monpriv.ru
Категории
» » Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш

Найди партнёра для секса в своем городе!

Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш

Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш
Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш
Лучшее
От: Vugore
Категория: Члены
Добавлено: 14.12.2018
Просмотров: 8825
Поделиться:
Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш

Два Дружка И Красивая Черноволосая Женщина С Упругими Сиськами, Занимались Винтажным Сексом Смотреть

Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш

Порно Юных Со Зрелыми

Sweety – Свити – Страстная Блондинка У Которой Плоский Животик Порно Звезда

Секси-Блондиночки Втроем Ебут Большой Член Парня Scarlett Sage, Lily Rader, Elsa Jean

Профейну под началом Папаши приходилось ежедневно в течение четырех лет закапывать после обеда яму, вырытую до, и из рассказов Паолы он был готов поверить половине — но только половине, поскольку женщина — это лишь половина того, что всегда имеет две стороны. Она научила их французской песенке, которую узнала от одного десантника, воевавшего в Алжире.

Десантник был невысокого роста и сложен, как сам остров Мальта — скалы, непостижимое сердце. Она провела с ним лишь одну ночь. Потом его отправили в Пирей. Завтра темным утром я запру дверь перед лицом мертвых лет. Выйду на дорогу и побреду через земли и моря, от старого мира к новому…. Она показала Железе аккомпанемент. Они сидели за столом в холодной тефлоновской кухне, где четыре газовые горелки сжирали весь кислород.

Они пели, пели… Когда Профейн смотрел ей в глаза, ему казалось, что она до сих пор мечтает о том десантнике — человеке, возможно, далеком от политики, но смелом в бою, как любой другой; он устал, черт побери, устал от туземных деревенек и от необходимости по утрам придумывать жестокости, еще более варварские, чем те, что накануне вечером применялись Фронтом национального освобождения.

Она носила на шее Чудотворную медаль возможно, подаренную ей случайным матросом, которому она напомнила хорошую католическую девочку, оставшуюся в Штатах, где любовью занимаются или бесплатно, или ради устройства брака. Какого типа католичкой была она? Профейну, католику лишь наполовину мать — еврейка , чья мораль носила фрагментарный характер да и это немногое он извлек из житейского опыта , было интересно — какие причудливые иезуитские аргументы заставили ее убежать с ним и отказываться спать вместе, но при этом просить его "быть хорошим"?

В новогодний вечер они вдвоем вышли поужинать в кошерную закусочную в нескольких кварталах от тефлоновской квартиры. Вернувшись, они не застали ни Свина, ни Влажного. Квартира была по-рождественски украшена; в одной спальне из настроенного на волну WAWY приемника лился Пэт Бун, в другой падали какие-то предметы.

Молодая пара кое-как пробралась в затемненную комнату, где стояла кровать. Профейн поступил, как от него и ожидали: Тефлон ловко увернулся от удара. Нарушенный интим сам по себе был не так уж важен; но вторжение произошло как раз перед Главным Моментом.

Паола торопливо залезала в свои одежки. Профейн взял пленку, но снова ложиться не стал. Он оделся, увенчав наряд ковбойской шляпой. Паола надела матросскую шинель, слишком большую для нее. Они сели на паром до Норфолка. Устроившись наверху, они попивали черный кофе из бумажных стаканчиков и наблюдали, как колыхается у окон тихий саван снега. Больше смотреть было не на что — разве что друг на друга или на бродягу, занявшего лавку напротив.

Где-то внизу заработал двигатель. Они ягодицами чувствовали его глухое постукивание. Говорить было не о чем. Между ними лежал благоразумный фут обшарпанной скамейки. Профейн не чувствовал порывов пододвинуть Паолу поближе.

Не отрывая взгляда от своих галош, она отрицательно покачала головой непонятно — к чему это относилось. Профейн вскоре встал и вышел на палубу.

Лениво падающий на воду снег делал этот предполуночный час похожим на сумерки или на солнечное затмение. Каждые несколько секунд раздавался звук рожка, предупреждавший суда на встречном курсе.

Но Профейну все равно казалось, будто на рейде никого нет, кроме неодушевленных, безлюдных кораблей, и их сигналы друг другу значат не больше, чем шум гребных винтов или шипение снега на воде. Профейн чувствовал себя совершенно одиноким. Некоторые из нас боятся смерти, а кое-кто — одиночества. Профейн боялся ландшафтов или морских пейзажей подобных этому — где кроме него нет ни единой живой души.

Но, казалось, именно в такие места он все время и попадал: Дверь сзади отворилась, и вскоре он почувствовал, как голые ладони Паолы скользнули ему подмышки, а ее щека прижалась к спине. Его глаз мысленно отделился от тела и взглядом постороннего посмотрел на них со стороны, как на пейзаж. Присутствие Паолы не делало мир менее враждебным. В автобусе ехали молча. Влажный сидел вместе с музыкантами. Свин тем временем выплясывал с Паолой неприличное буги.

Профейн заночевал у Свина, который жил у старых паромных доков. Паола случайно встретила одну из Беатрис и ушла на ночь к ней, сдержанно пообещав Профейну быть его дамой на новогоднем празднике. Около трех Профейн проснулся на кухонном полу с головной болью. Ночной воздух, резкий и холодный, сквозил из-под двери, а снаружи доносилось тихое непрерывное рычание. Профейн проковылял в другую комнату. Свина не было и там. Рычание на улице стало казаться еще более зловещим.

Профейн подошел к окну и внизу на улице увидел Свина, который сидел на своем мотоцикле, давая двигателю полный газ.

У Свина на голове была моряцкая вязаная шапка. Он натянул ее до самой шеи, и его голова смотрелась, будто мертвая черная сфера. Вокруг него клубились облака выхлопных газов. После первого рейса вокруг Гранд Сентрал там располагался офис отца , в ходе которого машина была ознакомлена с телефонными столбами, пожарными гидрантами и случайными прохожими, Рэйчел поехала на все лето в горы Кэтскиллз. Салатником был некто Да Коньо — сумасшедший бразилец, мечтавший отправиться в Израиль воевать с арабами.

Поторговавшись с барменом, который тоже хотел заполучить пушку, Да Коньо в конце концов одержал победу, отдав матросу три артишока и баклажан. К мезузе, приколотой над холодильником для овощей, и к сионистскому знамени, висевшему над разделочным столом, Да Коньо добавил этот выигрыш.

Стоило шеф-повару отвернуться, как Да Коньо собирал свой автомат, маскировал его качанным салатом, жерухой, бельгийским цикорием и начинал играть в нападение на сидящих в зале посетителей. Йибл, йибл, мусульманская свинья! Он мог сидеть до четырех ночи — чистить свою пушку и мечтать о похожих на Луну пустыне, о шипящей чань-музыке, о йемениточках с прикрытыми белыми платками нежными головками и с изнемогающими без любви чреслами.

Он дивился на американских евреев, которые могут вот так сидеть с тщеславным видом и поглощать одно блюдо за другим, когда всего в половине окружности земного шара от них лежит безжалостная пустыня, усыпанная трупами сородичей.

Каким еще языком мог он разговаривать с этими бездушными желудками? Уповать на ораторское искусство масла и уксуса или на мольбу пальмовой мякоти? У Да Коньо был единственный голос — его автомат. Но слышат ли они его? Есть ли у желудков уши? Да и нельзя услышать выстрел, предназначенный тебе. Этот автомат, нацеленный, возможно, сразу на все пищеварительные тракты, одетые в костюмы "Харт, Шаффнер и Маркс" и похотливо побулькивающие при взгляде на официанток, был всего лишь неодушевленным предметом, который смотрит туда, куда его направит любая нарушающая равновесие сила.

В чье пузо целился Да Коньо? К чему задавать вопросы? Профейна удивило отношение Да Коньо к своему автомату. Любовь к вещи была для него в новинку. Этот автомобиль чуть его не задавил. Как-то в полдень, выйдя на улицу с мусорным ведром, через верх которого переливались некондиционные листья салата, Профейн услышал справа зловещий рокот. Он продолжал свой путь в уверенности, что обремененный ношей пешеход имеет предпочтительное право.

В следующую секунду Профейн почувствовал удар, нанесенный ему правым крылом машины. К счастью, она ехала со скоростью пять миль в час — не очень высокой для того, чтобы покалечить, но достаточной для превращения Профейна, ведра и салата в грандиозный зеленый ливень, падающий на землю задницей вниз.

Убери-ка с лица этот лист, чтобы я смогла разглядеть. Она рассмеялась и с грохотом умчалась прочь. Он нашел грабли и принялся собирать мусор в кучу, размышляя о встрече с очередным чуть не убившим его неодушевленным предметом. При этом Профейн не был уверен, что имеет в виду машину, а не Рэйчел. На обратном пути он снова встретил Рэйчел. Аденоидальный тембр выхлопа остался тем же, что и по дороге в Либерти. Профейн согласился — до приготовления ужина оставалось целых часа два.

На машине она мчалась, словно проклятая в святой праздник. Он, конечно, не сомневался в том, что она соразмеряет возможности машины со своими собственными. Но откуда ей было знать, например, что встречный молоковоз на крутом зигзаге этой двухполосной дороги свернет на свою линию именно в тот момент, когда между ними останется одна шестнадцатая дюйма?

Не на шутку испугавшись за свою жизнь, Профейн не чувствовал обычного смущения перед девушками. Он потянулся к ее сумочке, нашел там сигарету и закурил. Рэйчел даже не заметила.

Она была всецело поглощена вождением и вообще забыла, что рядом кто-то сидит. Она открыла рот лишь однажды — сказать, что сзади лежит холодное пиво. Профейн потягивал сигарету и размышлял: Может, он нарочно всегда идет туда, где ему могут встретиться враждебные предметы?

Может, он сам стремится к тому, чтобы закончить свою жизнь смертью шлемазла? Если нет, то почему он тут сидит? Потому что у Рэйчел симпатичный зад? В конце концов Рэйчел свернула в заброшенный карьер. Вокруг валялись обломки щебня неправильной формы. Профейн не знал, что это за камни, но неодушевленными они были наверняка. Рэйчел повела машину вверх по пыльной дороге и остановилась на площадке в сорока футах над дном карьера. Погода в тот день стояла неуютная.

С безоблачного небосвода безжалостно били солнечные лучи. Упитанный Профейн весь взмок. Рэйчел, знавшая некоторых девушек из профейновской школы, сыграла с ним в игру "А не знаком ли ты?

Время от времени Профейн поддакивал: Рэйчел приехала из Пяти Городов — так называется местность на южном берегу Лонг-Айленда: Хотя местные жители и не принадлежат к сефардам, Пять Городов, казалось, поражены каким-то географическим инцестом.

Восточные официанты раскланиваются и улыбаются, порхают в летних сумерках, в их голосах слышен щебет летних пташек.

Когда опускается ночь, наступает пора краткой прогулки по улице — торс отца, солидный и уверенный в своем костюме от Дж. Пресс, глаза дочери, спрятанные за солнцезащитными очками в отделанной искусственными бриллиантами оправе. Кто смог бы от этого убежать? Да и кто захочет? Профейн, который одно время ремонтировал дороги в районе Пяти Городов, вполне мог ее понять. Еще солнце не зашло, а между ними произошло уже почти все.

