monpriv.ru
Категории
» » Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо

Найди партнёра для секса в своем городе!

Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо

Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо
Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо
Лучшее
От: JoJokus
Категория: Члены
Добавлено: 20.12.2018
Просмотров: 2446
Поделиться:
Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо

Парень Получил Много Опыта, Когда Сосал В Порно Зрелому Гею Крупную Сардельку С Волосней На Лобочке

Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо

Порно Изват Анально

Скачать Бесплатно Порно Анал Зрелых За 50

Порно С Игрушками Зрелых Женщин

В здании имелся неглубокий подземный уровень с гаражом и под ним полноценный этаж, которое занимало ОПП — опытно промышленное предприятие. Ранее в зданиях располагался местный институт, потом университет, впоследствии благополучно почивший в бозе в результате реформы образования. Читай, посадки ректората за взятки и центробежного разбегания преподавательского состава от нищенской зарплаты в поисках прокорма.

С момента устройства на работу прошло десять дней. Бен и не догадывался, что постороннего человека, взятого практически с улицы, можно в столь сжатые сроки ввести в курс дела и загрузить проблемами как тяглового осла. Чтобы он был в тонусе, у него было по два совещания в день-утром и вечером. На совещаниях присутствовали все девять замов.

Все совещания от его имени вел Ерепов, никогда не снимавший черных очков. По слухам у него был стеклянный глаз. Именно он делил с Беном приемную и являлся негласным руководителем фирмы, регулярно получая от шефа ЦУ.

Вся работа носила авральный характер. Чуть больше месяца оставалось до ярмарки в Улган-Мулгане. Необходимо было подвести под требования мировых стандартов УСЕ экономические и технические предложения от сотни отечественных поставщиков, которые ни шиша не смыслили в правилах международного базара, и которых на внешнем рынке быстро и элегантно сожрали бы за единственную неправильную букву в фискальном паспорте. Основные деньги фирма делала на посредничестве. В коридорах крутилось множество дилеров, готовых выложить хорошие деньги только за то, чтобы их свели лицом к лицу друг с другом.

Информация, касавшаяся рынка оружия, носила закрытый характер, и в интернете с его голыми бабами на каждой странице, ее было не найти. Бен с ходу окунулся в эту круговерть. В день через его руки проходили десятки накладных, соглашений, распоряжений, всевозможных стыковок, валютных авизовок, заказов и трансфертов. На второй же день ему было пожаловано право подписи, и он не успевал менять пасту в ручках и очень скоро научился брать телефон через раз.

Он научился отшивать ненадежных клиентов и вычленять суть проблемы. Можно было целый день в поте лица заниматься ерундой и только вечером узнать о простоявшем на запасном пути в Задрюпинске литерном поезде с компонентами для элитного бомбовоза "Костолом",которого с повышенном нетерпением ожидали в Улган-Мулгане.

А ведь бомбовоз надо было еще собрать, причем крылья находились в Саразани, а шасси на колесном заводе в Коноводске. Но даже в этой вселенской суете под названием современный бизнес Ерепов нашел время, чтобы предупредить:. Так впервые Бен услышал про начальника ОПП.

Его звали Василий Пантелеевич, но называли его исключительно по фамилии. Афинодор стало и именем и отчеством, и как в дальнейшем выяснилось именем нарицательным, коим называли нечто, что нельзя было остановить, некий неумолимый поступательный процесс.

Поначалу через Бена прошли документы из бухгалтерии на Афинодора, из которого следовало, что ежемесячно из закрытого номерного фонда ему начисляется премия в пятьдесят тысяч евроденег. В голове Бена заранее прорисовывался портрет преуспевающего бизнесмена, разъезжающего на авто длиной в квартал и благоухающим парфюмом от Дживанши, купленном в городе Париже недалеко от площади Этуаль. Поэтому, когда в кабинет вошел сурового вида старик в длинном до пят грязно-сером халате, с разросшимися и свисающими на пергаментные щеки седыми бровями и, кося посверкивающими глазами, стал канючить о нехватке гвоздей кажется, жидких, не суть важно , то Бен даже не догадался сразу его отфутболить, потому что грозный старик никак не ассоциировался у него с ОПП и передовыми технологиями третьего тысячелетия.

Дед походил скорее на выходца из прошлого, проще говоря, колдуна или точнее шамана. Голос у старика оказался громовым, судя по всему, он плохо слышал и от этого старался говорить громче.

При этом, вставляя в речь матерные слова, довольно грязного пошиба, мерзкие, но проделывал это так виртуозно, что речь его текла плавно, без акцентирования на ругательствах, но от этого создавался еще больший дискомфорт, и хотелось сделать все, о чем он попросит и выпроводить поскорее. У Бена как раз оказался начальник материально-технического склада на проводе, и он с ходу решил вопрос. Насупленный поблагодарил, крайне неразборчиво произнося слова, и пригласил заходить к нему в гости, в подвал.

Бен еще соображал, что старикашка может делать в подвале, сторожем, что ли подрабатывает. Спустя пять минут как насупленный ушел, в кабинет фурией мужского рода влетел Ерепов и закричал:. И лицо у него было красное, а вены вздувшиеся. Бен подумал в этот момент, что зам своей смертью не помрет.

Есть такая нехорошая никогда не дающая сбоя штука — апокаплексический удар. Бьет наверняка, как мухобойка муху. Он сразу все просек, и что это был за старичок, и почему он не представился, как положено.

Потому что к Ерепову идти не хотел! А так все решил. За счет куска Беновой холки, которую Ерепов и вознамерился отгрызть. Надо сказать, что одноглазый уже не раз успел удивить его своей осведомленностью и проницательностью. От него практически ничего нельзя было скрыть. Иной раз он виделся Бену киборгом с радаром в стеклянном глазу.

На такие моменты у Бена имелась модель поведения, тоже не дающая сбоев, не хуже чем акоплектический удар. Модель, обкатанная еще с института, когда он вставал на экзамене, по которому полгруппы уже успевала завалиться, и откровенно признавался, что тоже ничего не понимает и, стало быть, ему тоже надо ставить двойку.

Обычно преподы начинали уговаривать, чтоб молодой человек не сдавался заранее, и вытягивали, как могли. В таких делах самое важное: Лишь один раз профессор по материальной мистике влепил ему пару, и честные глаза не помогли.

Бен сразу повинился и сказал, что этого никогда не повторится. И лицо очень удачно сделал виноватое. Ерепов, привыкший к ругани и отпору, очень быстро сдался, не почуяв ответного сопротивления. Пообещав взять объяснительную, он выбежал вон. Про объяснительную он, конечно, забыл, но Афинодор слабину Бенову запомнил и вцепился как клещ. Общаться Бену было особенно не с кем, и знакомство с Афинодором затягивало его, несмотря на запрет.

Тот оказался чрезвычайно интересным собеседником. Сближению способствовала встреча вне стен фирмы, на овощном рынке, где Бен вознамерился купить себе мешок картошки на зиму. Захотелось испечь в костерке, а то уж больно тоскливые вечера выдались в Ареале. Против обыкновения соседи попались тихие, а по вечерам поселок будто вымирал.

Даже мафиозник через дорогу никак себя не проявлял, и баскетбольное кольцо уныло обвисло, точно трусы безнадежного семьянина. Бен тосковал по сыну, но решил выждать паузу, пока косари угомонятся и решат, что он действительно сбежал из города. Именно в такие вечера у него и возникла мысль про костерок и дымящуюся картошечку в мундире. Под новыми навесами, еще пахнущими смолой, на овощном рынке в аккуратные стеллажи были уложены мешки с красной и желтой картошкой, золотистым луком.

Все выглядело нарядно и свежо. Лишь в углу возвышалась неопрятная куча продукции, уже начинавшей портиться. Несмотря на то, что продукты шли за бесценок, мало кто на них позарился. Разве совсем уж жадные и законченные люди.

Именно среди них и обнаружился Афинодор. Он суетливо сновал между гнильем и довольно неразборчиво набивал привезенные с собой грязные в пятнах мешки. Мешков было больше десяти. У меня погреб имеется возле химзавода.

Помоги до машины донести. С машиной я договорился, но шофер за погрузку сотенную требует, а у меня нет. Бену очень редко приходилось лицезреть, чтобы старые умудренные сединой люди врали с такой внутренней убежденностью, и он решил взять это себе на вооружение. Когда Бен поднимал мешки, внутри них хлюпало, продукт довольно энергично разлагался. Афинодор остался чрезвычайно довольным сэкономленной сотенной и от щедрот пригласил к себе в гости, но не домой, а на работу.

Все эти новые русские начальники пик в пик привыкли уходить. А мы люди старой закваски, мы допоздна задерживаемся. Воспользовался предложением Бен на следующий же день. Его интриговал этот старик, нищий и богач одновременно. Интересно было, за что этому пентюху отваливают такие бабки. Он из-за денег можно сказать встал на неправедный путь, обокрал родную фирму, словно Штирлиц несколько лет по краю лезвия ходил, под носом отдела собственной безопасности темные делишки проворачивал, честное имя заложил, а потом не смог выкупить, заложил еще раз, а потом и продал подчистую уже заложенное, а этот никчемный старикашка тысячи огребает.

Если бы Бену столько платили, он бы оставался честным до сих пор, умер естественной смертью и попал в рай. Дождавшись окончания рабочего дня и проследив за отъездом Ерепова, Бен спустился в подвал, самый странный из всех, что ему приходилось видеть. Во-первых, туда не было лестницы, и спуститься можно было лишь на лифте. В конце коридора на первом этаже, за грудой старых ящиков, располагались тяжелые железные створы, запирающиеся снаружи на щеколду.

Лифт, лязгнув, провалился в подвал, защищенный такими же тяжелыми створами, как и на верху. Коридор внизу оказался без преувеличения белоснежным, но не из-за чистоты, а из-за осыпавшейся штукатурки. Подошвы ботинок сразу сделались белыми. ОПП казалось вымершим, словно замерзшая насмерть антарктическая зимовка, пока навстречу не попались двое лаборантов, торопливо направившихся к освободившейся кабинке и снимающей на ходу белые несвежие халаты.

