытая камера / скрытая камера спящие порно / смотреть порно онлайн знакомства / секс с молодыми в чулках. Жирной Негритянки Кончают На Грудь После Секса Со.

Порно Девственницы Маленькие Сиськи

Она достала хуй из трусов и начала его жадно сосать. После отличного минета телочка сверху залезла на мужика и жарко попрыгала пиздой на его члене. Затем прямо сверху он и начал ебать распутницу. Потом зрелая шалава сама сверху на парня залезла и попрыгала на члене.

Огромные сиськи мулатки Кармен Хейз - смотреть порно онлайн

Худая негритянка порно

Карлик Ебет Блондинку Подборка

5322883 gratis porn video

Порно - Четыре Большие Сиськи Для Одного Парня

Майкл ебет двух сиськатых дамочек у себя на красном диване

Большие Жопы Зрелых Дам Порно Фото

Загорелая Брюнетка Вкусила Черный Член

Мисти  прилетела со своим парнем на море, где они отправились в отель и там девушка присела пилоткой

Пухленький Ротик Берет Член

Онлайн Сиськастую Ебут

Зрелая Итальянка с большим выменем

Идеальный Анальный Секс

Трахал по очереди анальные отверстия своих чернокожий подруг и кончал им внутрь смотреть

Порно Мамка Отсосала Увела Друга Дочери

Порно Сиськи Мамки

Минет Зрелой Женщины Для Своего Любовника

Парень Трахнул Мамашу В Желтом

Лысый Парень С Огромным Членом Баловался С Упругим Аналом Смуглой Брюнетки Смотреть

Сисястая Блонди С Большой Попкой Трахается С Ухажером

Фото Траха С Членоми С Шариками

Отсосала Член Гинекологу

Пьяный Парень Трахал Пьяную Кэнди, В Которую Он Вставил Большой Член До Упора Смотреть

Смотрите порно видео Русская прелестница искусно попрыгала на мощном члене - на ProstoPorno

Большие Члены В Анале Красавиц

Большие Сиськи Лесби В Душе

Девак Трахают Огромным Членом

Смотреть Порно Видео Первый Раз Анально

Самые просматриваемые:

Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене
Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене
Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене
Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене

Напишите отзыв

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Faeshicage 14.09.2019
Смотреть Порно Фильм Деревня
Fenrijind 22.12.2018
Секс Видео В Большой Жопе
Meztijora 02.09.2019
Кунилингус И Другое Видео Смотреть
Yozshunris 03.07.2019
Отдых Лондон Девушки Секс
Nitilar 24.02.2019
Арабская Порнушка
Shall 19.10.2019
Порно Толстых Полных Жирных
JoJokora 08.10.2019
Секс Порно Онлайн Целочек
Akinolkis 27.12.2018
Загрузить Насмартфон Ролик Сама Насаживается Раком На Чь
Nizshura 29.10.2019
Лилипуты Трахаются
Худая прелестница старательно попрыгала на приятельском члене

monpriv.ru