Профейн был отчаянно пьян. Неодушевленные предметы могут делать все, что захотят. Оно ушло, будто Профейн в самом деле его погасил, став бессмертным богом спустившихся сумерек.

Рэйчел с любопытством наблюдала за ним. Он застегнулся и, пошатываясь, вернулся к пиву. Осталось всего две банки. Он открыл их и протянул одну Рэйчел.

Есть лишь этот карьер: Твоя дорога, которую я никогда не увижу. С ее дизелями и пылью, мотелями, закусочными на перекрестках. Со всем, что там есть. Как выглядит мир к западу от Итаки и к югу от Принстона? Я, наверное, никогда не узнаю. Весь остаток лета Профейн продолжал случайно встречать ее, минимум раз в день.

Они всегда разговаривали, сидя в машине, и он пытался подобрать ключик к ее собственному зажиганию, вглядываясь в ветровые стекла глаз. Вскоре случилось то, чего Профейн и боялся: По ночам он лежал в своей ночлежке и горящим кончиком сигареты выводил в темноте апострофы. Около двух с ночной смены приходил сосед с верхней койки, некий Дюк Ведж — прыщавый молодчик из округа Челси, который все время принимался рассказывать о своей огромной зарплате; зарабатывал он и в самом деле много.

Его истории убаюкивали Профейна. Однажды вечером в машине Рэйчел, стоявшей возле ее домика, он увидел с нею этого негодяя. Профейн поплелся обратно в ночлежку, но преданным себя не почувствовал, поскольку был уверен, что у Веджа все равно ничего не получится.

Он даже дождался соседа и позволил потчевать себя детальным отчетом о том, как тот ну почти уже все сделал, но лишь почти.

Профейн, как всегда, заснул на середине. В разговоре он никогда глубоко не вдавался в ее мир: В последний раз он увидел Рэйчел на праздник Труда. Завтра она должна была уезжать.

В тот вечер прямо перед ужином у Да Коньо украли автомат. Да Коньо, весь в слезах, метался в поисках. Делать салаты было приказано Профейну. Время от времени через кухню со стенаниями проносился бразилец. Он так и не нашел свой любимый автомат. Несчастного и измотанного, его уволили на следующий день.

Сезон уже все равно закончился; насколько Профейн понимал, Да Коньо вполне мог сесть на пароход до Израиля, а потом ковыряться в каком-нибудь тракторе и, подобно многим измученным рабочим-иммигрантам, пытаться забыть свою оставшуюся в Штатах любовь.

Когда вся эта беготня завершилась, Профейн отправился на поиски Рэйчел. Ему сказали, что она вышла с капитаном гарвардских арбалетчиков. Профейн побродил немного вокруг ночлежки и наткнулся на угрюмого Веджа — непривычно одинокого для этого времени суток.

Их набралось около сотни. Пятьдесят Профейн взял в долг и, попав в полосу везения, очень скоро полностью обчистил Веджа. Тот отправился по соседям, чтобы занять еще, но вернулся, качая головой. Профейн дал ему несколько в долг. В полночь Профейн сообщил Веджу о том, что тот задолжал уже тридцать штук.

Ведж разразился соответствующим комментарием. Профейн сгреб в кучу все выигранные презервативы. Голова Веджа рухнула на стол. Профейн снова побрел к домику Рэйчел. С внутреннего двора доносилось бульканье расплескиваемой воды, и он направился туда.

Рэйчел мыла там машину. Более того, она разговаривала. Когда мы вдвоем, и больше никого? Ты начинаешь жечь масло, когда сердишься на меня, ведь правда? Я так и ждала, что из задней дверцы вывалится труп. К тому же, ты — такой английский, такой угловатый, такой твидовый и — о! Профейна чуть не вырвало. Публичные изъявления сантиментов всегда на него так действовали.

Она залезла в машину и откинулась на шоферском сидении, открыв рот навстречу летним созвездиям. Профейн хотел было подойти, но тут заметил, как ее левая рука бледной змеей заползла на рычаг переключения передач и начала его ласкать. Благодаря недавнему общению с Веджем, у Профейна возникли вполне однозначные ассоциации. Ни в одной из времянок свет не горел, но контора стояла открытой.

Профейн перерыл все ящики и нашел, наконец, коробку кнопок. Затем вернулся к времянкам и до трех ночи ходил под светом звезд от одной двери к другой, прикрепляя на каждую по презервативу.

Ему никто не мешал. Он чувствовал себя Ангелом Смерти, метящим двери завтрашних жертв. Назначение мезузы — отпугивать Ангела, поэтому к мезузе он не стал бы подходить. Но ни на одной из сотни дверей она не висела. Что ж, тем хуже для них. Когда лето закончилось, между Профейном и Рэйчел завязалась переписка. Его письма были вялыми и кишели неправильными словами, ее — то остроумными, то отчаянными, то страстными.

Через год она окончила Беннингтон, поехала в Нью-Йорк и устроилась на работу в приемную агентства по найму. Он ценил в ней то, что она никогда не называла их отношения Связью. Она посещала его без предупреждения, словно суккуб, приходящий со снегом и, как снег, неизбежный.

Воссоединенная команда взошла на борт "Сюзанны Сквадуччи", подкупив вахтенного бутылкой вина, и позволила не без предварительной перебранки присоединиться к себе матросам с эсминца, стоявшего в сухом доке. Поначалу Паола держалась поближе к Профейну, который положил глаз на одну пышную даму, одетую в нечто вроде меховой шубы и уверявшую, будто она — адмиральская жена.

Здесь были хлопушки, радиоприемник и вино, вино… Влажная Железа решил залезть на мачту. Она была недавно покрашена, но Влажного это не остановило, и, по мере продвижения вверх, он делался все больше похожим на зебру. Добравшись до салинга, Железа уселся там, снял гитару, которая, пока он лез, болталась у него где-то снизу, ударил по струнам и запел с ковбойским прононсом:.

Он часто появлялся на той неделе. С самого рождения пел он я видел умирающих отцов, уходящих братьев, плачущих младенцев…. Это происходит не только на войне. Война здесь ни при чем. Я родился в гувервилле, еще до войны. Вот и все, что для этого нужно. Голос Влажного звучал так высоко над головами, что казался частью ветра — неодушевленного.

Где теперь Гай Ломбардо со своими "Старыми добрыми временами"? На первой минуте года Влажный спустился на палубу, а Профейн забрался на его место и, сидя верхом на рее, наблюдал, как прямо под ним Свин совокупляется с адмиральской женой. С неба, сыплющего снегом, спикировала чайка и, покружив немного, уселась на рею в футе от руки Профейна. И тут все словно взорвалось. С улицы послышалась сирена, потом — другая. Включились прожекторы, и по пирсу рассыпались маленькие люди в белых фуражках и черно-желтых патрульных повязках на рукаве.

Трое бдительных участников веселья бегали по левому борту и сбрасывали трапы в воду. К машинам, из которых уже мог бы составиться целый парк, добавился фургон с громкоговорителем на крыше. В самом разгаре грехопадения лучи двух или трех прожекторов пригвоздили их к палубе.

Свин пытался попасть сразу всеми тринадцатью пуговицами в нужные петли, что в спешке практически невозможно. С пирса — подбадривающие выкрики и смех. Несколько патрульных уже пробирались на судно, по-крысиному заползая по швартовам. Экс-эшафотовцы оправлялись от сна и, пошатываясь, поднимались по трапам на палубу. Наблюдая за всем этим, Профейн стал немного беспокоиться за Паолу. Попытался найти ее, но лучи прожекторов все время двигались, приводя освещение главной палубы в полный беспорядок.

Осторожно добравшись до площадки, он лег на живот. Из-за края виднелись только глаза, нос и ковбойская шляпа — как горизонтальный Килрой. Пусть у тебя вырастут крылья, и — лети! Патрульный так и оставил его лежать: Чайка, которой это дело наскучило, снялась с места и полетела в направлении базы. Возможно, подумал Профейн, Бог должен быть более позитивно настроен, нечего все время метать молнии.

Он осторожно указал пальцем на Влажную Железу. Спой-ка им ту алжирскую пацифистскую песню! Профейн перевернулся на спину и, прищурившись, стал смотреть на падающий снег.

Он положил шляпу на лицо, закрыл глаза. Шум внизу понемногу стихал. Тела уносили и запихивали в скотовоз. Машина с громкоговорителем прокашлялась помехами, а потом уехала. Прожекторы выключили, а сирены, демонстрируя эффект Допплера, помчались в направлении штаба берегового патруля. Профейн проснулся рано утром. Он был припорошен снежком и продрог до последней косточки. На ощупь он спустился по обледенелым ступенькам, поскальзываясь чуть ли не на каждой.

Профейн отправился греться под палубу. Снова он попал в самую сердцевину чего-то неодушевленного. Скорее всего — ночной вахтенный. На полу он заметил мышеловку, аккуратно поднял ее и швырнул в проход. Она ударилась о переборку и отскочила с громким БРЯК. Шаги резко стихли, затем возобновились, но стали более осторожными — двигались где-то под Профейном, потом — вверх по трапу — туда, где лежала мышеловка.

Профейн посмеялся и нырнул за угол. Там нашел очередную мышеловку и отправил ее вслед за коллегой. Шаги забарабанили вверх по лестнице. Четырьмя мышеловками позже Профейн очутился на камбузе, где вахтенный затеял варить некую кофейную бурду. Рассчитывая, что хозяин проплутает еще хотя бы пару минут, Профейн поставил на плиту чайник.

Он украдкой выбрался из камбуза и отправился на поиски мышеловок. Одну нашел наверху, на следующей палубе. Он поднял мышеловку, ступил на трап и бросил ее по невидимой дуге. По крайней мере, спас мышей. Сверху раздался глухой удар, потом — крик.

Он бросил в кипяток пригоршню смеси и скользнул к противоположному краю камбуза, едва не наткнувшись на вахтенного, который гордо шествовал с мышеловкой, свисающей с левого рукава. Профейн стоял довольно близко и видел его взгляд, исполненный терпения и муки. Вахтенный вошел на камбуз, и Профейн тут же выскочил в проход. Он успел пробежать три палубы вверх, когда услышал рев, доносившийся с камбуза.

Он попал в коридор, по обе стороны которого располагались пустые пассажирские каюты. Кто будет плавать в Италию на этой штуковине? Скорее всего, председатели правлений, кинозвезды и депортированные рэкетиры.

Это больше, чем сделал бы для тебя любой из пассажиров. Он поплелся по проходу, собирая мышеловки. Профейн рассеянно поднял единственную оставшуюся мышеловку. Она сработала и схватила его сразу за три пальца между первой и второй фалангами. Вахтенный и без того достаточно посмеялся. Стиснув зубы, он отцепил мышеловку, взвел ее, бросил через иллюминатор в камбуз и бросился бежать.

Когда он спрыгнул на пирс, ему в затылок угодил снежок и сбил с головы ковбойскую шляпу. Он наклонился за шляпой и подумал: На морозе рана от мышеловки болеть перестала.