Бен спросил, где ему найти Афинодора, и ему было указано. Бен прошел в конец коридора с вмурованными железными дверями и змеящимися по стенам и потолку толстыми жгутами проводов. Обнаружилось неожиданно много мух, наглых, бесцеремонных, то и дело с противным жужжанием застревающих в волосах. Бен стал ломиться не в ту дверь, тут открылась соседняя, из которой показался Афинодор собственной персоной. Бен вошел в кабинет, безо всякой симметрии заставленный столами и донельзя захватанными стульями.

У меня сегодня праздник: Не успел Афинодор гордо кинуть на стол толстую пачку белой мелованной бумаги, как на нее неряшливо свалилась пара жирных мух и без затей начала трахаться. Он же только что из принтера! Афинодор никак не мог угомониться. В произносимых в гневе изощренных ругательствах временами прорисовывался некий глубинный философский смысл. Афинодор вскипятил чайник с неряшливыми отпечатками грязных пальцев на корпусе.

В Париже, Лиле, это Франция. В Эссене — Германия. Всякую ерунду не брал, только самое лучшее. Если бы ты знал, какая коняшка получается! И он уже на подходе. Бен пожалел, что спросил. Старик зыркнул на него сквозь заросли бровей, усмехнулся и сказал, что неважно. Чтобы как-то заполнить неловкую паузу, Бен спросил про Прелову.

Знаешь, я сам с Азии, родился и долго жил в Магрибе, там есть поговорка: Мудрые люди на Востоке. Если бы грудастую обстоятельно и качественно имели, то она бы сразу добреть начала. А так она нашего брата ненавидит. Не мужчина, не мужик. Меньше всего в его положении ему бы надо привлекать внимание службы экономической безопасности. У Бена от дурных предчувствий засосало под ложечкой. Он окинул комнату взглядом и не сдержал невольного возгласа. То, что он сначала принял за висящие на стене черные полотнища, может снимки в рентгеновском диапазоне, оказались окнами.

Во всяком случае, пока. Дальше не знаю, что наш отдел собственной безопасности выдумает, и какие еще подписки с меня возьмет. Афинодор сделал укоризненное лицо, словно Бен спросил что-то неприличное, и тот поспешил извиниться.

Старик вывел его из комнаты, провел через забитую старой рухлядью подсобку, отпер дверь собственным ключом из достанной из халата огромной связки, и они вышли наружу. Они находились в обширной пещере. Ближайшая стена возвышалась в метрах десяти, едва видимая в лучах одинокой взрывозащищенной лампы. Испросив разрешения, Бен подошел, по пути споткнувшись о брошенные и окаменевшие носилки. Стена оказалась из скальных пород.

Скорее всего, пещера имела естественное происхождение. Строители лишь слегка подправили доставшийся им природный феномен. Там, где прошелся нож экскаватора, хищно блестели щербатые сколы.

ОПП белым удлиненным прямоугольником лежало внутри естественного грота, напоминая кусок рафинада внутри огромного черного рта. Я тут далеко хожу, когда надо подумать, обмозговать какую-то задачку. По идее, тут до порта дойти можно под землей. Сам я, конечно, не рискую. Но такие залежи находил! Треугольные пакеты из-под молока ты, наверное, не помнишь. Были такие в советские времена. Если только альпинист долезет. Под потолком балки всякие, арматура.

Он весь наверху остался, а мы под ним. Чуть подольше постоишь, зуб на зуб не попадает. И холод нехороший, могильный, до кости пробирает. Даже зимой такого наверху не застанешь Перед тем как покинуть грот, Бен потеряно спросил:. Тут нельзя находиться, не только что работать!

Только после этого Бен почувствовал некое успокоение и понял, что там снаружи он, оказывается, боялся находиться. До этого стояла сухая теплая погода, бабье лето никак не хотело уступать. Из него так и перла сексуальная энергия, и Бен завидовал ему черной завистью. В последнее время Бен стал замечать за собой чрезмерную ворчливость, когда смотрел на половозрелую женщину, то вместо того, чтобы встрепенуться как в былые времена, хотелось сказать что-нибудь обидное и обозвать шлюхой.

Вот оно как бывает, подумал Бен. Раньше не мог представить себя стариком, не любящим рок и баб, думал, что это будет резкий переход. Выпадут зубы, отрастет седая борода, оглохнет. И вот тогда уже будет не до баб и современной музыки. Но не угадал, старость это довольно незаметный плавный переход от повсеместного стояка к повседневному недержанию.

Если поначалу Бен споро взялся за работу, то впоследствии произошло то, что спортсмены назвали бы потерей темпа. Когда надо было надавить по важному вопросу, терялся, даже робел, упуская драгоценное время, что в преддверии Улган — Мулгана было недопустимо.

Если бы не киборг Ерепов, просекающий обстановку своим единственным уцелевшим сканером и стремительно реагирующий на смену обстановки, он бы собственноручно похоронил пару контрактов. Ерепов уже начинал рычать.

Второй плохой новостью стало обязательное присутствие на совещаниях Преловой. Выполняя установку отсутствующего Шпольарича Желько, в фирме взялись за дисциплину. Для начала обули несколько программистов, балующих с Сетью в рабочее время. Взяли под контроль приход и уход на работу, время записывали в огромные гроссбухи с железными застежками, похожие на талмуды древних алхимиков.

Зам по снабжению Марсаков, которому не нравились новые порядки "постарался". В обязанности Преловой входило ежедневно зачитывать отчет о проделанной работе и пойманных инспекторами отдела учета рабочего времени нарушителях, но она сочла своей основной обязанностью комментировать любое телодвижение Бена. И так по любому вопросу, по самому пустячному.

Бен хорошо понимал, почему ее никто не одергивает, даже Ерепов, вынужденный продираться сквозь частокол инсинуаций, ненужных слов, замечаний. Именно поэтому и не замечает, что не хочет связываться со скандалисткой и хочет прожить подольше. Это была ошибочная позиция. Скандалисток надо осаживать на ходу. Лучше получить одноразовую дозу яда, чем ежедневные, ежеминутные впрыскивания.

Когда он поделился своими мыслями с Марсаковым, тот отреагировал довольно спокойно и одновременно пессимистично:. Грудастую давно бы поперли, если бы у нее не было лапы на самом верху. Дело в том, что бывший муж Преловой в знакомцах с самим Авангардовым. Прелов с Авангардовым начинали простыми моряками. Половину порта разворовали и продали. Прелов бабки потратил, для кутежей целые рестораны закупал, а Авангардов денежки в дело вложил и приподнялся. Но старая дружба не ржавеет, и наш моряк-миллионер оказывает протекцию ему и его бывшей жене, которую тоже хорошо знал.

Механизм, не дающий сбоев. Так что с грудастой здесь пылинки сдувают и бояться попасть ей на язычок. Другого выхода нет, она будет тебя грызть до тех пор, пока не схарчит последний сустав. Знаешь, как она Базилевского грызла? Мне кажется, она испытывает оргазм, доводя человека до инфаркта.

Учитывая природную изворотливость и практически бесконечную выносливость в части ненавидеть и гадить, ты крупно влип, коллега. Прошла всего неделя совместных совещаний, как Прелова уже плешь ему проела. Бен уже спокойно не мог слышать ее издевательские комментарии, особенно когда она его передразнивала, и голос ее становился еще более противным, чем был, хотя это было в принципе невозможно.

Правильно сказал Марсаков, что он невезучий. Столько всего на него выпало в последнее время, косари готовы его поймать и распять за несчастный спертый у них миллион, ему бы спокойствия, восстановить шаткую нервную систему, ан, нет, в первый же день, в первый же свой шаг на новом месте нарвался на такую стервозу, и она с ходу превратила его жизнь в ад.

Даже доработать не даст. Я бы на твоем месте искал себе новое место. После откровений Марсакова все стало валиться у него из рук. Он невпопад говорил по телефону, в результате литерный с запчастями к летающему комбайну ушел в район Бердянска и никто не мог найти его даже по карте. Он, не глядя, подписал пару накладных недорого, на пару сотен тысяч. Ерепов покосился на него и спросил, как он себя чувствует. Бен с ходу отпросился домой и разрешение незамедлительно получил.

Все просекающий администратор сразу понял, что надо отпустить сотрудника, пока причиняемый им вред не принял промышленные масштабы. Бен уезжал из фирмы, точно спасался бегством от косарей.

Покрышки с визгом лизали асфальт, машина плохо разгонялась, пока он не понял, что едет на ручном тормозе. Он снял его, и тогда началась настоящая катавасия. Он и не догадывался, что такое может с ним произойти.

Когда Хуй взметался вверх, мне казалось что он тянет за собой все из нутрии ее тела как насос, это было приятно ощущать, и я резко, с размаха, вгонял его по самые яйца назад. Еще никогда в жизни мне не приходилась Ебаться с таким наслаждением.

Приработанная горячая Пизденка, приятно сжимала ствол Хуя, и доила его мышцами при выходе, я развил приличную скорость, и все движения, от Ебли, доставляли мне неописуемое удовольствие. Лера пришла в себя, и тоже вошла во вкус, она Еблась держась своими ладошками меня за ягодицы, и, с яростью, двигала Пизденкой, навстречу к Хую, издавая, какие-то, странные звуки, когда мы бились друг об друга, и часто восхваляя Хуй за его качества.

Такая скачка продолжалась с полчаса, головка Хуя потеряла всякую чувствительность, и мой оргазм, категорически отказывался заявлять о своем присутствии, при сухостое.

Лучше я еще поебусь, и помогу тебе, милый, кончить. Она жестом предложила мне лечь на спину, и лихо запрыгнула на Хуй. Я подложил подушку под голову и стал наблюдать, с каким вдохновением Ебется маленькая девочка, подпрыгивая на Хую и всаживая его в глубину себя, к счастью ее Пизденка истекала соком.