Поднялся прилетевший из Норфолка ветер. На этот раз они остались внутри. Рэйчел нашла его на автостанции в Норфолке. Профейн закрыл глаза и пытался уснуть. Он уже начал отрубаться, когда по трансляции объявили его имя. Он не успел еще проснуться, но уже знал — кто это может быть.

Он часто думал о ней. А там, где сейчас сидел Профейн, были лишь старые часы. Да еще дюжина бездомных, ссутулившихся на деревянных лавках в попытке заснуть. Он смотрел на них, а слушал ее — не перебивая. Но от последнего он лучше бы отрекся — как от оболтуса и раздолбая — чем стал бы к нему прислушиваться. Он услышал, как к нему по полу движется глухой, бренчащий звук. Влажная Железа — хмурый и тощий — волочил за собой гитару. Профейн вежливо перебил Рэйчел. Рыбы в море, рыбы в океане, рыжеволосая меня обманет….

У Рэйчел волосы тоже были рыжими, с прожилками преждевременной седины, настолько длинные, что если бы она обхватила их сзади рукой и, подняв над головой, дала свободно упасть вперед, то они полностью скрыли бы ее огромные глаза. Нелепый жест для девушки, чей рост, без каблуков, составлял 4 фута 10 дюймов — по крайней мере, попытайся она этот жест сделать.

Он почувствовал, как его потянуло за невидимую пуповину, и подумал о длинных пальцах, сквозь которые он мог бы — хоть изредка — видеть мельком голубое небо. Он потерся подбородком о трубку, скрежеща трехдневной щетиной. Он подумал о том, что на протяжении всех пятисот миль на север под землей вдоль кабеля сидят черви и слепой народец троллей.

Тролли знают много всяких волшебных штучек. Интересно, могут они изменять слова или имитировать голоса? Было слышно, как сзади нее кто-то блюет, а зрители истерически смеются. Но вместо этого спросил:.

Рауль, Слэб и Мелвин были частью единой компании недовольных, которую окрестили "Напрочь больной командой". Половину жизни они торчали в баре "Ржавая ложка" в нижнем Вестсайде. Профейн вспомнил "Могилу моряка" и не увидел никакой разницы. Но, может, она притворяется. Если посмотреть со стороны на планету, качающуюся на пути по орбите, расщепить солнце зеркалом и представить себе нитку, то получится нечто похожее на йо-йо.

Точка, наиболее удаленная от солнца, называется афелием. Точка, наиболее удаленная от руки называется, по аналогии, апокером. Профейн и Паола уехали в Нью-Йорк в ту же ночь. Влажная Железа вернулся на корабль, и Профейн больше никогда его не видел. На протяжении всей двадцатичасовой поездки не было ни минуты, когда хоть один из них не вопил. Найдет тебе работу и место, где можно вписаться. Не спрашивай меня, любим ли мы друг друга.

Это слово ничего не значит. Сядешь на Вестсайдскую электричку, и ты — прямо там. В этом-то вся и беда. На свете не бывает ничего такого, о чем ты или я смогли бы ей рассказать — она знает все.

Итак, в январе года Бенни Профейн вновь оказался в Нью-Йорке. С его приездом окончилась оттепель. Первым делом он нашел койку в городской ночлежке "Наш дом" и газету в одном из окраинных киосков, а потом, уже поздно вечером, бродил по улицам и в свете фонарей изучал объявления о найме.

Как обычно, он никому особенно не требовался. Случись рядом кто-то из старых знакомых, он заметил бы, что Профейн ничуть не изменился. Все тот же большой амебоподобный мальчик, мягкий и толстый; коротко подстриженные, клочковатые волосы; маленькие, как у свиньи, глазки, расставленные слишком широко.

Дорожные работы не улучшили ни его внешний облик, ни внутренний. Хотя большая половина его жизни была связана с улицей, они так и остались чужими во всех отношениях. Улицы дороги, кольца, скверы, площади, проспекты не научили его ничему: Причем, шел, как иногда ему думалось, по проходам залитого светом гигантского супермаркета, в котором его единственная функцией было — желать.

Однажды утром Профейн проснулся рано, и после неудачной попытки снова заснуть ему взбрендило провести этот день, как йо-йо — кататься в метро под Сорок второй улицей от Таймс-сквер до Гранд Сентрал и обратно. Он пробрался в умывалку "Нашего дома", дважды споткнувшись по дороге о свободные матрасы.

Во время бритья порезался, а вынимая заевшее лезвие, полоснул себя по пальцу. Чтобы смыть кровь, он решил принять душ, но рукоятки у кранов не хотели поворачиваться.

Когда он, наконец, нашел работающий душ, то оказалось, что подача холодной и горячей воды в нем чередуется случайным образом. То завывая от боли, то дрожа от холода, он танцевал вокруг душа и, поскользнувшись на куске мыла, чуть не сломал себе шею.

Вытираясь, разорвал пополам протершееся полотенце, сделав его совершенно непригодным. Майку надел задом наперед. Следующие десять минут были заняты застегиванием молнии, а потом еще пятнадцать ушли на ремонт шнурка, который порвался, когда Профейн завязывал ботинок. Вместо утренних песен он ругался матом. Дело не в том, что он устал или страдал нарушением координации. Просто, будучи злосчастным, он давно знал одну вещь: Профейн сел в метро на Лексингтон-авеню и поехал до Гранд Сентрал.

В вагоне оказалось полно самых разнообразных, обалденно восхитительных красавиц — от секретарш, едущих на работу, до школьниц-малолеток. Это было уже слишком. Обессилев, он повис на поручне. Началось какое-то наваждение — его преследовали огромные, необычные волны возбуждения, тут же делающие недоступно-желанной любую женщину определенной возрастной группы с подходящей фигурой. Наконец, Профейн освободился от чар, но зрачки еще некоторое время вращались, и он продолжал жалеть о том, что шея не может поворачиваться на градусов.

После часа пик поезд пустеет, как замусоренный пляж в конце сезона. Между девятью и полуднем сюда раболепно возвращаются неизменные постояльцы — скромные и нерешительные. После восхода все бурное и изобильное вливается в мир и наполняет его ощущением весны и жизни. На одиннадцатом или двенадцатом рейсе Профейн заснул. Был почти полдень, когда его разбудили три пуэрториканца — Толито, Хосе и Кук сокращение от Кукарачито.

Они зарабатывали здесь деньги, хотя прекрасно знали, что по утрам в будни метро no es bueno для танцев и игры на бонгах. Хосе держал кофейную банку: Профейн спросонья щурился и наблюдал, как они бесились, кувыркались и иногда в шутку принимались за кем-нибудь ухлестывать. Они цеплялись за поручни и висели, раскачиваясь и заставляя стойки вибрировать; Толито ходил по вагону и изображал игру с бинбэгом, подкидывая семилетнего Кука, а на заднем плане Хосе отчаянно молотил по своему жестяному барабану, создавая вместе со стуком поезда рваную полиритмию, а локти и кисти его рук двигались с частотой, выводящей их за пределы различимости.

Его зубы были обрамлены широкой, как Вестсайд, улыбкой. Заметив их приближение, Профейн закрыл глаза. Они уселись напротив и, болтая ногами, занялись подсчетом выручки. Кук сидел посередине, и остальные двое пытались столкнуть его на пол. В вагон вошли два подростка из их квартала — черные чино, черные рубахи, черные гангстерские куртки — на спинах красными буквами с подтеками выведено ПЛЭЙБОИ.

Троица на противоположной лавке тут же замерла. Они сидели, выпучив глаза и вцепившись друг в друга. Старшие ребята, отстукивая набойками стаккато, прошли мимо и скрылись в соседнем вагоне. Толито положил руку на голову Кука, пытаясь вдавить его в пол, чтобы никогда больше не видеть. Двери закрылись, и вагон снова двинулся к Гранд Сентрал. Внимание троицы обратилось на Профейна. Он рассеянно надел банку на голову, и она съехала на уши. Они вернулись, когда поезд снова отъезжал от Гранд Сентрал.

На соседний путь прибыл следующий. В коричневом свете кружились тела, громкоговоритель объявлял маршруты прибывающих составов. Станция стала наполняться гулом и людским движением. В это время сюда толпами возвращаются пассажиры. Прибыл, открылся, закрылся и уехал очередной поезд. Сутолока на деревянной платформе усиливалась, нагнетая атмосферу дискомфорта, гнева, терпения, готового вот-вот лопнуть, и удушья.

В толпе, толкавшейся в это время на станции, была девушка с длинными распущенными волосами и в черном плаще. Она осмотрела четыре вагона и в пятом, наконец, нашла Кука, который сидел рядом с Профейном и разглядывал его. Профейн лежал на сидении наискось и спал. На гидрантах ровно светились огоньки, на асфальте виднелись крышки люков. Его сон был связан с историей, которую ему довелось услышать — о мальчике, родившемся с золотым винтиком вместо пупка.

Чтобы избавиться от винтика, мальчик целых двадцать лет ездил по всему свету и консультировался с докторами и специалистами. Наконец, на Гаити он встретил шамана вуду, который дал ему дозу зловонного напитка. Выпив его, мальчик заснул и увидел сон: Следуя наставлениям шамана, он дважды повернул направо, один раз — налево, и возле седьмого фонаря увидел дерево, увешанное разноцветными воздушными шариками. На четвертой от верхушки ветке висел красный.

Мальчик хлопнул его и обнаружил внутри отвертку с желтой пластиковой ручкой. Этой отверткой он отвернул винтик и тут же проснулся. Он посмотрел на свой пупок и увидел, что винтик исчез. Двадцатилетнее проклятие наконец снято.

Вне себя от радости он вскакивает с постели, и его задница падает на пол. Когда Профейн вот так брел один по улице, ему казалось, будто он тоже ищет некую вещь, с помощью которой его, как машину, можно будет разобрать. На этом месте у Профейна всегда возникал страх, а сон превращался в кошмар: Но была ли домом эта улица, залитая ртутным светом? Может, он возвращался туда подобно слону, идущему на свое кладбище, чтобы лечь и превратиться в слоновую кость, в которой спят зародыши утонченных шахматных фигур, спиночесалок и полых ажурных китайских сфер — каждая следующая гнездится внутри предыдущей?

Ему никогда и ничего больше не снилось — только Улица. Вскоре он проснулся, так и не найдя ни отвертки, ни ключа, и увидел прямо над собой лицо девушки. На заднем плане стоял Кук, опустив голову и широко расставив ноги. Из третьего от них вагона, сквозь грохот поезда, доносилась металлическая дробь кофейной банки Толито. Ее лицо с родинкой на щеке было молодым и нежным.

Она заговорила с ним до того, как он открыл глаза. Она хочет, чтобы он поехал к ней. Зовут ее Хосефина Мендоса, она — сестра Кука и живет далеко от центра. Она должна помочь ему. Профейн никак не мог понять — что происходит? Вернулись остальные ребята, пробиваясь сквозь толпу и напевая. Он сам не знал — к кому обращается.

Он проснулся, любя и желая всех женщин в этом городе, и вот перед ним — одна из них, да еще хочет взять его к себе. Во внезапно возникшей сутолоке, плохо понимая, что делает, Профейн схватил подмышку Кука и выбежал из поезда, а Фина, из-под распахнутого плаща которой выглядывали тропические птицы на зеленом платье, последовала за ними, взяв за руки Толито и Хосе.

Они бежали через станцию под цепью зеленых ламп. Неспортивно подпрыгивая на бегу, Профейн натыкался на урны и автоматы с кока-колой. Кук высвободился у него из рук и побежал, прорываясь, как бейсболист, через полуденную толпу. Внизу ждал нужный поезд. Фина и ребята успели войти, а на Профейне дверь захлопнулась, зажав его посередине. У Фины и ее брата от испуга выпучились глаза. Вскрикнув, она потянула Профейна за руку, и свершилось чудо — двери вновь открылись.

Она втащила его внутрь, в свое скрытое силовое поле. И он сразу понял: Всю дорогу домой Кук пел Tienes Mi Corazоn — лирическую песенку, однажды слышанную им в кино.

Они жили в районе Восьмидесятых улиц между Амстердам-авеню и Бродвеем — Фина, Кук, мать, отец и еще один брат по имени Анхель. Иногда друг Анхеля Джеронимо ночевал у них, и его укладывали в кухне на полу. Мать сразу же влюбилась в Профейна и позволила ему переночевать в ванне, где Кук и обнаружил его на следующее утро.

Кук включил холодную воду. Профейн выскочил из ванной и побежал по всей квартире за Куком, оставляя мокрые следы. В гостиной он загремел, споткнувшись об Анхеля и Джеронимо, которые, лежа на полу, пили вино и разговаривали о том, как они пойдут сегодня в Риверсайд-парк и каких девочек они там увидят.

Кук убежал, смеясь и выкрикивая "Луис Апарисио! Через пару часов они, чудовищно пьяные, спускались, пошатываясь, по ступеням старого дома из песчаника. Анхель и Джеронимо спорили о том, гуляют ли девочки по такому холоду в парке. Они вышли на середину улицы и направились на запад. Хмурое небо было затянуто тучами. Профейн то и дело натыкался на припаркованные машины. На углу они оккупировали ларек, торгующий хот-догами, и, чтобы немного протрезветь, выпили по коктейлю "пина колада", однако ожидаемого эффекта не получили.

На Риверсайд-драйв Джеронимо отрубился. Профейн и Анхель схватили его и поволокли, как буйного барашка, через улицу, спустились под горку и вошли в парк. Девушка выгуливала мерзкого, злобного пуделя — совсем молоденькая, с длинными блестящими волосами, пританцовывающими на воротнике ее пальто.

Джеронимо прервал свою песню, сказал "Cono! Потом снова запел, на сей раз для нее. Она не обратила внимания ни на кого из них и направилась к выходу из парка, спокойно улыбаясь голым деревьям.

Они провожали ее глазами, пока она не скрылась из виду. Здесь, в Нью-Йорке, в Бостоне — я был там однажды — и в тысяче других городов… У меня от этого башню сносит. Джеронимо кончил петь и спросил у Профейна, помнит ли он историю с детенышами аллигаторов? В прошлом году, или, может, в позапрошлом, дети по всему Нуэва-Йорку покупали их себе как домашних животных.

Но вскоре аллигаторы детям наскучили. Некоторых просто выпустили на улицы, но большинство оказалось смыто в унитаз. Аллигаторы выросли, размножились, питаясь крысами и помоями, и вскоре наводнили собой всю канализационную систему, превратившись в огромных слепых альбиносов. Некоторые сделались людоедами, поскольку в округе не осталось ни единой крысы — одни были съедены, а другие в ужасе бежали.

В прошлом году разгорелся канализационный скандал, и у Департамента проснулась совесть. Они объявили набор добровольцев, чтобы те, вооружившись винтовками, охотились под землей на аллигаторов.

Нанимались немногие, да и те вскоре увольнялись. Профейн повернулся и посмотрел на Джеронимо. В полдень Профейну, Анхелю и Джеронимо наскучило высматривать девочек, и они отправились за вином.

А примерно час спустя как раз мимо того места, где они сидели, возвращалась домой Рэйчел Аулглас — профейновская Рэйчел. Нет слов, чтобы описать ее походку. Она передвигала ноги медленно, но мужественно и чувственно — будто шла на свидание через сугробы глубиной с ее рост. Она пересекала площадку, и серый плащ развевался на легком бризе, прилетевшем с побережья Джерси.

Когда она шагала по решетке в центре площади, высокие каблучки с потрясающей точностью попадали на X-образные пересечения прутьев. Хоть этому она научилась за полгода жизни в Нью-Йорке! В процессе учебы ей не раз приходилось терять каблуки, а зачастую — и самообладание; зато сейчас она прошла бы здесь с закрытыми глазами.

Она могла бы сойти с решетки, но ей хотелось порисоваться. Рэйчел работала в агентстве по найму — проводила там собеседования; но сейчас она шла из одной истсайдской клиники, где встречалась с неким Шейлом Шунмэйкером — пластическим хирургом.

Шунмэйкер славился своим мастерством, и его бизнес процветал; у него работали два ассистента, первым из которых считалась медсестра-секретарша-регистраторша с невероятно скромным вздернутым носом и тысячами веснушек, сделанных лично Шунмэйкером. Каждая веснушка была татуировкой, а девушка — его любовницей; по милости какой-то ассоциативной причуды он называл ее Ирвинг. Клиника располагалась в лабиринте комнат фешенебельного дома между Первой и Йорк-авеню — на краю Немецкого квартала.

Для соответствия местоположению здесь был установлен замаскированный громкоговоритель, из которого ревел пивнушный Мьюзек. Рэйчел пришла сюда в десять утра.

Ирвинг сказала ей подождать, и она ждала. В это утро доктор был очень занят. Через четыре месяца будет июнь — время, когда еврейские девушки, уверенные, что давно уже вышли бы замуж, не будь у них такого безобразного носа, отправятся на курортную охоту за мужьями — все с одинаковыми носовыми перегородками.

Это внушало Рэйчел отвращение: Откинувшись на спинку стула, Рэйчел наблюдала за пациентами, не испытывая особого нетерпения перед встречей с Шунмэйкером. Напротив нее, через широкую полосу неброского коврового покрытия, сидел влажноглазый юноша с жидкой бородкой, которой не удавалось скрыть безвольный подбородок, и бросал на Рэйчел смущенные взгляды.

Девушка с клювообразным тампоном на носу закрыла глаза и плюхнулась на диван, а с флангов встали ее родители и принялись шепотом обсуждать вопрос цены. На противоположной стене высоко под потолком висело зеркало, а под ним — полка с часами начала века. Двусторонний циферблат поддерживали четыре золотые стойки вразлет над лабиринтом механизма, помещенного под колпак шведского флинтгласа. Диск совершал четверть оборота в одну сторону, затем четверть — в другую, и каждое вращательное перемещение вала продвигало регулятор хода на один зубец.

Сверху на диске в фантастических позах застыли два золотых чертика. Их движение отражалось в зеркале, равно как и окно позади Рэйчел — огромное, от пола до потолка. За окном росла сосна, и в зеркале были видны ее ветви и зеленые иголки. Рэйчел смотрела в зеркало под углом 45 градусов, и поэтому видела как первый циферблат, глядящий в комнату, так и второй — отраженный в зеркале.

Быть может, по всему миру рассеяно множество таких точек-ориентиров — в узлах, похожих на эту комнату, которая принимает в себя приходящих и уходящих людей — несовершенных и неудовлетворенных. И не дает ли сумма реального и мнимого — оно же зеркальное — времени в результате ноль, служа тем самым какой-то не совсем понятной этической цели? Рэйчел встала и взяла сумочку. Проходя мимо зеркала, она поймала косой взгляд своего двойника из зеркального мира, а затем вошла в кабинет и встала перед доктором, который с ленивым и враждебным видом сидел за столом, формой напоминавший человеческую почку.

На столе лежали счет и копирка. Рэйчел достала из сумочки свернутые двадцатидолларовые банкноты и бросила их на бумаги. То, чем вы здесь занимаетесь…. Его голос стал похож на лай. Я даже не считаю себя необходимым злом. Ее глаза сверкали, как грани двух соседних зубьев пилы. Молодые люди никогда не бывают ни теми, ни другими.

У меня родители были ортодоксами. Если я не ошибаюсь, они считали, что если твоя мать — еврейка, то ты тоже еврей, вне зависимости от того, кто твой отец, поскольку все мы выходим из материнского лона. Длинная непрерывная цепь еврейских матерей, которая тянется от Евы. Слова, сказанные ею Адаму, повторяют с тех пор ее дочери.

Мы продвинулись вперед, стали с годами более утонченными, мы больше не верим в то, что земля плоская. Хотя в Англии есть один человек — президент Общества плоской Земли.

Он говорит, что она плоская и окружена ледяными барьерами замороженным миром, куда уходят все пропавшие люди и откуда никогда не возвращаются. То же самое — с Ламарком, который считал, что если мыши отрезать хвост, то у нее родятся бесхвостые дети. Но это не так. Вес научных доказательств говорит об обратном, точно так же, как любая фотография с ракеты, запущенной с Белых Песков или мыса Канаверал, противоречит аргументам Общества плоской Земли.

Я не делаю с носом еврейской девушки ничего такого, что могло бы повлиять на носы ее детей, когда она станет, как положено, еврейской матерью. Так в чем же здесь зло? Я что, разрываю эту огромную, нерушимую цепь? Я не иду против природы и не предаю евреев. Как бы ни старались отдельные люди, но цепь все равно продолжается, и малые силы, вроде меня, никогда ее не победят.

Это можно сделать только путем изменения плазмы зародыша. Вот оно может предать евреев и сделать так, чтобы будущие поколения рождались с двумя носами или вовсе без оных. Вот эти силы и предадут человеческую расу. Из-за дальней двери доносился звук упражнений Тренча в ножички. Рэйчел сидела, плотно сжав скрещенные ноги. Но вы их тоже изменяете. Каких еврейских матерей вы воспитали, если они заставляют своих дочерей оперировать нос, даже если те этого не хотят?

Сколько поколений прошло через вас? Для скольких людей вы сыграли роль старого доброго семейного врача? Впрочем в этот раз с погодой он не угадал, продолжал идти дождь, а в том самом своем недавнем интервью он обещал обильный снегопад. Участковый читал это интервью и именно с ним он пристал к Кошкину: Люде же надеялись на вас, снег ждали.

Обман же это обман. А за обман статья полагается, я и дело ведь на вас завести могу Уголовное дело Уваров завести может и не мог, но попортить нервы и репутацию запросто, а потому придется как-то откупаться, но на трезвую голову шаман об этом думать не хотел.

Милиционер же, сплюнув вслед Кошкину, пошел в отделение, там скопилось много дел, участковый не очень много времени уделял занятием ими. Тем временем Маша дошла до зоопарка и подошла к вольеру императорского пингвина.