Милый у тебя не Хуй а просто какое-то чудо. Очевидно, Ебля, ей доставляла истинное наслаждение. Иногда она переставала прыгать и просто раскачивалась на Хую, иногда просто ерзалась на Нем. Лера встала с Хуя, медленно выводя его из Пизденки, облизав ствол и яйца погрузила в рот приятно посасывая его как соску. Потом она поднялась и качаясь вышла, через минуту вернулась с кремом. Склонившись над Хуем Малышка тщательно смазала головку, отложила коробочку в сторону наверно себя она обработала в ванной , и присела на корточки над Хуем, направляя своей рукой его головку себе в попу.

Лера прижалась розеткой к головке и надавила. К моему удивлению головка порядочно погрузилась в анус но не прошла, Малышка прикусила губу и повторила попытку. Она раздвинула ягодицы и стала, плавно, нанизывать свою попу на Хуй, введя его до предела, ослабляла давление, приподнималась, и делала новую попытку, каждый раз нанизывая себя, на несколько миллиметров, больше.

Я включился в игру, погладил ее влажную Пизденку, и, введя средний палец во влагалище, имитировал фрикции, потом стал поглаживать им переднюю стенку влагалища, а большим пальцем поглаживать клитор.

Немного отдышавшись, она стала делать мелкие, медленные фрикции, с каждой все больше нанизываясь попай на Хуй, а когда погружения дошли до предела, Лера встала на колени и фрикции стали более размашистыми и чаще. Она Ебла свою попу Хуем, и улыбка радости, светилась на ее лице с прикрытыми глазами. Зрелище и ощущения были бесподобными, само только-то что я Ебусь с такой малышкой в ее зад, сводило меня с ума. Что ни говори, а Ебаться девочка любила, и, до меня, наверно, вибратор протерла, своими дырками до дыр.

Из глубины подсознания, у меня, медленно начала подниматься агония оргазма, я развернул девочку не снимая с Хуя, и прижал ее спиною к себе, разместив одну руку на ее груди, массируя соски, а другой стал делать массаж ее Пизденке, продолжая Ебать ее в попу. Малышка раскинула ноги согнув в коленях и плавные толчки Хуем стали сотрясать ее тело, она поскуливала от удовольствия. Чувствительность вновь вернулась к Хую и я почувствовал как разбухшая головка трется о стенки ректрума.

Ой, я сейчас кончу…. Меня, ее оргазм, тоже возбудил и подвел к высшей точке наслаждения, я ввел Хуй в попу, пока головка не уперлась, и со звериным рыком, в конвульсиях, выстрелил сперму в глубину Леры. Обессиленные и мокрые от пота мы лежали не в силах шевельнуться, только Малышка, набравшись сил, сползла с Хуя и легла на мою руку, прижавшись грудью ко мне, и обняв меня рукой.

Подумать только, какую-то неделю назад, я мечтал о том, чтобы мне встретилась женщина, способная выжать из меня все соки, и кто бы мог подумать, что такая кроха, способна вымолотить из мужика, все его силы. Капля влаги прокатилась по руке где лежала Лера, я поднял голову и заметил как по ее телу пробежала волна дрожи.

Мне кажется, что ты утром выйдешь в двери, и я больше никогда не увижу, твоего Хуя. Я не хочу тебя терять. Сережа, милый, я люблю тебя, не бросай меня, пожалуйста. Я улыбнулся с чувством гордости за свой Хуй, Его любили, Им дорожили, и мне это было очень приятно, значит Он смог достать, изнутри, до женской гордости. Любимый, переходи ко мне жить. Ты у меня как в раю будешь жить. Я мухе, не дам, на тебя сесть. Мы сходили в ванную, выключили свет, Малышка прижалась ко мне, и, окрыленная надеждой на собственного мужчину, через минуту мирно посапывала, я тоже прикрыл глаза, ночь придавила меня своей тишиной, и я уснул.

Сними туфли, руки вымой. На сегодняшней вечеринке в общежитии она явно перебрала. В этот раз ее снял Андрей, невысокий, но довольно симпатичный парень с четвертого курса. Катя училась на втором и, надо сказать, неплохо училась, в отличие от ее подружек по общежитейским оргиям. Странным образом она умела совмещать в себе как трезвый ум, так и безудержную развращенность, унаследованную от родной тетки.

Ее тетя Арина была видной особой с большой, нет, просто огромной грудью и роскошным полным задом, и при этом, она была достаточно стройна для летней женщины. Их близкое знакомство произошло пять лет назад, когда Катя, будучи летней девочкой, была отправлена к тете на лето та жила в зеленом и уютном пригороде Москвы. Уже через несколько дней после своего приезда Катя, до этого делавшая лишь первые шаги в своем сексуальном развитии мастурбация и робкие поцелуи с мальчиками , была совращена своей тетушкой: Ну кто же выдержит под таким напором: Катерина с волнением отдалась новым для себя ощущениям и через несколько минут впервые испытала полноценный девический оргазм.

Арина помогла племяннице разобраться в строении женских половых органов, помогла найти клитор, научила тем особым женским приемам самоудовлетворения, на которые не способен ни один мужчина.

Каждую следующую ночь до конца своего пребывания у тетушки Катя проводила в ее постели. Арина жила одна, что было вполне объяснимо: Иногда она позволяла какому-нибудь приглянувшемуся мужчине трахнуть ее, при этом заканчивая каждый половой акт глотанием его спермы: Ее прикраватная тумбочка была мини прообразом секс-шопа: Катя не успела перепробовать всего, но того, что она пережила за эти несколько летних недель, ей хватило надолго: Но мы еще вернемся к истории полового созревания нашей героини.

А пока давайте вернемся в ванную, где Катя мыла руки. Нет, она уже в туалете — выпитая жидкость просилась наружу. Уронив голову на грудь, почти засыпая, она сидела на унитазе, дожидаясь, когда иссякнет ее источник и внимая журчанию струи.

Дверь в туалет осталась незакрытой и Катя не заметила, как та приоткрылась и в образовавшуюся щель проник глазок видеокамеры. Когда последняя капля достигла цели, Катя протянула руку назад и нажала на слив. Она уже собиралась встать, но тут почувствовала на своем плече мужскую руку. Она подняла голову и уставилась в направленный на нее объектив. Действуя почти автоматически, Катя расстегнула на Андрее ремень, ширинку и спустила брюки к его ступням.

Затем, сощурившись, пригляделась к объекту: Мошонка была покрыта густой растительностью, покрывавшей так же ноги, живот и грудь. Закончив на этом исследование, Катя высунула свой язычок и провела им по мошонке. Щель на верхушке головки расширилась от возбуждения. Свободной рукой Андрей направил кулак девушки с зажатым в ней членом ей на лицо и провел им по ее щекам.

Затем, подвигав немного кулачком вверх-вниз, она, наконец, запустила дрожащий от истомы член в полость своего рта и стала сосать. Она делала это вдумчиво, не торопясь, ощущая, что тоже начинает возбуждаться. Но, как она верно предположила, Андрея не хватило на долго — уже через минуту он бурно излился ей на лицо и шею, подстегиваемый крепким женским кулачком. Камера в его руке задрожала, заколыхалась, но успела поймать те мгновения, когда первая струя густой спермы вырвалась наружу и встретилась с подбородком сидящей на унитазе девушки.

Катя решила, наконец, встать, но Андрей опять попросил ее этого не делать: Я его потом в стиралку брошу, к утру высохнет. После недолгого молчания Катя ответила: Наполовину поникший член ожил, надулся, пропуская наверх желтую струю и, качнувшись, брызнул на грудь девушки. Платье стало темнеть, впитывая влагу; четко проступила грудь, плоский живот. Жидкости, похоже, накопилось много, струя все не иссякала.

Андрей чуть согнул колени и направил последние миллиграммы Кате между ног, стараясь попасть точно в щель. Наконец, он закончил и, довольный, вышел, продолжая снимать на пленку как девушка, в насквозь мокром платье, поднимается с унитаза, одним движением снимает платье через голову, перешагивает через такие же мокрые трусы, абсолютно голая, выходит в коридор, оставляя на линолеуме следы проходит в ванну и, не закрываясь занавеской, становиться под душ.

Андрей нажимает паузу, бежит в комнату, быстро скидывает с себя одежду, берет треногу, прикручивает к ней камеру, устанавливает ее в узком коридоре напротив ванной, нажимает на "запись" и, оставив дверь открытой, забирается к девушке в ванную. Его ладони легли ей на грудь и сильно ее сжали. Член прижался к мягким и теплым ягодицам и начал ласково о них тереться. Я, наверное, первая из наших, кто позволил на себя ссать.

Это все водка, говорила мне тетя — не пей водку, блядью станешь. В том, что нравиться обоим партнерам, нет ничего постыдного. Не заставляя себя долго ждать, Андрей нагнул Катю вперед, попросив ее упереться в края ванной, и запустил руку ей между ног. Ладонь легла на скользкие половые губы, два пальца проникли внутрь, и, задевая клитор, начали имитировать сношение.

На этот раз Катин партнер не рисковал преждевременно разрядиться и мог позволить себе небольшую прелюдию. Он даже опустился на колени и, поставив одну ногу Кэт на борт ванны и получив полный доступ к ее промежности, впился в нее ртом. Его язык проник внутрь, пытаясь лизнуть стенки влагалища, губы захватывали розовые складки и оттягивали их на себя. Почувствовав кончиками пальцев, что горошина клитора Кэт заметно увеличилась, Андрей ускорил темп и девушка ответила ему громким стоном.

Андрей встал и, прицелившись, вогнал свою палицу в тело девушки. Он драл ее с большой амплитудой движений, почти полностью высовывая член наружу и тут же загоня его обратно; его яйца при каждом сближении с громким шлепком ударялись о белые ягодицы Кэт; та стонала и дергалась всем телом.

На них продолжала литься вода и когда Андрей кончал, вынув член и направив его на спину девушки, густые капли спермы тут же размывались и исчезали. Вытерев друг друга полотенцем, они вышли из ванной. Андрей опять обнял Катю сзади и, нагнувшись, подхватил ее под коленки и поднял, так что она оказалась прислонена к нему спиной а ее ноги разведены. Он поднес ее вплотную к камере: После этого, в такой же позе, Андрей донес Катю до заранее расстеленной кровати и положил.