Убедившись, что рядом нет сторожа Архипа, очень вредного старикашки, который вечно гонял девочку, не понимая что той так часто нужно делать в зоопарке, она принялась за дело. Переодев свой желтенький плащ черной изнаночной стороной наружу, она подманила пингвина купленной рыбой и достала из рюкзака захваченную книгу.

Открыв ее на нужной странице, Маша начала зачитывать заклинание одновременно рисуя колдовские знаки специальным окрашенным в магические черно-белые цвета пером. Заклинание должно было призвать из бездны демона, вселить его в тело пингвина и навсегда подчинить воле Маши, но То ли девочка сделала что-то не так, то ли свободных для вызова демонов не оказалось А может машино заклинание перебило более раннее волшебство, ведь пингвин съел заколдованную рыбу, но итог вышел совсем не тот.

Пингвины вообще самые умные и замечательные". И как ты вообще заговорил, планировалось совсем другое! Я есть, чтобы есть Ой, то есть просто есть. А говорить я всегда мог, только вы, люди, глупые, не понимали меня.

Теперь ты понимаешь, поумнела значит. И вообще вон Архип с каким-то дядькой в красном идет". Ей надо было хорошо подумать, почему заклинание не сработало так как надо. Дядькой в красном, что шел вместе с Архипом был тот самый Дед Мороз.

От участкового он решил спрятаться в довольно неожиданном месте - в зоопарке. Сторожу он наплел что-то про оленей и тот вызвался деда проводить. Впрочем на оленей ему посмотреть было действительно интересно, в предверии праздников оленьи упряжки пользовались спросом, и теперь Морозу хотелось узнать, можно ли угнать животных из зоопарка, чтобы потом выгодно продать.

Доведя Деда до оленей, Архип ушел в свою сторожку. У него там была припрятана бутылка самогона, и грезил о ней сторож с утра. Мороз осмотрел оленей, угостил их завалявшейся в кармане морковкой, ему иногда приходилось делать с детьми снеговиков и он таскал у себя в кармане пару морковин, осмотрел вольер и подумал, что задуманное ему вряд ли удастся. Обратно он возвращался мимо вольера Пингвина. Задремавший было после ухода Маши птыц встрепенулся и спросил: Значит так, хочу рыбы, свежей, и побольше-побольше!

А, и снега еще, я же пингвин, с Арктики, мне снег положен, а тут все дождь и дождь, а еще зима называется". Только не здесь, а то рыбу у тебя тут отберут. Я ее как наколдую, так за тобой зайду, через пару дней примерно. Так что жди, непременно", - и весело насвистывая Мороз пошел к выходу из зоопарка, долго здесь задерживаться не было смысла, зоопарк уже закрывался, о чем еще перед входом его предупреждал сторож.

Да и надо было закинуть в гостиницу, в которой он устроился, добытое им ранее. А дельце вырисовывалось выгодное, говорящий пингвин это вам не какие-то там олени. Окончательно закрывший ворота за ушедшим Дедом Архип, ощутимо покачиваясь, шел по мокрым от дождя дорожкам зоопарка. И тебя с Новым Годом", - ответил сторож, проходя мимо, реальность он отображал не совсем.

На фабрику Витю не пустили. Проход был только по пропускам, а отца, к которому мог бы зайти сын, на рабочем месте не было. Мальчик еще некоторое время послонялся вокруг. У него появился план и надо было внимательно осмотреться. Осмотревшись он отправился в клуб к вечерней операции надо было хорошенько подготовиться, да и план продумать тщательней не помешало бы.

В это время от фабрики отъезжала машина директора. После своей поездки по магазинам он успел вернуться на фабрику и немного поделать вид, что работает. А сейчас, в конце рабочего дня, он спешил на встречу с Татьяной, он надеялся хорошо провести время. К магазину Краснов успел вовремя, Татьяна выходила из него с посохом в руках. За ним никто так и не пришел, и теперь она думала куда же его девать, выбросить прямо у магазина было бы как-то не очень хорошо, кто-то еще мог заметить и принести находку обратно.

Георгий вышел из машины и спросил про посох. В Бюро Находок отнесу", - пришлось что-то быстро придумывать. Но мужчина как-будто не очень интересовался посохом, а спросил просто для проформы.

Вообще-то он уже довольно давно выбирал среди всех своих девушек, но сегодня наконец-то окончательно решил, что Татьяна подходит ему больше всего.

Девушка замерла от неожиданности. Вообще-то она ждала подобного исхода, но надеялась к тому времени избавиться от матери. Одну ту не оставишь, она была инвалидом-колясочником, а жить втроем не очень-то хотелось. Татьяна уже давно подменяла таблетки на те, которые при мамином диагнозе должны были только ухудшать ее состояние, но результатов почему-то заметно не было.

Краснов начал довольно эмоционально убеждать девушку в своей любви, размахивая при этом руками. Но ту кроме всего прочего мучило несостоявшееся замужество в прошлом, которое родило в ней комплекс собственной неполноценности, поэтому она просто быстро сказала "Мне надо подумать" и заспешила от разошедшегося Георгия домой. Кстати, мать Татьяны, Галина Борисовна Павлова, наблюдала за всем этим из окна.

Окна их с Татьяной квартиры, очень удобно выходили на улицу и на вход расположенного напротив магазина. Ей показалось, что мужчина за что-то ругал ее любимую доченьку. В очередной раз Галина убедилась, что от мужчин ничего хорошего ждать не стоит. В свое время она убила своего мужа, отца Тани, за то, что он периодически над ней издевался.

Но из-за беременности и других смягчающих обстоятельств получила только условный срок. Теперь она всячески ограждала свою дочь от подобного, в первую очередь тем, что симулировала свою болезнь, заставляя Татьяну чувствовать свою вину и ни на шаг не отходить от матери.

Поэтому Галина почти все время проводила у окна, следя за местом работы дочери, и за тем, кто входит и выходит из магазина. Следила она и днем, видела и Деда Мороза с эскимо и девочку в желтом плаще с рыбой. Кстати, вспомнила, что видела этого мужчину и ранее днем, что заставило ее только сильнее нахмуриться.

Отойдя от окна Галина села в свое кресло и стала дожидаться возвращения дочери. Татьяна пришла домой, оставила посох в прихожей, решив, что придумает куда его деть потом, приготовила ужин и они с Галиной сели ужинать.

Подозрительно прищурившись мать начала допрос про мужчину, которого она видела в окно, но девушка отвечать не пожелала. Она редко сопротивлялась подавляющей ее воле матери, но это был как раз такой случай.

Чтобы избежать дальнейших вопросов, Татьяна вскочила из-за стола, быстро пробормотала в качестве извинений, что ей надо в аптеку за лекарствами, и ушла на улицу. Идти ей было некуда и она бесцельно стала бродить по городу. Но ужинали не только они, в своем доме ужинали и задумчивый Витя и так и не разобравшаяся в заклинании Маша. После ужина Витя быстро выбежал из дома, ему пора было начинать свой план. Маша же села писать письмо Деду Морозу, ведь если существует темная магия, то должна существовать и светлая, почему бы и не в виде доброго дедушки с подарками.

Тем временем в баре шаман Кошкин сидел уже давно. Много алкогольного он не заказывал, но и выпитого ему с лихвой хватило для желания легкого флирта с красивой девушкой.

Самой красивой в поле его зрения оказалась барменша Наташа. Пока он придумывал с чего начать с ней разговор, его взгляд остановился на красивом Снежном Шаре. Этот шар он определенно где-то видел Внезапно он вспомнил где видел этот шар - у одного из своих конкурентов Гудвина. Выжить с ниши предсказателей этого Гудвина Кошкину никак не удавалось, но год назад он при невыясненных обстоятельствах исчез сам.

Иннокентий внимательно присмотрелся к Наташе и узнал в ней ассистентку Гудвина, правда, раньше та была не рыжей, но видимо покрасилась. Шаман начал расспрашивать девушку об этом, но та уходила от ответов или просто отмалчивалась, таинственно улыбаясь. В конце концов расспросы ей надоели и она, поставив несколько кружек пива на поднос, ушла обслуживать других клиентов. Свою тайну Наташа скрывала тщательно.

Да, она была ассистенткой Гудвина в то время, когда он исчез. Собственно, именно она его и устранила, ведь ее окончательно достали его домогательства.

Улик она не оставила, тело спрятала так хорошо, что его до сих пор не нашли, и спустя некоторое время переехала в этот город, прихватив с собой на память только этот шар. Пока она отошла Кошкин решил поближе осмотреть шар и убедиться, что он тот самый. Выпивка достаточно сильно повлияла на координацию движений шамана, шар выскользнул из его рук, упал на пол и со звоном разбился. Иннокентий оглянулся, не заметил ли этого кто, но все были заняты своими делами, Наташа была на другом конце зала, а музыка заглушила все подозрительные звуки.

Наскоро собрав осколки, Кошкин быстро покинул бар, не заплатив при этом за все заказанное, решив сделать это в следующий раз, ну или не сделать вообще. На выходе он столкнулся с Татьяной, той надоело бродить по городу под дождем и она решила погреться горячим чаем.

Быстрым шагом Иннокентий направился к дому. Сидящий в отделении Уваров проследил взглядом бегущего куда-то Витю. Окно было приоткрыто, в кабинете было душно, атак залетал освежающий ветерок, правда, порой он бывал довольно сильным, но это не очень беспокоило Алексея. Он как раз добрался до пришедшей неделю назад срочной разнарядке.

В деле исчезновения Гудвина появились новые обстоятельства, в этом как-то был замешан его волшебный шар, именно его описание было на первой странице. На второй было описание подозреваемой ассистентки мага, но до нее участковый не добрался, особенно сильный порыв ветра сорвал листки со стала и вынес их в открытое окно.

Уваров проводил их скучающим взглядом и пошел сделать себе еще чашечку кофе. Кошкин подходил к своему дому. Мимо него от автобусной остановки шел молодой человек, одетый в абсолютно зимнюю одежду, что было странно при идущем дожде. Это был безработный турист-путешественник Евгений Гриньков, только что прибывший в город.

Иннокентий почти не обратил на него внимания, и забыл о встрече, как только вошел в квартиру. Внезапно над городом раздался гром, как будто в сильную грозу, но никаких молний видно не было. Личностью он был незаурядной. Истинной истории его путешествий могли бы позавидовать Индиана Джонс и Лара Крофт вместе взятые, но он о них не сильно распространялся, предпочитая рассказывать в виде сказок и придуманных историй.

Излишнее внимание Евгению нужно не было. Тем не менее последнее его путешествие было не очень удачным. Он нашел заброшенный магический замок на странном острове, расположенном за полярным кругом. Возле него было очень холодно. И хотя из замка Гриньков вытащил много интересных безделушек, остров почему-то признал его своим хозяином и теперь следовал за путешественником по пятам, появляясь в любом более-менее крупном водоеме неподалеку.

И всюду, где появлялся этот остров резко холодало и начинался снегопад. Ради шутки Евгений даже смотался в Африку, очень порадовав местных жителей, которые до этого ни разу не видели снег, и удивив тамошних метеорологов, копающихся в причинах случившегося до сих пор. Вот и сейчас температура в городе заметно понизилась, а дождь заменили пока редкие снежинки, но снегопад постепенно становился все сильнее.

Гриньков хотел избавиться от этого острова. Но ритуал, который для этого был необходим, предусматривал принесение в жертву родственной крови, а о родственниках своих путешественник знал немного. Поиск по крови привел его в этот город, но точного адреса у него не было, поэтому он решил пока побродить по городу в надежде на случайную встречу.

Конечно, остров после ритуала останется на своем нынешнем месте и, скорее всего, погребет под снегом весь город, но Евгения это не интересовало, сразу после этого он собирался отправиться в новое путешествие в поисках одного заброшенного храма. Внезапно Гриньков набрел на стоявшего на берегу и с удивлением смотрящего на остров мальчика.

До фабрики Витя добежать не успел. А он точно знал, что никакого острова на этом озере раньше никогда не было. А ведь сколько в мире еще удивительных вещей есть. Не хочешь их увидеть? Он давно подумывал о том, чтобы найти себе в помощники какого-нибудь смышленого пацана, все-таки иногда встречаются довольно узкие места, куда взрослому мужчине пролезть довольно сложно, и потому эту встречу счел добрым предзнаменованием.

Конечно же Витя согласился! Не отказался и от того, чтобы оказать помощь в небольшом дельце, которое, по словам Гринькова, ему нужно сделать. Конечно тот не раскрывал все деталей, не запугивать же ребенка сразу, но тем не менее они скооперировались. Витя даже не вспомнил про свою сестренку, ведь пред ним открывались такие перспективы.

Теперь он любил исключительно Евгения и был готов отправляться за ним куда угодно. А город с вечной зимой - это даже интересно. Извинившись перед путешественником, мальчик все-таки отправился к фабрике, оставлять дела незаконченными он не любил.

Добежав до фабрики мальчик огляделся, охраны видно не было. Выбрав окно подальше от камер видеонаблюдения, он осторожно вскрыл стекло своим уже доказавшим полезность стеклорезом. Обрезав пару проводков, он закоротил сигнализацию и прикрепил туда свое небольшое устройство.

После чего он быстро побежал от фабрики. Добежав до елки, Витя немного попинал уже появившиеся небольшие сугробы, и подумав а почему бы и нет, начал лепить снеговика. Вскоре к нему присоединилась дописавшая свое письмо Маша. Правда, она забыла закрыть дверь, когда уходила из дома, и бродящий в поисках легкой наживы Дед Мороз на эту открытую дверь наткнулся. Обчистив квартиру он прихватил и письмо себе, зачем ребенка зря напрягать. Зато снеговик получился на загляденье!

Проходивший мимо Георгий помахал Вите рукой и пошел дальше. Галина все сильнее волновалась о том, куда делась ее дочь. Взяв телефон в руки, она позвонила в милицию. Почему-то Галина вбила себе в голову, что молодой Уваров неровно дышит к Татьяне, и потому названивала ему по поводу и без повода, чтобы отбить у него всякое желание общаться с ее семьей. Узнав, что участковый Таню не видел сегодня вообще, она отправилась по соседям, вдруг ее блудная дочь прячется именно там.

Такого раньше никогда не случалось, но вдруг. В прихожей она заметила посох. Со словами "И зачем она всякий мусор в дом тащит" Галина забрала его в комнату, чтобы получше рассмотреть. Татьяна сидела в баре. Она смотрела на телефон и не решалась позвонить Краснову.

Милая девушка Наташа, которая развлекала Таню весь вечер, утверждала, что позвонить надо, что мама это хорошо, но хорошего мужчину ничего не заменит. Девушка решилась, набрав нужный номер, она предложила Георгию встретиться тут же в баре через некоторое время. Взяв еще чаю, она приготовилась его ждать. Но тот не приехал. Ему позвонили с фабрики, там начался пожар.

Бросив все, Краснов рванул туда, фабрика была куда важнее личной жизни, в конце концов она у Георгия одна, а девушек много. Изучение посоха Галиной ничего не дало, и она выглянула в окно в надежде, что Татьяна все-таки объявится. Но Татьяны не было, там была метель. В метели брел какой-то человек. В ярости, что дочь ее променяла на неизвестно кого, Галина открыла окно и выбросила туда посох. Но закрыть окно так же легко не получалось, стеклопакет устанавливали таджики по скидочной акции, поэтому подогнан он был неплотно и сам по себе закрывался плохо, а тут еще и сильный ветер мешал.

Вдоволь намучившись и изрядно замерзнув, Галина все-таки закрыла окно, но так сильно при этом устала, что легла спать, решив больше дочь не ждать. Гриньков, а под окнами Галины проходил именно он, очень удивился упавшей ему на голову палке, но порадовался, ведь с ней идти было действительно легче. Он даже не проверил, что это было, иначе такой любитель редкостей как он никогда бы не оставил подобный посох на лавочке возле бара, куда он зашел, решив прекратить поиски на сегодня.

В баре на столе танцевала Татьяна. Не дождавшись Григория, она заказала напитки покрепче чая, а так как пить была не приучена, алкоголь оказал на ее мозг поистине взрывное действие. Взмахнув руками в странно танцевальном движении она начала заваливаться на бок. Стоявшая рядом Наташа привычным движением подхватила девушку, усадила ее на стул и пошла вызывать такси.

На еще один раунд танцев та была явно уже неспособна, а значит единственное, что оставалось - отправить ее домой. Огонь на фабрике потушить не удалось. Вскоре пожар охватил уже все здание. Внутри было много химических хладагентов, к тому же компоненты самого мороженого не все были натуральными, потому огонь получился очень красивым, цветным, с искрами. Отсветы, которые он давал на тучи тоже было цветным.

А вот дыма почти не было видно. Над городом благодаря пожару разлилось удивительное сияние. Люди почему-то решили, что сияние это северное, хотя его видно только в ясную погоду, а никак не в сильный снегопад.

Но все равно, было очень красиво. Уваров шел по площади и любовался сиянием. Сидеть в кабинете ему не хотелось, а так можно делать вид, что он делает обход. Стряхнув со скамейки снег, ему пришлось для этого очень постараться, он присел. Но тут же подскочил, сидеть ему что-то мешало. Это оказался оставленный Гриньковым посох. Алексей внимательно рассмотрел его и решил отнести в участок, авось зачем-нибудь да пригодится. Встав, милиционер отправился в участок. Рядом раздался звук мотора автомобиля, такси увозило от бара домой нетрезвую Татьяну.

Алексей заметил слепленного детьми снеговика. По его мнению это были глупые забавы. Сам он в детстве занимался различными единоборствами, даже некоторое время изучал искусство боя с посохами. Правда во всех секциях он был далеко не лучшим учеником, у него вечно ничего не получалось, поэтому он старался забросить это все как можно быстрее, позанимавшись пару месяцев для вида.

Поудобней перехватив посох, Уваров принял стойку, которая должна была напоминать боевую. А так, извини", и с этими словами нанес удар посохом по снеговику. В тот момент, когда посох коснулся снеговика, случилось волшебство, он ожил. И улетел в сугроб по инерции от удара. Из сугроба Снеговик встал очень злым и набросился на милиционера.

Бой был неравным, Уваров дрался более умело, Снеговик более зло. К тому же он хоть и стал живым, но боли снег не чувствует, у Алексея не было шансов.

Вскоре все более кончено, милиционер лежал в сугробе над ним с гордым видом победителя стоял Снеговик. Через некоторое время Уваров поднялся, сплюнул кровь на снег и побрел домой, продолжать дежурство он был не в состоянии. Падающий снег быстро скрыл все следы драки. Посох так и остался лежать в сугробе.

А в баре Гриньков не верил своей удаче. Специальный амулет показывал, что Наташа и есть тот родственник, которого можно принести в жертву, чтобы избавиться от острова. Но попытка завести разговор и увлечь девушку своими сказками не удалось, все-таки она была на редкость практичной особой.

Впрочем Евгений не торопился, он был уверен, что за пару дней он очарует девушку, в крайнем случае применит силу, после ритуала та все равно не выживет. Наташа периодически смотрела на часы, бар скоро закрывался, а Евгений был у нее последним посетителем.

Вздохнув, она вышла на улицу подышать свежим воздухом, рискнув оставить Гринькова одного. Над городом до сих пор красовалось сияние от горящей фабрики, потушить пожар все еще не могли.

К ней приблизился воинственно настроенный Снеговик. После такого заявления у девушки даже не получилось удивиться. Я этого еще не знал Я только недавно ожил", - признался снеговик.

После этого у них завязался оживленный разговор, и за разговором потеряли счет времени. Но вспомнив о посетителе, Наташа попрощалась со Снеговиком и пошла выгонять Гринькова. С неба продолжал сыпать снег. Все спали в своих домах или гостиничных номерах, некоторым из спящих снились кошмары. Даже Пингвин спал в своем вольере уронив голову на грудь. И только Краснов ходил вокруг своей сгоревшей фабрики. Ему еще предстояло общение с пожарной частью и страховой компанией.

Да еще Снеговик бродил в одиночестве по заснеженному городу. Наступило утро, народ начал просыпаться. Открывая бар, Наташа увидела на площади грустного Снеговика и пригласила его внутрь. Первым в бар заявился Гриньков, он собирался продолжить наблюдение и охмурение Наташи.

Следом в бар зашел усталый Краснов, он всю ночь был на пожарище, да и сейчас зашел только позавтракать и планировал сразу вернуться. Почти сразу за ним зашел Уваров, увидев Снеговика сразу же замер, он жаждал мести. Следом Татьяна завезла на коляске Галину, та настояла на том, чтобы дочь вывезла ее на прогулку, но сильный снегопад загнал их в помещение.

Ввезти коляску в бар им помог Кошкин, он столкнулся с ними на входе. Неожиданно в бар зашел Пингвин, он утром сильным ударом по голове оглушил сторожа и сбежал из зоопарка.

За Пингвином в бар забежали дети Маша и Витя, они его заметили и решили поймать. Последним снегопад в бар загнал Деда Мороза. Дед с силой захлопнул за собой дверь, от удара снег над дверным козырьком съехал вниз и завалил дверь. В баре витал легкий дымок со сладковатым запахом. Посетители быстро расслабились, и умудрились увидеть под потолком двух духов.

Даже некоторое время видели петуха ярко оранжевого цвета, но очень скоро две появившиеся из ниоткуда рыжие лапы утащили этого петуха с собою в никуда. Сильнее всего дымок повлиял на уставшего Краснова, ему показалось, что шаман летит на каком-то стеклянном шаре. Мартышка к старости слаба глазами стала; А у людей она слыхала, Что это зло еще не так большой руки: Лишь стоит завести Очки.

Очков с полдюжины себе она достала; Вертит Очками так и сяк: То к темю их прижмет, то их на хвост нанижет, То их понюхает, то их полижет; Очки не действуют никак.

Все про Очки лишь мне налгали; А проку на волос нет в них". Мартышка тут с досады и с печали О камень так хватила их, Что только брызги засверкали.