Затем вернулся за камерой, направил ее на кровать и пристроился рядом. Когда девчонки подходящей долго нет, она меня выручает. Мы с ней с детства этим балуемся. А Андрей уже ставил кассету. На экране показалась полная блондинка в домашнем халате.

Она повернулась к камере спиной и сбросила халат на пол. Затем нагнулась, достав ладонями до пола. Показалась свободная рука Андрея: Камера поставлена на табурет сбоку. Теперь стал виден и Андрей. Он уже голый, подошел к сестре сзади, поднес к ляжкам свой член, поводил им по складкам, приставил ко входу в лоно, схватился руками за бока женщины и с силой вогнал свой снаряд внутрь.

Марина охнула, но продолжала стоять, сложившись пополам, уткнувшись лицом в колени. Младший братец ее не жалел, вгонял свой член по самый корень и шлепал ладонями по толстым ляжкам. Вот она не выдержала, опустилась на колени, встав раком.

Андрей, не вынимая, опустился вместе с ней и стал драть ее еще ожесточеннее, как кот кошку. Она покрикивала, приговаривала "давай, Андрюша, давай, не жалей меня". Но Андрюша уже кончал, кончал внутрь, зная, что сестра предохраняется. Чувствуя, что братец вот-вот дойдет, зажимает его член в кулак и быстро-быстро дрочит, периодически заглатывая его.

Как только тело Андрея начало содрогаться — не выпустила член, напротив, взялась обеими руками за его крепкий зад и, сжав член губами, стала резкими толчками проталкивать его в рот. Андрей схватил ее за голову и заходил, задергался, изливаясь. Белые капли стали просачиваться между стволом и губами, превращаться в ручейки и стекать по подбородку вниз.

Было видно, что Марина глотает и еще долго, после того, как брат кончил, она держала его член во рту, облизывая и не давая сморщиться. Одна его рука в это время уже лежала на Катиной груди, вторая поглаживала ее лобок. Она же теребила его мошонку, подергивая за курчавые черные волосики. А кто ее муж? Спит по очереди с физруком и директором. Но зато муж, когда дома, так ее дерет, что не всякая выдержит.

Потому и не уходит от него. Ну и деньги, конечно, водятся. В это время на экране шла подготовка к сношению в задний проход: Андрей смазывал анальное отверстие сестры кремом. Она уже говорит, что без анального секса не не может, считает половой акт без него неполноценным. Марина легла на бок, подобрав коленки вверх. Ягодицы раздвинулись, открывая второй, скрытый от глаз, вход в тело и приглашая войти.

Марина зашевелилась, дотянулась рукой, просунув ее между ног, до яичек Андрея, сжала их, сказала: Андрей медленно вынул член, дал ему подышать — и снова резко вогнал по корень. Ее братец больше не останавливался: Марина в такт ему мастурбировала, раздражая клитор, стонала.

Андрей сжал ее грудь, та не умещалась в его ладони и он то сдавливал двумя пальцами крупное темное пятно соска, то подхватывал грудь снизу и тряс ею, наслаждаясь зрелищем. Но вот он приготовился к финалу: Рука Андрея в это время уже вовсю хозяйничала между ее ног.

Заняться со мной анальным сексом. Андрей перевернул ее на спину, раздвинул ягодицы, поднес один палец к открывшемуся анусу, предварительно облизав: Задвигал им, стараясь не причинить боли и не сбить настрой девушки.

Он ввел палец глубже, по вторую фалангу. Одновременно смазывал заранее заготовленным кремом член. В это время на экране он же сидел на диване и дрочил, наблюдая как его сестра сосет у домашнего пса. Он явно обожал свою хозяйку и, когда та, побаловав его минетом, повернулась к нему задом, согнувшись, с радостью пристроился, положив ей лапы на спину и стараясь попасть своим небольшим членом в так призывно раскрывшееся влагалище.

Андрей встал и попытался помочь ему, направляя его движения. А когда тот стал попадать, зашел спереди и вставил свой член сестре в рот. Пес вскоре завизжал и кончил и Марина попросила брата занять его место, поскольку не была удовлетворена.

Тот возражать не стал и через пару минут довел себя и сестру до оргазма. Член Андрея уже наполовину вошел в прямую кишку распростертой перед ним девушки. Еще через минуту, когда трение уменьшилось и внутри стало влажно, он уже чувствовал себя там не менее уютно, чем во влагалище. Катя возбудилась, стонала, терзала свободную пизденку. А Андрей повернул ее на бок, как сестру в фильме, и продолжил так.

В этом положении член входил в попку на всю длину, и яйца с каждым поступательным движением встречались с ягодицами. Но он оторвался от нее и поднял с кровати: Он подвел ее к зеркалу, подкатил кресло, сел, посадил ее спиной к себе, так что ее cтупни встали на его коленки, медленно опустил на себя.

Его член легко нашел расширившееся от недавнего вторжения отверстие и снова погрузился в него, как нож в арбуз. Катя смотрела на себя в зеркало, смотрела как толстый волосатый член входит в ее беззащитную попку, как ее пальцы трут клитор, а ладони Андрея сжимают ее грудь. И это зрелище вкупе со сношением довело ее до полного экстаза: Андрей отправился на кухню что-нибудь приготовить. Катя, обессиленная, спряталась под одеяло и отходила, вспоминая события трехгодичной давности.

Тогда ей было Весь год после того памятного лета у тети Катя не могла успокоиться и искала способы удовлетворения. На помощь пришла верная подруга Света, которую Катя посвятила в свою тайну отношений с тетей. Она повторила на ней все приемы, которым ее обучила тетя и вскоре обе девочки стали искушенными лесбиянками: По школе они ходили за руку, ловя на себе косые взгляды учителей и школьников. Частенько оставались после занятий в классе, запирались и устраивали маленькие оргии на учительском столе.

В женском туалете подглядывали за преподавательницами сквозь дырку в перегородке между кабинами и потом с наслаждением обсуждали их комплекцию и конфигурацию их половых органов. Однажды поймали в пустой раздевалке свою одноклассницу — отличницу и тихоню — и буквально ее изнасиловали, после чего могли себе позволить в любое время заявиться к той в гости, раздеть и заставить лизать и ласкать себя. В общем, развлекались в свое удовольствие, самодовольно считая, что мужчины им не нужны. Но следующим летом, перед последним классом, когда подруги были отправлены родителями в летний молодежный лагерь в Англию да, да, не куда- нибудь , это заблуждение было быстро развеяно.

В первый же вечер после танцев они оказались в комнате пригласивших их ребят — итальянцев — и уже через несколько минут были ими раздеты и лежали на спине на их кроватях. Парни торопились разрядиться и сразу приступили к делу. Катин друг — Бруно — снял с себя трусы и встал рядом с ее лицом: Его хуй действительно был большим, хотя Кате было сложно сравнивать, она впервые лицезрела мужской половой орган так близко.

Она притронулась к нему рукой, пододвинулась, начала рассматривать. Бруно, довольный как слон, смотрел на нее сверху вниз, наклонился, сжал рукой ее острую девичью грудь. Катя чувствовала, как росло в ней возбуждение, она потянулась к клитору, начала его легонько тереть. Бруно показал, как правильно онанировать его член и Катя все повторила. На соседней кровати в это время второй парень уже лежал сверху на Свете и пытался найти своим членом вход в ее тело.

У него это долго не получалось, пока он не сообразил подложить под ее попку подушку, после чего ее почти безволосая пещерка оказалась перед ним как на ладони: Света вскрикнула и закинула ступни ног ему на спину, пытаясь приблизить развязку и избавиться от боли. Ее парень не заставил себя ждать и, вынув член, кончил ей на живот. Под ними расползлась лужица крови. Бруно повторил тот же сценарий: Катя не испытала сильной боли, только когда головка члена уперлась в ее плевру, а затем прорвала ее, было немного неприятно.

Но затем болевые ощущения прошли и стало хорошо. Второй приятель подошел к их постели и что-то произнес на итальянском. Затем он опустился на колени рядом с их кроватью и стал целовать Катину грудь. Подошла и Света и, перегнувшись через невысокую спинку кровати, взасос поцеловала подругу. Вскоре Бруно кончил, так же излившись ей на живот. Крови было мало и Катя хотела встать подмыться, но второй парень попросил ее остаться лежать: Катя пыталась отказаться, но ее доводы не произвели никакого впечатления и парень лег на нее сверху.

Его член юркнул в мокрое от слизи и крови влагалище и начал свою работу. Катя почувствовала, как приближаются волны оргазма — и застонала. Бруно, быстро оклемавшийся от такого зрелища, схватил Свету за руку и привлек к себе, затем опустился вместе с ней на ковер, поставил ее раком и стал ебать, постанывая. Света то же застонала. Обе пары кончили почти одновременно и парни, наконец, позволили девочкам подмыться. Все решили выступить в мини-юбках, причем в некоторых случаях они были лишь чуть длиннее чем пиджаки.

Но часы, отданные гимнастике и деньги, отданные пластическим хирургам, окупились сторицей - у всех мадам были ножки вполне подходящие для таких коротких юбок. Прекрасную форму ног также подчеркивали нейлоновые колготки и шпильки на высоких каблучках. Каждая приготовила для игры шелковые панталончики и лифчики из самых дорогих европейских бутиков. Оружие они тоже покупали, кто во что горазд.

От малюсенького дамского пистолетика 22 калибра с перламутровой рукоятью до револьвера Кольт 44 калибра с девятидюймовым стволом. Разумеется, ни одна из этих женщин никогда за всю жизнь не имела дела с оружием и тем более не тренировалась владеть им.

Стволы они покупали скорее, чтобы удовлетворить требованиям членства в Лиге, чем с мыслью кого-то ими убить. Одно из преимуществ зрелого возраста - они реально смотрели на вещи и вполне обосновано считали, что вряд ли проживут на игровом поле достаточно долго, чтобы пустить оружие в дело. Гораздо больше они были обеспокоены своей красивой, быстрой смертью и изяществом своего будущего трупа.

Ведь основная идея создания ими Команды Болельщиц и была в том, что ни одна из этих женщин не хотела стареть и медленно увядать. Они считали, что умереть им надо именно сейчас, пока они на пике своей красоты и физической формы.

День матча с радостным нетерпением ждали все ритуальные агентства города, ведь каждая уже запланировала себе самые роскошные похороны, не доверяя бывшим мужьям или своей семье. Каждая Про, страстно мечтая, пылко фантазировала о собственной насильственной смерти перед толпой пускающих слюнки болельщиков и находила это чрезвычайно возбуждающим.

Сегодняшнее состязание должно было стать квалификационным, чтобы Совет Лиги решил, стоит ли включать новую команду. Поскольку в Команде лишь двенадцать женщин, то было решено устроить матч по упрощенным правилам в закрытом помещении, на бывшей баскетбольной площадке. Время матча определили в одну четверть, хотя большинство букмекеров считали, что встреча закончится намного раньше.

Фаворитами, конечно, были Далласские Фермерши. Команда Про потерялась в догадках, когда прямо перед состязанием к ним в раздевалку вошла сама Комиссар по делам Лиги. Первым делом она выпроводила из помещения тренеров, парикмахеров, и визажистов. Этой женщине нельзя позволить и далее попирать выстраданные ценности нашей культуры и наших законов.

Матриарх считает, что во имя нашего светлого будущего она должна умереть. Вам, дорогие мои Женщины, предоставлена великая привилегия, стать ее палачами. Ваш первый и последний выстрел должен быть нацелен только в нее, Вы должны игнорировать всех других членов Далласской команды и стрелять в госпожу Рамос, до тех пор, пока она не будет мертва. Матриарх предпочла бы, чтобы госпожу Рамос убили выстрелом в голову, лучше всего в лицо. Она желает, чтобы Вы непременно изуродовали ее лицо, так чтобы ее хоронили в закрытом гробу.

Расчувствовавшиеся женщины были весьма взволнованы этой перспективой. В раздевалке Далласской Команды к Ракель подошла Кристин. Кристин направила Ракель к служебному входу. Мать Ракель бросилась навстречу с явным намерением обнять ее. Ей явно не хотелось, чтобы мать прикасалась к ней. Мамаша, чего, черт возьми, Вы действительно хотите?

Разве ты не хочешь завещать мне все, что после тебя останется? Танец команды Про был краток: Взаимные оскорбления были ограничены по одному на каждую команду и были весьма немногословными.

По правилам сокращенной встречи Рефери выстроил команды в линию вплотную в центре зала. Им надо было пройти тридцать шагов повернуться и открыть огонь. Сегодня ей просто невероятно повезло! Октавия Фрегозо была выше, чем ее мать, намного стройнее, конечно более изящна и красива, и несравненно лучше одета. На Октавии был синий двубортный итальянский пиджачок Armonia за , с четырьмя пуговицами, идеально скроенный, под ее фигуру и эффектно подчеркивающий осиную талию, короткая юбка, черные нейлоновые чулки и черные туфельки, гармонично венчающие ее длинные спортивные ноги.

Красиво уложенные густые темные волосы отливали вороненой сталью. Октавия надела дорогой поджимающий лифчик от Фредерика 38DD. Белая шелковая блузка туго натянулась на ее высокой груди. Пожалуй, единственное, что роднило ее с матерью Ракель, был оливковый цвет кожи лица и возраст. Обоим женщинам было под пятьдесят.

И в то время как Ракель, мстительно возбуждаясь, смаковала момент, когда она сможет, наконец, по-настоящему убить эту псевдо мамочку, она даже не могла предположить, что Октавия в свою очередь не могла дождаться того мгновения, когда ее прекрасное тело будет пробито пулями Фермерш. Октавия жаждала умереть грациозно и возбуждающе, чтобы стать самым сексуальным телом, лежащим на поле. Она так разгорячилась в ожидании этого душещипательного момента, что совсем забыла все инструкции относительно Ракель.

Свисток Рефери, и матч начался. Две команды, чеканя шаг, прошли тридцать шагов, повернулись и открыли огонь. Гм, ну, по крайней мере, некоторые из игроков. Одиннадцать из двенадцати Про честно попытались выстрелить в Ракель. Удалось это только трем. У семи женщин команды Про не были сняты предохранители, поскольку им так и не хватило времени или желания полюбопытствовать, а что это за штучки.

У трех женщин пистолеты вообще не были заряжены, настолько они были неосведомленными насчет своего же оружия. Четверо других, с автоматическими пистолетами, не дослали патрон в патронник, а трое из них вообще не знали, как это делается. Что касается Октавия Фрегозо, она и не пыталась стрелять в Ракель.

Даже не подняла пистолет. К тому же, как только она повернулась, пуля 44 калибра врезалась ей в правый сосок, и навылет пробила ее знойное тело. Октавия даже не поняла, что ее пронзило первым, пуля или разряд смертельного оргазма — дернувшись всем телом, она бурно потекла, замочив панталончики. Выронив, свой бесполезный бульдог, она схватилась за грудь. Ее спина выгнулась, голова откинулась назад, пустив блестящую вороную волну волос, и широко открытые глаза с распахнутым ртом обратились к потолку зала.

В глазах потемнело, поплыли желтые круги, ноги вдруг стали чужими и неподъемными. Ее левое колено подломилось, и она потеряла равновесие. Совсем не изящно и как-то боком Октавия тяжело бухнулась на пол. Но, справедливости ради, последним усилием ей удалось согнуть одну ногу, так что ее мини-юбка все-таки задралась, и она умерла со спокойной душой. Пуля свистнула над левым ухом Ракель, так близко, что на плечо ей упала срезанная прядь волос. Фермерша справа от нее, дернула головой, вскрикнув, выронила Кольт и схватилась за лицо.

Она получила пулю в левый глаз, и, умерев стоя, как подкошенная рухнула на деревянный пол. Третья пуля, нацеленная в Ракель, пролетела мимо и врезалась в щит в дальнем конце зала.

И никакого штрафного свистка! Первый залп Фермерш выбил семерых из Про, включая Пайпер Викструм, которая поймала своим плоским животиком первую пулю Кристин. Коротко ахнув, Пайпер уронила пистолет, и, схватившись за рану, согнулась пополам.

В таком положении она и застыла, покачиваясь и смакуя ощущения. Это оказалось гораздо больнее, чем она себе воображала, но и намного более захватывающе. Она чувствовала, как внутри ее тела разгорается пламя, обволакивая ее, как боль из эпицентра молниями простреливает ее точеное тело. Ее соски окаменели от возбуждения и выпирали сквозь плотную гладкую ткань ее французского лифчика на бретельках за Ноги Пайпер начали слабеть и, дрожа, подгибаться, в глазах замельтешило.

Поняв, что наступает долгожданный Финал, она изо всех сил дернулась вверх, чтобы выпрямиться. Издав короткий торжествующий вскрик, она еще раз конвульсивно дернулась, и, умирая уже, упала навзничь, широко разбросав руки и ноги. Ракель прицелилась в высокую, платиновую блондинку с яркими, как зимний лед синими глазами и блестящими губами, которая, как она подозревала, подло выбила глаз ее соратнице.

Женщина была одета в изящный розовый пиджак. На его левом отвороте блестела брошь с бриллиантом. Ракель выбрала у нее для пули самый низ живота. Даниэлл Швендмэнн снова пыталась прицелиться в Ракель, когда что-то сильно ударило ее в передок и разлилось в нем кипящей волной. Дернувшись, она вскрикнула - пистолет отлетел в сторону. Светловолосая арийка, задохнувшись, присела и, вытаращив глаза, ухватившись за свою пробитую женственность.

Огонь желания, подстегиваемый болью, так ее возбудил, что ее штанишки тотчас стали мокрыми от соков любви. Они быстро смешались с бурными потоками горячей крови. Ну, какая смерть могла быть еще более эмоциональной и более элегантной? С выражением полного обалдения и блаженства на лице Даниэлл медленно опустилась на колени, ее тонкое тело чуть повернулось вбок, и мягко упало на деревянный пол.

Затем в исступленном экстазе, что-то сипло выкрикивая, она с десяток секунд мотала головой и, вздрагивая всем телом, дробно стучала туфельками об пол. Внезапно, дернувшись в диком напряжении, она выгнулась дугой, дыхание ее вновь перехватило. Пуговицы пиджака отлетели, и он распахнулся, сверкнув белоснежным шелком блузки. Тело Даниэлл трясло от мощнейшего сладострастного шторма рвущегося наружу.

Хорошо еще, что она не могла кричать, иначе бы заглушила грохот выстрелов. Дрожь постепенно стихла, а затем и она сама с мягким сладостным стоном медленно опала на пол и зстыла. Сама того не подозревая, Ракель сделала ей царский подарок. Умирая, Даниэлл испытала самый страстный оргазм в своей жизни, зарницы которого отблесками неземного блаженства вспыхивали перед ее широко распахнутым тускнеющим взором, провожая ее в дальнюю дорогу. Доктор Тэмми Карнс пережила первый залп.

Нашпигуйте мои большие сиськи своими горячими пулями! В одну секунду ее безупречная шелковая блузка была пробита полудюжиной пуль. Брызгая кровью на пол, шесть красных роз расцвели у нее на груди. Получая пули, Тэмми, не пыталась прикрыться или схватиться за раны, ни в коем случае! Раскинув руки в стороны, она, спотыкаясь, пятилась назад, все больше теряя равновесие.

Доктор Тэмми рухнула навзничь, с грохотом растянувшись на спине, выставив груди в зенит. Длинная судорога скрутила ее эффектное тело - туфелька, соскочив, с ее левой ноги, кувыркаясь, отлетела в сторону. Затем она затрепетала как лист на ветру, дернулась и замерла. Лора Макмеррей сорока трех лет от роду высокая рыжеволосая, сверкая изумрудными глазами, и блистая своим распахнутым бледно зеленым дизайнерским костюмом от Донны Кэренины, получила долгожданную пулю в пупок.