К несчастью, то ж бывает у людей: Как ни полезна вещь, - цены не зная ей, Невежда про нее свой толк все к худу клонит; А ежели невежда познатней, Так он ее еще и гонит. День церемонии настал, глаза сияют счастьем, Не замечает, что жених ненастен Огромный шлеф и декольте притягивают взоры И за спиной уж смех и разговоры.

Но девушка уверена, что виновата зависть лжеподружек, Но разве образ разбитной на свадьбе нужен? Перед фотографами крутится и так, и сяк, все принимая позы, У мужа на глазах уже от злости слезы. В расстройстве не заметил, как наступил на шлейф он, И вот красавица теряет трон Ткань порвалась, она споткнулась и упала.

Никто не ожидал подобного финала! Ушибы, слезы, крики, ругань, вой сирены И вместо праздника - палаты стены. Конечно, выглядеть на свадьбе надо лучше всех стараться, Но может быть не надо слишком выделяться? Поедем в Царское Село! Там улыбаются мещанки, Когда гусары после пьянки Садятся в крепкое седло Казармы, парки и дворцы, А на деревьях - клочья ваты, И грянут "Здравия" раскаты На крик "здорово молодцы!

Особняки - а не дома! Едет князь, В Стеклянном павильоне свита!.. И, саблю волоча сердито, Выходит офицер, кичась, -не сомневаюсь - это князь И возвращается домой - Конечно, в царство этикета, Внушая тайный страх, карета С мощами фрейлины седой, Что возвращается домой Родители как раз на даче По грядкам с огурцами скачут. А нас ждет праздник за стлом! Столы, закуска, море водки, Смех, танцы, песни до утра, Вино, шампанского пора, Яичница на сковородке, И снова пиво с морем водки.

Потратили мы не напрасно Такие долгие пять лет. И мной будет гордиться дед - Диплом держу не синий - красный!! Отдал я силы не напрасно! Я слышу одобренья свист, Танцуют на столе девчонки, Кто-то запел вдруг песню звонко, Кто-то врубил погромче твист. Стал громче одобренья свист. Сверху стучат, стучатся в двери, Кричат, чтоб прекращали пьянку. Соседи завели шарманку, О том, что мы совсем как звери. Я им не верю! Уснули поздно кто где был, И утром чуть горчила радость.

Эх, зря мы понижали градус Но в памяти я схранил Тот оптимизм, задор и пыл! Изнемогая от тяжелых ран, К своим трущобам отступал Кабан. В чужие вторгся он владенья, Но был разбойнику отпор достойный дан, Как поднялось лесное населенье Сороке довелось в ту пору пролетать Над полем боевых событий. И - кто бы ожидал такой сорочьей прыти! Мне с дерева видней - он не уйдет далеко! Я помогу, коль помощь вам нужна. А вы еще разок ему поддайте сбоку! А тут придет конец войне - Глядишь, и вспомнят обо мне Да скажут где-нибудь: Невыносимо ей терпеть чужой успех, Поэтому плохие все, она же - лучше всех.

Пройдет студент, экзамен сдавший гладко, Звучит немедленно: Пройдет красавица, одетая по моде: Никто ей никогда не возражает. Наверное, ей скоро выдадут медаль. Мартышка, в Зеркале увидя образ свой, Тихохонько Медведя толк ногой: Что это там за рожа? Какие у нее ужимки и прыжки! Я удавилась бы с тоски, Когда бы на нее хоть чуть была похожа. А ведь, признайся, есть Из кумушек моих таких кривляк пять-шесть: Я даже их могу по пальцам перечесть".

Но Мишенькин совет лишь попусту пропал. Красавица, увидя образ свой, Соперницу тихонько тырк ногой. Кто наложил тебе такой ужасный грим? Тебе всерьез поговорить придется с ним!

Сегодня ты на черта лысого похожа! А я, признайся, очень хороша. Мне равных нет - кругом одни кривляки, И выглядят они, как после драки! Намека нет на то, что выпиваю много. Сыграть без грима мог бы полубога!

Ругаешь ты меня напрасно. Признайся, что вино полезно, Это давно уж всем известно. Все говорят об этом повсеместно! Написано что тридцать скоро, Хотя на вид передо мной столетний ворон" Ушла совсем, машину поцарапав вилкой.

А муж остался со своей любимою бутылкой!. Мы встретились У мельничной запруды. И я ей сразу Прямо все сказал! Зачем,— сказал — Ходила на вокзал? В моих мозгах чего-то не хватало: Махнув на все, Я начал хохотать. Я хохотал, И эхо хохотало, И грохотала Мельничная гать. Я это слушать больше не хочу.

Я прямо сразу молча в морду дал. А самый молодой захохотал. Они достали биты и кастеты, А я сказал: Ты не продержишься и раунда. В моих мозгах вся жизнь вдруг промелькнула, Недолго думая, я бросился бежать. Пока бежал вдруг молния сверкнула - Один бандит остался на земле лежать.

Стою и, как дурак, я хохочу. Наверное, ребята напугались, Пожав плечами, крутанули у виска. Забрав товарища, тихонечко убрались. А я пришел домой и пил вискарь В моросящем вечернем желе Поезд шёл параллельно земле, И катились меж катетов капли На наружном вагонном стекле. А снаружи был город рябой, А внутри свет ранимый слепой, И столкнулось моё отраженье С заводскою кирпичной трубой.

Машинист за часами спешит, Будто в поезд вцепились гужи, И я сбоку лечу пристяжною Сквозь ангары, дома, гаражи. Безуспешно пытаюсь понять На исходе бегущего дня: Почему на обочине люди Так живут, будто нету меня? Вон знакомая горстка огня: Скоро станция будет моя. Пассажиром перпендикулярным Продвигался вдоль времени я. И по лбу быстро катятся капли, И летят, устемляясь к земле. А снаружи жара, как в аду, От жары я иду, как в бреду.

И столкнулся я с отраженьем Человека с пером какаду. Человек этот очень спешит, Палкой гневно меня ворошит. Я лежу, не вставая с дороги. В горле сильно от жажды першит. Безуспешно пытаясь поднять, Человек костерит мою мать. Не Москва тут, а Кения!. На походе, на войне Сохранил я балалайку - С нею рядом, на стене Я повешу и нагайку.

Что таиться от друзей - Я люблю свою хозяйку, Часто думал я об ней И берег свою нагайку. Собирать мечтал я залы. Открывал турнир борцов - Денег заплатили мало.

Спел я песню про войну И сыграл на балалайке. Так провоет даже лайка! Но признаюсь все же вам, Что мечтаю я о сцене. За окнами сумрак ранний На свет и на тьму похож,— Будто на синем плане Нового дня чертеж.

Вижу, привстав с постели, Как выступают из мглы Строгие лесенки елей, Сосен прямые стволы. Слышу в тиши до рассвета Первые грузовики. Слышу, как в городе где-то Пробуют голос гудки. Тот, кто минуту свиданья Ночи и дня подглядел, Видел весь мир в ожиданье Новых событий и дел. А потом в окно заглянула Какая-то страшная рожа.

Я привстаю с постели, От злости впадаю в раж. Как же так, неужели Он влез на десятый этаж? Слышу в тиши громкий шопот: Тому, кто женился поспешно Блага уже не нужны. Видит весь мир, как потешно Прячется он от жены. В саду личинка выжить старается. Санта Лючия, мне это нравится! Горсточка мусора — тяжесть кармана. Здравствуйте, музыка и обезьяна! Милая Генуя нянчила мальчика, думала — гения, вышло — шарманщика!

Если нас улица петь обязала, пой, моя умница, пой, обезьяна! Сколько народу Мы с тобой — невидаль. Стража, как воду, ловит нас неводом. Добрые люди, в гуще базарной, ах, как вам любы мы с обезьяной! Хочется мускулам в дали летящие ринуться с музыкой, спрятанной в ящике. Ах, есть причина, всему причина, Са-а-нта-а Лю-у-чия, Санта-а Люч-ия! Он мне не нравится! Горсточку мусора всыплю в карманы. Он не почувствует, он очень пьяный. Милая Спарта, что делать с дядечкой? Ну а на улице Крепнет веселье.

Будут все хмуриться Завтра с похмелья. Стали похожи на обезьян. Добрые люди бегом мимо мчатся и без прелюдий на всех матерятся. Выброшу дяденьку в дали летящие. Найду не пьяного, найду настоящего! И есть причина Мужиками бросаться- Ты, дурачина, Уже не мужчина!.

Я сразу смазал карту будня, плеснувши краску из стакана; я показал на блюде студня косые скулы океана. На чешуе жестяной рыбы прочел я зовы новых губ. А вы ноктюрн сыграть могли бы на флейте водосточных труб? Потом ударил по воротам, Которые стояли твердо. Вратарь огромный, словно глыба, трясет меня в своих руках А вы в футбол сыграть смогли бы В тулупе, с клюшкой и в коньках? Пришла, прошлась по туалету Стара, болезненно-бледна. Нигде глазам отрады нету, Как будто здесь была война! Опять какая-то зараза Сходила мимо унитаза!

О, боже, За что казнишь, меня, за что же! В ребятах тоже нет веселья! Улыбки сонно ей даря, Еще качаются с похмелья, Отметив праздник Октября! Зачем я съела ту конфету Поверх селедки и вина?

Теперь какая-то зараза Упорно тянет к унитазу.. В глазах уже темно.. Я на кикимору похожа.. Веселья звуков больше нету И от ударов дверь дрожит. И к маленькому туалету Большая очередь стоит Как природа любит живая, Ты люби меня не уставая Называй меня так, как хочешь: Или соколом, или зябликом.

Ведь приплыл я к тебе корабликом - Неизвестно, днем или ночью. У кораблика в тесном трюме Жмутся ящики воспоминаний И теснятся бочки раздумий, Узнаваний, неузнаваний Лишь в тебе одной узнаю Дорогую судьбу свою. И замечу я двадцать пятого, Что я вроде уже "рогатая" Зато в паспортах стоят штампы!

Остальное уже "до лампы". Буду звать тебя, как захочется: Или солнышком, или чудищем, Говорить о совместном будущем. Распланирую все заранее, Ты не выполнишь обещания. Я детей нарожаю ловко, Станет тесно в нашей "хрущевке". Мы с тобою возьмем ипотеку И останемся вместе навеки!!!. И подушка ее горяча, И горяч утомительный сон, И, чернеясь, бегут на плеча Косы лентой с обеих сторон.

А вчера у окна ввечеру Долго-долго сидела она И следила по тучам игру, Что, скользя, затевала луна. И чем ярче играла луна, И чем громче свистал соловей, Все бледней становилась она, Сердце билось больней и больней. Оттого-то на юной груди, На ланитах так утро горит. Не буди ж ты ее, не буди На заре она сладко так спит! Кто-то дышит у ней на груди - Непутевая выросла дочь Мать хватает ее сгоряча, Прерывая вдруг сладостный сон.

И чернеют пятном на плечах Два засоса с обеих сторон. Понимание сердце сверлит, Что буди ты ее, не буди, Она жизнь свою сладко проспит. Рассказы из серии "Рок-магия.