Она с юности считала свой пупочек произведением искусства и не могла остаться к нему равнодушной. В своих эротических фантазиях, мастурбируя, она частенько воображала как ее пупочек принимает в себя фатальные удары судьбы и, массируя его, утопала в наслаждении. Конечно, она не могла допустить, чтобы единственный в ее жизни реальный удар прошел мимо! Лора специально обнажила свой непревзойденный пупок, нарушив форменный стиль, втайне от подруг по Команде, надеясь, что Фермерши не смогут устоять против такого искушения.

И точно, ожидания ее не обманули. Удар пули встряхнул ее выпяченный упругий животик точно посредине, и первая кровь толчком выплеснулась из внезапно прохудившегося пупочка. Охнув, она конвульсивно дернулась, мотнув рыжей гривой, и вне себя от радости схватилась за свой любимый фетиш. Теперь она медленно сгибалась, корчась от боли и дикого сексуального желания. Это было так возбуждающе, что ее киска пульсировала, будто в огне.

Лора никогда в жизни не чувствовала себя настолько энергичной, эффектной, настолько живой, как во время агонии - это просто невероятно! Но постепенно все прошло, и вскоре она, окончательно съежившись и тихо облегченно выдохнув, калачиком упала на пол. Волосы Лоры рассыпались огненными волнами, оттеняя благородную бледность ее чистого умиротворенного лица. Последняя дрожь чуть встряхнула ее тело, и оно неподвижно замерло в луже крови. Джулия Олсон, сорокапятилетняя светловолосая адвокатесса, одетая в консервативный, серый английский костюм, украшенная двойным переплетенным жемчужным ожерельем, также получила пулю в свою очень опытную промежность.

Она с благодарностью приняла заряд, и восхищенно ощутила, что он трахнул ее лучше, чем все, что было в ее прежней жизни. Кровь рекой ливанула из влагалища, промочив ее белые шелковые штанишки.

Под волнами боли прибоем хлынувшими из ее разорванной женственности гибкое тело Джулии задергалось крупной дрожью. Она была неимоверно возбуждена. Наслаждаясь своей сексуальной смертью, она облизывала свои полные мягкие губы. Она была так грациозна, так соблазнительна! Джулия держалась стоя, сколько могла, а затем медленно опустилась на пол, сев межу коленями и со страстным стоном опрокинулась навзничь.

Ее высокие шелковые белоснежные холмы последний раз поднялись, и с мелодичным звуком дыхание навсегда покинуло ее грудь. Руки Джулии сползли по скользкому нейлону и развалились в стороны, призывно выставив ее трахнутую пулей, сочащуюся кровью киску. Шона Барнс, сорока семи лет, бухгалтер, оказалась последней оставшейся в живых Про. На ней был ярко синий Севильский костюм с рядком золотых пуговиц и вышитыми отворотами. В каждом ее ухе сверкали и переливались бриллиантами серьги за Шона торопливо целилась в Ракель, но никак не могла понять, почему эта железка не стреляет.

Исполнительность всегда была ее главным достоинством, и она действительно хотела убить Ракель прежде, чем умереть самой. Но в ее ежедневнике смерть по расписанию оказалась раньше. Она прекрасно поняла, куда целились все эти напомаженные старые сучки.

Затем Капитан кивнула Ракель. Ракель убрала свой Кольт в кобуру, и спокойно пошла к Шоне, глядя прямо ей в глаза. Наконец, упершись носом в ствол, из которого женщина тщетно пыталась выпустить пулю, просто взяла у нее пистолет. Шона без борьбы тут же отдала его и смирно встала, прерывисто дыша, выпрямившись и уронив вздрагивающие руки. Она взяла пистолет в левую руку, неторопливо расстегнула пиджак Шоны, и с силой ткнула ствол в живот вытянувшейся перед ней по стойке смирно фигуристой женщины.

Она подняла глаза на растерянное и какое-то виноватое лицо Шоны, ехидно улыбнулась, и начала покручивать ствол. Так, глядя друг другу в глаза, они простояли минут десять.

Минута за минутой возбуждение Шоны все росло - перед лицом рока в лице Ракель она отбросила все второстепенное, и, сосредоточившись на своих ощущениях, купалась и тонула в них, благодаря Всевышнего за такую возможность. Минут через пять путешествия по шелковому трепещущему животу Шоны ствол утонул в ее пупочной впадинке и больше оттуда не выбрался. Предощущение скорого долгожданного конца, вместе с пульсирующим зудом твердого металла массирующего ее упругий животик, удушливой сладостной волной накатывало на нее раз за разом, пока не выплеснулось единым вулканом эмоций, от которого потемнело в глазах, и ослабели ноги.

Задыхаясь, Шона дрожала в алчном ожидании последнего оргазма. Ее киска источала соки любви. Губы пересохли, а сердце стучало гулко, как колокол, выпрыгивая из груди. Осоловелые глаза начали закрываться дрожащими веками. Сама изрядно возбудившись, Ракель думала, что ее жертву трясет от страха, и сполна насладившись им, решила, что, пожалуй, пора, а то эта трусиха еще грохнется в обморок.

Звонко ахнув, Шона вздрогнула всем телом. Последний Оргазм пронзил ее живот и ярко-огненной волной захлестнул с головой. Ты, мать твою, уже умерла! И Шона покорно, словно все время ждала этого, с радостным вздохом, мягко осела в ногах Ракель, аккуратно подогнув длинные ноги.

Упав, затем, на спинку, она вдыхала полураскрытым ртом все глубже, все судорожнее. Кровь толчками выплескивалась из ее пробитого пупочка и сквозь пальцы, заливая блузку, стекала на пол, потемневшие глаза восхищенно, не мигая, уставились в потолок.

Затем ее прекрасное тело задрожало как под током, веки смежились, руки опали, и через несколько секунд она успокоилась. Глаза Шоны были спокойно закрыты, побледневшее лицо светилось абсолютным счастьем, и на ее мягких пухлых губах застыла безмятежная улыбка. Ракель впервые в жизни стреляла так близко, в упор, всем своим существом внимая гибельным мгновениям своей жертвы. Стоя впритык, Ракель не могла не залюбоваться изысканной красотой статной женщины.

Прерывистое тяжелое дыхание полуобморочной Шоны овевало кожу Ракель. Нажав стволом чуть сильнее, она ощутила им, как гулко пульсирует ее животик. Вот она - Жизнь, и вот она - Смерть. Возбуждение Ракель стало столь велико, что, судорожно сглатывая пересохшим горлом, она не могла пошевелиться, опасаясь, что подогнутся ноги.

Выстрел отдался в Ракель яркой вспышкой всех чувств. Вид, запах, осязание, звук и вкус смерти единой волной затопили Ракель. Не имея сил оторваться от завораживающей картины ухода из жизни обаятельной Шоны, она проводила взглядом грациозно павшую перед ней женщину. Уловив последний вздох Шоны, Ракель поняла, что ошибалась на ее счет.

Может, она и дрожала от страха под дулом пистолета, но судьбу свою встретила достойно. Ведь, рано или поздно, Смерть улыбнется каждому из нас, а вот хватит ли пороху улыбнуться ей в ответ? Толпа была на грани истерики. Все вскочили на ноги, вопили приветствия или что-то просто от души, и пели: Спортивные фотографы, словно взбесившись, щелкали вспышками.

Еще бы, не каждый раз снимаешь такие роскошно одетые сексуальные тела, стоившие многие тысячи своим бывшим обладательницам, которые, к тому ж с видимым удовольствием отправились в мир иной. Единственной затесавшейся Фермерше, Кристин прикрыла челкой выбитый глаз, и та смотрелась среди них, право, совсем неплохо. На другой стороне зала Комиссар говорила одной из своих помощниц: Затем она быстро покинула зал состязаний, задаваясь мучительным вопросом, как же ей сообщать эту ужасную новость Матриарху.

Приложите карандаш под женскую грудь. Если он падает, грудь достаточно упруга, чтобы не носить лифчик. Если он остается на месте, лифчик нужен. Правила членства Лиги перестрелки между Болельщицами требуют, чтобы все претендентки успешно прошли этот Тест.

Тогда лифчики являются дополнительными аксессуарами, обычно используемыми в декоративных целях. Ric delCampo 06 апреля в Сезон с командой болельщиц Далласские Фермерши Ric delCampo Глава Пять Далласские Фермерши против Лос-Анджелесских Лобо Возвращаясь на поле за своей потерявшейся ковбойской шляпой, Ракель просто была готова взорваться от негодования и гнева, которые к тому же были очень горькими на вкус.

Поле еще было усыпано прекрасными телами всех сорока Лос-Анджелесских Лобо. Уборщики еще почему-то не начинали свою работу. Ракель медленно шла в центр поля, где ей пришлось обойти несколько груд еще теплых сочных девичьих тел.

Большинство из них были убиты ее пулей. Там она и встретила Кристин, держащую в руках шляпу, пробитую сразу двумя пулями. Она посмотрела на Ракель, словно хотела сказать что-то еще, но промолчала. Матч начался как обычно.

Капитан Лобо выиграла первый выстрел, но вместо того, чтобы стрелять в Кристин, спокойно стоящую на расстоянии в двадцать ярдов, она выпустила всю обойму в Ракель, стоящую во второй шеренге на расстоянии в сорок пять ярдов.

Кристин же убила ее первым выстрелом. И сразу вся команда Лобо, не сговариваясь, взяла курс на правый фланг и атаковала его. Две девушки Прикрытия, прямо перед Ракель и слева были убиты наповал. Одна получила пулю в горло, другая прямо между своих огромных голубых глаз. Заинтригованная публика замирает в ожидании. Если бы я был трезвый, никогда бы не встал. На экзамене мне вышел трояк. А вот у Моисея, ее любимца, - пять, что и тогда и сейчас вызывает недоумение: Оттель на другой электричке мы намеревались добраться до Бологого, потом до Калинина, а там и до Москвы рукой подать.

С учётом ночного перерыва в движенье электропоездов наш план ни у него, ни у меня энтузиазма не вызывал. Надежда была на случай. Попутчики раскрыли нам глаза - от Малой Вишеры до Бологого прямого сообщения нет. Велико же было наше изумленье, когда, высадившись в этой самой Вишере, мы обнаружили, что с другой стороны перрона стоит московский поезд.

Ошалевший Моисей по привычке сунулся в купейные вагоны. Ничего, естественно, не вышло. Собрались, было, бежать дальше, но тут почти одновременно увидели в толпе высыпавших на природу пассажиров человека в железнодорожной униформе. Чтобы не испортить дела, попросились до Бологого. Человек вздохнул и поинтересовался, располагают ли молодые люди денежными средствами, необходимыми для такого путешествия.

Услышав ответ, велел лезть в вагон и затаиться. Предложение о переносе станции назначения из Бологого в Москву не оказалось для нашего благодетеля неожиданностью. Он боялся ревизоров, а у нас было дело государственной важности. Сторговались на червонце с рыла.

Поезд прибыл в столицу Союза Советских Социалистических республик ровно в 6 часов утра. На Курском вокзале пива не было. Мы с Моисеем обшарили все закоулки, но даже намёка на него не обнаружили.

Таких выражений, какими мы вслух описывали свои чувства, грузчики на вокзале давно не слышали. Ещё больше они повеселились, когда выяснилось, что наш состав спокойно стоит на соседнем пути.

Впопыхах мы платформы перепутали. В переулке Халтурина, если уж быть предельно точным. Дверь нам открыла Слизовская. Отпираться не имело смысла. Мы с Моисеем вошли. В комнате было прохладно. Выяснилось, что Кайзер и Тузаоков жильё себе уже нашли и сейчас, судя по всему, торчат на море. Часа за полтора спокойно можно дойти. Следует заметить, что Слизовская — медик, сиречь, врач.

По нашему с Моисеем мнению у него было обычное, немного затянувшееся, похмелье. Посоветовавшись, мы решили купить вина. Сразу купить водки мы как-то не догадались. К нашему приобретению Эрихович отнёсся с опаской. После первого стакана он долго прислушивался к своим ощущениям, но ничего страшного не обнаружил. После второго он слегка повеселел. Сто сорок минут, полёт нормальный! Когда мы в четвёртый раз пошли в магазин, то встретили Кайзера, Алёну и примкнувшего к ним Тузаокова.

Алёна и Кайзер недавно поженились — у них медовый месяц. В общем, собралась большая толпа — Эрихович, Кайзер, Тузаоков, Моией и я, плюс Слизовская, Алёна и какая-то Лена, шестилетняя Элка и её комнатная собачка неизвестной породы.

На радостях Слизовская угощала нас коньяком. Только и было разговоров, что о чудесном исцелении Эриховича. Несмотря на позднее время, всем табором отправились на Массандровский пляж. Мы с Моисеем по праву чувствовали себя героями. Нового постояльца — шахтёра из Донецка, храпевшего на балконе во всю хилую мощь своих уже мёртвых от силикоза лёгких, я не заметил. Проснулся я среди ночи оттого, что кто-то пихал меня кулаком в бок. Пришлось обложить его по самые ноздри.

Спать Лёхе было негде. Он прибыл в Ялту ещё утром того щедрого дня и сразу направился к Эриховичу, а тот укатил в Симферополь встречать родителей, так что привечала его одна Слизовская. Лёха поёрзал по дивану и, несмотря на уговоры, подался в центр искать нас с Моисеем. Надежды на успех у него было мало, так как ни Ялты, ни нашего адреса он не знал. Тем не менее, он встретил Моисея в набитом под завязку винном отделе центрального гастронома, куда тот завернул за пять минут до закрытия.

Моисей до смерти испугался громких криков кинувшегося к нему из толпы оборванца, так как не сразу опознал в нём своего товарища по совместному отдыху. Посоветовавшись, они решили купить вина и пойти к нам. Это их голоса я слышал на кухне. Утром меня хором убеждали, что я был подшофе, так как даже не заглянул к ним на кухню и лёг спать, не раздеваясь.

Знали бы они, как я устал. Мы потащились на пляж и с перерывами провалялись там часов до семи. Надо сказать, что мы играли в карты. Наша любимая игра — тысяча.

Потом я пошёл на почтамт, а Моисей и Лёха попёрлись следом. Я не шибко надеялся, что Наталья после вчерашнего придёт, поэтому особо не возражал. Тут и Моисей с Лёхой подоспели. Познакомил я их с Сашей, и отправились мы пить пиво. Кто как, а я с горя. Саша, правда, скоро домой ушёл. Пиво было, хотя и прокисшее, но густое и крепкое, даром, что из Чехии. Потом пошли в кафе на предмет пожрать, но путь наш пролегал мимо летнего кинотеатра.

Билетов в кассе не оказалось, а без них билетёры отказывались пропускать нас в зрительный зал. Мы почти успокоились, но тут обнаружили малярные подмости, стоявшие у задней стены городского учреждения культуры. Находясь уже по ту сторону баррикад, принимая от Моисея какие-то сумки и пакетики, я едва не навернулся с пятиметровой высоты. Успел схватиться за решётку. Следом тяжело спрыгнул Моисей и посмотрел наверх. Где-то в поднебесье маячил силуэт Лёхи. Плёнка была жуткого качества, хорошо, что быстро закончилась.

Дома мы подвели итоги: На том и отошли ко сну. Но мы отправились в гости к Эриховичу, чтобы ехать в Симеиз, где Эрихович знал много замечательных мест.

Пока собрались, пока тронулись, - опоздали на катер и прибыли к месту назначения в самую, что ни на есть, жару. Зовём Эриховича купаться, а он увидел двух девиц в перманенте и оторваться от них не может, да ещё нас за собой тянет. Массу трудов положили, чтобы прекратить его поползновения. Никакая жара человека не берёт. Однако места для купания в Симеизе хорошие надо будет тебе показать.

Когда стало невмоготу, пошли в город. Эрихович бубнил всю дорогу, да и остальные не молчали. Залезли на самый верх, в кусты — искали тень. Нашли тень, а в тени двух девиц, которые нас обругали и куда-то упорхнули. А мы допили вино и уехали домой. Ко всему прочему, Тузаоков поссорился с Кайзером.

У Тузаокова были наличные, а у Кайзера — аккредитив. Пока тратили наличные, Тузаоков ещё имел право слова. Когда же они кончились, жизнь его стала невыносимой.

Алёна выкупала маслины, персики и ещё какую-то ерунду, которую Тузаоков есть отказывался. Посоветовавшись, мы с Моисеем решили купить вина и помирить поссорившиеся стороны. На улице Кирова повстречали Эриховича. Вид у него был сногсшибательный. Эрихович нацепил отутюженные брюки и чистую рубашку.

В руках он держал плоский пластмассовый чемоданчик. Мы же были одеты в драные майки и короткие штанишки, превращённые в шорты путём варварского обрезания штанин у старых джинсов, так что контраст являли разительный.

Мы с Моисеем переглянулись. Было видно, что идея его заинтересовала. Он осторожно поставил чемоданчик на землю, достал из кармана кошелёк и вытряхнул на ладошку кучу мелочи. Только он проделал эту операцию, как из-за угла появилась Слизовская. Тузаоков валялся в койке и пытался уснуть. Нашему приходу он обрадовался и выполз в палисадник, где я уже сидел в обществе незнакомой девицы, обсуждая с ней особенности местной погоды и её прогноз на предстоящий уикенд.

Так их выгнали, - объявил Тузаоков. Так что теперь у Тузаокова новые соседки. Ирину я ещё не видел, а с Даной как раз и общался, обсуждая метеопрогноз на ближайшие дни. Оказалось, что инцидент, ради которого мы заявились, был исчерпан. Кайзер обналичил аккредитив и вручил Тузаокову 70 рублей. Посоветовавшись, часть этих денег мы решили истратить. Дома с тремя бутылками красноты нас ждал Лёха. Во втором часу у меня ещё хватило сил проводить его и Тоузакова на улицу до каменной лестницы.

Наутро на столе обнаружился сильный беспорядок. Пришлось соврать тёте Ане, что отмечали мой день рождения. На кальвадос глаза не смотрели, да и повод теперь был другой, сама понимаешь.

Лёха вернулся домой через два дня. Оказалось, что от нас они с Тузаоковым попёрлись к каким-то бабам в Гурзуф, где их и забрали в милицию за ночное купание на Артековском пляже. Потом, по причине отсутствия документов продержали в каталажке целые сутки и только на следующий день по очереди отпустили. Мы ж с Моисеем были в кино. В фойе встретили Надьку и Светку. Они пили кофе и ели пирожные. Обстоятельства сложились так, что настало ему время переезжать на другое место жительства по причине абсолютного разрыва семейных отношений со свой второй половиной.

Бежать, бросая технику, как это он всегда делал потом, Леха К. В результате хладнокровного дележа супружнице достались квартира, практически вся обстановка мебелью её называть как-то язык не поворачивается и ейный же прижитый на стороне младенец мужского пола, ему - полтонны книг и отступное в виде некой суммы денежных средств, а из всей обстановки — палас, размером 3 на 4 метра.

На деньги, полученные в качестве отступного, Лёха К. Больше всего мы наёжились с источниками знаний. Собственно говоря, почти весь грузовик они, сердечные, и заняли.

Наконец, настала очередь паласа. Почему-то мы скатали его в длину, потом для прочности крепко перевязали, туго стянув в нескольких местах липкой лентой. Сколько лет этот палас на том полу лежал, столько лет его никто не чистил, хотя, гарантий, что он попал в квартиру еще или уже чистым, я, естественно, дать не могу.

В общем, получилась из него толстая четырёхметровая колбаса размером с Царь-пушку. От пыли и грязи, въевшихся в ворс, эта штуковина приобрела не только соответствующий цвет, чугунный вес, но и асбоцементную жёсткость. Втроем мы с трудом оторвали от пола вываливающуюся из рук колбасину и попытались вынести в коридор. Мало того, что коридор двенадцатиэтажной панельки был до неприличия узок, он еще и располагался перпендикулярно комнатной оси Х. В общем, наш палас упёрся в противоположную стену жерлом, и вылезать из комнаты не пожелал.