Дай мне шанс, чтобы выйти из клетки! Я малого стою, я знаю, но крылья зовут. Незнакомые странные земли мне сняться нередко. И твердит в моем сердце звезда: Киберготы — молодежная субкультура, образованная в начале х гг в связи с началом массового распространения Интернета. На письме часто используют leet. Однако может доминировать и черный цвет. Часто украшаются фосфорными красками, светоотражателями, печатными платами, деталями систем охлаждения, светодиодной подсветкой.

Движение Ролевых Игр ДРИ , Ролевое движение, ролевики — неформальная общность людей, играющих в различные ролевые игры, в первую очередь ролевые игры живого действия. Родственными ролевому являются движения исторических реконструкторов, толкиенистов, а также хардболистов и страйкболистов. Ролевое движение выделяют и как хобби, и как субкультуру, для которой характерен свой жаргон, своя музыка см.

Ролевики — это объединение людей, которые любят историю, любят легенды и мифы. Кроме ролевых игр, ролевики собираются на Ролевые Конвенты — кратковременные собрания, посвящённые информированию игроков об играх будущего сезона, обсуждению прошедших игр, неформальному общению.

На конвентах проходят турниры по историческому фехтованию, фото и художественные выставки, концерты авторов-исполнителей игровой песни, театральные постановки, видеопоказы. В первую очередь, конечно, длинные волосы. Также им присуще всяческая атрибутика исторического типа — металлические браслеты, кольца, перстни, использование различных рун, кожаные наплечники, шнурок на волосы поперек лба, ну, и все, что связано с их образом жизни. В повседневной одежде они мало чем отличаются от обыкновенных неформалов.

А вот если проводиться отыгрыш или тренировка, то идут в ход древнерусские рубашки, кольчуги, доспехи, плащи, длинные красивые платья, меховые и кожаные кирасы, все это вкупе с оружием, типа меча, лука, кинжала, алебарды и т. Wikipedia , Кто такие ролевики , Молодежные субкультуры 3. Отаку анимешники — молодежная субкультура, представители которой увлекаются тем или иным видом японского искусства.

В современном представлении под этим названием понимают любителей аниме отаку, либо манги. Интересно, что в самой Японии слово носит отрицательную окраску, японцы не обращаются так к своим собеседникам. Любители аниме - отаку объединяются в клубы, занимаясь развитием данного вида творчества. Нередко анимешники принимают имена японских героев комиксов, сериалов своими псевдонимами, либо сами придумывают их. Среди увлечений приверженцев отаку: Девочка отаку обычно выбирает себе образ среди любимых персонажей.

Стоит отметить особенность мультфильмов аниме отаку — большое внимание к глазам. Проявляется не только в громадном размере по отношению к пропорциям лица, а также во внимании к мелким деталям. Подобно своим героям, девочки отаку в макияже стремятся выделить глаза, в одежде и прическе также соблюдают стиль аниме.

Это проявляется в использовании ярких цветов розового, красного , разделение волос на пряди. Иногда по самым незначительным деталям брелок на телефоне в виде анимешного персонажа, подвеска на цепочке можно определить анимешника. Сумки и футболки с соответствующей символикой — это уже более значительные элементы. Не секрет, что многие делают себе прически как у любимого персонажа. Например, после просмотра Сейлор Мун, многие девочки стали носить оданго это хвостики на "камешках" , а после FMA косичка как у Эдварда стала весьма популярной.

Кроме того, не стоит забывать о таком явлении, как косплей костюмированная игра. То есть отаку анимешники схожи с ролевиками, только их одежда чаще всего подбирается похожей на одежду и стиль их любимого персонажа из аниме и манги.

Разнообразие элементов нарядов представителей этой субкультуры огромно, а число их возможных сочетаний практически безгранично: Это не осталось незамеченным представителями модной индустрии. Важнейшим свойством движения автор считал демократичность, возможность любого человека приобщиться к моде, вне зависимости от финансовых возможностей.

Здесь Аоки видел шанс для противостояния крупным брэндам, диктующим тенденции в модной индустрии. Журнал сразу же приобрёл большую популярность и получил статус международного издания.

Главную роль при создании костюма играют воображение и практически ничем не ограниченная возможность выбора. Так, в один день подросток или молодой человек может появиться на улице одетым в стиле милитари — в иностранной военной форме, в качестве аксессуара прихватив с собой противогаз, — а на следующий день нарядиться в костюм покемона и надеть ботинки на очень высокой подошве. Впоследствии стиль фрутс интегрировался в японскую уличную моду вообще, прославив токийскую моду.

Российским фрутс, конечно же, близка японская культура: Сложно себе представить человека, который принадлежал бы к фрутс и не испытывал как минимум симпатии к Японии.. Российские фрутс отличаются от японцев некоторыми особянностями. Например, в России могут заимствовать какие-то тенденции у гяру стиль, субкультура , хотя традиционно молодёжь Харадзюку игнорирует гяру, а некоторые — готические лолиты — являются их убеждёнными противниками.

Лолита Lolita — это стиль уличной моды девушек и молодых женщин, преобразившийся в субкультуру. Появился он в семидесятых годах, однако широкое распространение получил лишь в конце девяностых. Лолита — японская субкультура, основанная на стиле времён Викторианской эпохи, а также на костюмах эпохи Рококо Внешний вид: В первую очередь, Лолиты пытаются выглядеть по-детски, мило и забавно, прекрасно и элегантно, но никак не сексуально. Они похожи на фарфоровых куколок в аккуратненьких платьицах, а не на переросших нимфеток.

Лолиты- дети, потому что они всегда пытаются и хотят выглядеть младше. Лолиты всегда забавные и очень милые. Они одеваются в пышные платья, носят большие банты. Также существует несколько видов Лолит.

Вообще на сегодняшний день можно выделить три категории девушек, зовущих себя Лолитами. Они следуют всем концепциям и негласным правилам культуры и никогда не выходят из образа.

Во-вторых, фанатки и поклонницы V-kei, преображающиеся только на концертах. Wikipedia - описана куча подвидов, виды субкультур 6. Готическая субкультура достаточно разнообразна и неоднород-на, однако для неё в той или иной степени характерны общие черты: У готов за два десятилетия сложился достаточно узнаваемый имидж. Хотя внутри готиче-ской моды существуют многочисленные направления, их объединяют общие черты. Основные элементы готического имиджа — преобладание чёрного цвета в одежде, ис-пользование металлических украшений с символикой готической субкультуры, и харак-терный макияж.

Типичная атрибутика, используемая готами — анх древнеегипетский символ бессмертия, активно используется после фильма Голод , черепа, кресты, прямые и перевернутые пен-таграммы, летучие мыши. Макияж используется и мужчинами, и женщинами. Он не является повседневным атрибу-том, и как правило, наносится перед посещением концертов и готических клубов. Макияж обычно состоит из двух элементов: Прически в готической моде достаточно разнообразны.

В эпоху пост-панка основным ви-дом прически были средней длины растрепанные волосы. Но в современной субкультуре многие носят длинные волосы, или даже ирокезы. Для готов характерно красить волосы в чёрный или — реже — рыжий цвет, но в основном это свойственно для женщин-готесс, мужчины восновном оставляют свой природный цвет волос.

Порно и секс видео онлайн, порно фото, эротические рассказы, а также голые знаменитости, постыдные истории, комиксы, порно игры, звёзды, статьи о сексе. Секс с девственницами. Сексуальная и очаровательная порно актриса с торчащими сосками Dana DeArmond трахается с девушкой во время бдсм секса. Только ее подружка высыпает как госпожа и .

Порно Зрелых Женщин Со Зрелыми Мужиками

Она познакомилась с парнем, которому рассказала, что у нее на животике есть татуировка, его сильно заинтересовало какая именно тату у девушки и он решил пригласить ее к себе домой. Девушка с. Здесь имеется не слабая коллекция, и все она доступна. Для того что бы перелистыват Секс с девственницами.

Порно Отсосал Большие Сиськи

Поделиться секс игрушкой Сюзанна не отказывалась с развратным бисексуалом, который подставлял в порно тёлочке упругий зад. Все события и герои этого да что по генералам, он с замминистром Так что прояви.

Бесплатные Голые Сиськи

за что он так ОВД Тульской области с Днем с легендарным героем, так же. Сельское хозяйство Тульская область Дмитрий что с этого года он «сжирает» все. Так и.

Жесткое Анальное Порно Жопастых Блондинок С Неграми

Александр Лоуэн, Любовь и оргазм

Порно Группы Мобильные Блондинки

Чисткой Анального Прохода Дмитрия Занялась Усердно Бледным Страпоном Его Зрелая Русская Подруга Смот

Порно Эротика Анал Секс Видео

Папаша Дрочил Свой Хуек Над Лицом Гея, Засовывая Член И Яйца Ему В Рот И Кончая На Лицо С Повязкой С

Порно Фильм Групповой Анальный Секс

Первый сексуальный опыт с большим черным членом

Карлик Ебет Блондинку Подборка

Зрелые Дамы С Огромными Сиськами

Голая Люси Лав Похвасталссь Прекрасными И Большими Сиськами А Также Знаменитыми Ягодицами Голая Зна

Сексуальная, Роскошная Сюзан Оказалась Девушкой Трансом, Потому Что Под Трусиками Сюзан  Прятала Огр

Принимая участие в Порно с групповым сексом, девушка ложится на кровать, помещает два члена в ротик

Зрелая с большими сиськами в восторге от двух членов

Порно Фильмы С Итальянскими Мамашами

Черный, Длинный Член Гарри Трахал Жестко Сексуальную Крошку Ее Мокренькую Норку

Лижет Анал Порно Видео

Секс С Сисястой Блондинкой / Nadia Hilton (2019) Satrip

Порнография Секс Галерея Анал

Порно Видео С Молодыми Девушками Блондинками

Простое Порно Мастурбация Зрелых

Накачанный парень любил женское доминирование и он услышал приказ молодой Ивен - от трахать ее анал,

Читать онлайн - Дашкова Полина. Место под солнцем | Электронная библиотека monpriv.ru

Порно Большие Сиськи И Жопы Дойки

Испугалась большого члена / Ava Sparxxx (Sweet romance) (2013) SiteRip

Анал В Ванной Комнате С Молоденькой Стройной Подругой (2019) Camrip

Sweety – Свити – Страстная Блондинка У Которой Плоский Животик Порно Звезда

Самые просматриваемые:

Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш
Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш
Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш
Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш

Напишите отзыв

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Akilkis 06.08.2019
Порно Ролики Худые Онлайн
Kigakus 20.07.2019
Африкански Эротика Секс 3р
Mausar 22.04.2019
Видео Онлайн Девушки
Bamuro 09.09.2019
Сайт Частного Ню
Nishura 10.02.2019
Скачать Флеш Порно
Tojashicage 28.11.2019
Женщины Эротика Ролики
Sakus 31.10.2019
Парень Трахает Родную Титю
Kigakora 12.02.2019
Онлайн Ебля Видео По Русски
Область Секс Индустрии, Связанная С Трансвеститами Так Заинтересовала Героя, Что Он Переспал С Барыш

monpriv.ru