Как мы ни пытались изогнуть его под нужным углом, все время оставались лишних метр-полтора. Намучившись под тяжестью коврового изделия, мы опустили его на пол, сели верхом, утерли потные лбы и стали обсуждать проблему выноса этого малодвижимого имущества. Все предложения оставить изделие на месте, как это он всегда делал потом, Леха К. Наверное, этот палас был ему чем-то дорог. Ладно, хозяин — барин. Встали, сняли дверь, - всё равно не лезет, - опять сели, думаем.

Прибежал водитель, - Долго еще? Наконец, гениальная мысль родилась в мозгу хозяина, чего она никогда не делала потом.

На балкон этот девайс мы выперли на раз-два-три, из последних сил аккуратно положили его на перила и только после этого позволили себе перевести дух. Как сейчас помню, было лето, часа два пополудни, на улице почти никого, редкая машина проедет в сторону метро. Убедившись, что под балконом мамаш, детей или другой чужой собственности нет, синхронно отпустили палас, который, почуяв свободу, с неожиданным для нас проворством резво ухнул вниз.

Подивившись такой прыти неодушевлённого, вроде бы, предмета, я проводил его взглядом, словно в последний путь. Летел он ровно, почти параллельно земле, казалась даже, что я слышу производимый им приглушённый свист, как от лёгкой авиабомбы, но потише. По дороге у росшего под окном тополя палас напрочь отломил, а правильнее будет сказать — оторвал здоровенную нижнюю ветку толщиной с рукав зимнего пальто, не меньше, и с диким грохотом пал на асфальт.

Земля содрогнулась, и до восьмого этажа атомным грибом поднялось громадное облако густой сизой пыли. Развешенное на соседних балконах белье мгновенно стало, где светло, а где и тёмно-серым, так как вся накопленная паласом и вздыбленная мощным ударом о земную твердь многолетняя грязь воздушно-капельным путем благополучно перекочевала с асфальта на белоснежные полотенца, наволочки, рубашки и прочую вывешенную для просушки ерунду.

Удовлетворенно хмыкнув, Леха К. Весь путь занял не больше пяти минут. Паласа под балконом не было. Куда он делся, до сих пор не знаем. Если кто в курсе, откликнитесь.

И не бойтесь, ничего вам не будет. Долгие проводы В целом, лето прошлого года выдалось хорошим. Погода не подкачала и если бы не проблемы со здоровьем, этому периоду в личной и семейной жизни можно было ставить несомненный арифметический плюс. Любопытное, доложу вам, учреждение, но упомянул я об этом вовсе не из-за особенностей жизненного уклада его обитателей, а совсем с другой целью — чтобы уточнить адрес, а, следовательно, и место действия некоторых из описываемых событий.

К слову, гостиница Ленинградская тогда уже проходила предпродажную подготовку, постояльцев не селили, но её ресторан и другие заведения подобного рода ещё функционировали. Полностью закрылись они ближе к сентябрю. Практика свидетельствовала, что большинство наших поездок в Питер начиналось именно с гостиницы Ленинградской. Ленина , как бы сама собой возникала после обмена воспоминаниями, которым мы имели обыкновение предаваться, сиживая вечерами за столиком на цокольном этаже сталинской высотки.

Может быть, название отеля тому причиной, а может всему виной аура Трёх вокзалов, в площадь которых Николаевская железная дорога , оттолкнувшись от Бологого, упёрлась свом московским плечом, не знаю, но факт остаётся фактом. После того, как гостиница окончательно закрылась, в Питер мы стали ездить заметно реже.

В гостинице Ленинградская Крылов при мне не бывал и до Питера если и добирался, то иными, одному ему ведомыми, путями, но рассказы о наших визитах в Северную Пальмиру слушал с удовольствием и пониманием, а иной раз, и с завистью.

Вне всякого сомнения, толк в таких вещах он понимал. Поэтому, когда в очередной раз возникла мысль навестить город Санкт-Петербург, Крылов, к моему вящему удовольствию, не нашёл в себе сил отказаться. Однажды в полном составе мы провели в Санкт-Петербурге только 40 минут, да и те, на Московском вокзале. Один из нас приехал в субботу на Р, а другой немного позже уезжал Николаевским экспрессом, ибо в воскресенье его ждали в Москве дела неотложного свойства.

Вначале прибытие, а потом и проводы. В тот вечер каждый имел к телеге неограниченный подход. Иконина и другие из местных товарищей бегали в лабаз только за газировкой. Всё остальное на телеге было. Прислал по Интернету записку из четырёх слов и закрыл тему. Город, как предчувствие А белые ночи стояли бесподобные.

В залив, правда, не выпускали, но на Неву, а проще говоря, в её эстуарий, из канала выйти разрешили. Не самые, казалось бы, представительные корабли российского флота, суда эти наполняли душу непонятной гордостью и первыми крохотными ростками понимания, личинками того туго спелёнатого в куколку абсолютного знания, которое только и способно вразумить, что есть настоящая морская держава и почему именно здесь, на плоских заливаемых при наводнении островах, построен этот город. Видимо, по аналогии в памяти всплыли родительские рассказы, как осенью года в сторону западной границы перебрасывали войска Закавказского военного округа.

По единственному и потому бешено охранявшемуся железнодорожному мосту через Дон по двум колеям, но в одном направлении два дня и три ночи на расстоянии вытянутой руки друг от друга не шли - летели литерные эшелоны, груженные тяжёлой военной техникой.

Одно место на нашем крохотном плавсредстве пустовало. Пару оставшихся свободными одеял мы использовали для дополнительного утепления, подпихнув их под наиболее уязвимые части своих худосочных тел. По-братски доделили и Джонни Уокера. На траверзе Петропавловской крепости возникла идея потанцевать, поскольку, какую ни наесть палубу наше утлое, но подвижное судёнышко всё же имело.

Его стало шатать и болтать, причём, одновременно. Будто живой, он рыскал из стороны в сторону, приседал и подскакивал на потревоженной, густо покрытой волнами стекловидной Неве. Её как по шву до придонных стремнин лемехом распороли вдоль продольной оси и вывернули наизнанку мокрые форштевни остроносых сухогрузов, безмолвно проносившихся мимо нашего хлипкого дансинга.

Чтобы удержаться на пятачке размером с носовой платок Веры Слуцкой, не сковырнуться головой вниз и не нахлебаться глубоких и тёмных забортных вод, танцевать приходилось, мёртвой хваткой вцепившись друг в друга, что мы и делали под присмотром молчаливого капитана, без всякого удивления взиравшего на происходящее.

Только когда прощались, кэп буркнул себе под нос, что наша пластинка ему понравилась. Остальное, видать, и подавно - надо было слышать ту музыку. По дороге заглянули на юридический факультет , чтобы передать на кафедру одну двухсотстраничную книженцию в жёлтой обложке.

Несмотря на воскресный день, дверь была не заперта. По причине вступительных экзаменов позади неё за турникетом в свои законные выходные восседали две сварливые тётки. Нет, не узнала Родина-мать одного из пропащих своих сыновей. Пришлось звонить домой Гребенщикову. Тот вылез из ванной и с пол пинка разрулил тупиковую ситуацию. В попе засвербело, а в голове наступил туман. Своими поцелуями она стала спускаться все ниже и, наконец, дошла до сфинктера.

Хочешь я полижу твою попку? Она стала жадно вылизывать мой анус, запуская в него пальцы, а иногда, проникая в него своим горячим язычком. Через некоторое время, когда я ничего уже не соображал, она остановилась и сказала. Твоя пизденка, наверное, уже порядком разьебана, поэтому я буду трахать тебя в твою жопу.

Откуда она набралась этих слов. В обычной жизни она не матерится, а тут мать на мате. Она взяла смазку и обильно смазала мою дырочку, затем надела презерватив и смазала свой член, после чего приставила его к попке. Стало страшно и я напрягся. Она попыталась ввести, но не получилось, слишком узко. Дианочка, девочка моя расслабься, я очень хочу вставить тебе в попку.

Не бойся я буду нежно вводить, вот увидишь, тебе понравится. Я попытался расслабиться и тут она, чуть сильнее надавив, стала входить в меня. Сначала головка члена прошла через плотное кольцо анального отверстия, а затем и остальная его часть стала погружаться в мою кишку. Резкая боль поразила меня, захотелось вырваться, но она крепко прижала моя бедра к своему лобку.

Потерпи немного, сейчас все пройдет, но ничего не проходило, а она тем временем начала двигаться. Мышцей анального отверстия я чувствовал все неровности ее члена. И она стала ускорять темп. Такую шлюшку как ты надо трахать очень жестко и Больно больше не было, но было как — то неприятно, как — то не по себе. Когда она своим членом пробивала себе дорогу вперед, то становилось даже хорошо, но вот обратное движение вызывало отвратительное ощущение. Я решил подрочить свой уже обмякший член. Взялся за него рукой и стал дергать.

Женя все приговаривал Какая у тебя узкая попка, как приятно ее трахать, ведь тебе нравится, мне действительно стало нравится. Я прогнулся в спине и приподнялся на носочках, выставив повыше свой зад, и стал подмахивать попой в такт ее движениям.

Свободной рукой я дотянулся до ее ягодицы и стал толкать ее вперед, от этого она еще больше увеличила темп. Ну что сучка тебе нравится, скажи, тебе нравится? Хочешь, чтоб я загнал свой член поглубже в твою похотливую задницу, ну же отвечай. Да ааа Женечка милый, пожалуйста, загони его как можно глубже. Она билась своим лобком о мою задницу, выходя на всю длину, затем со всего маха вновь вгоняя свой член обратно в мою кишку. Вдруг она остановилась, положила мои руки мне же на ягодицы и сказала чтоб я их по шире раздвинул Хочу посмотреть на твой расстраханный анус, затем она вышла из меня.

Я держал ягодицы не давая им закрыться, попа ужасно горела. Дианочка, тебя в такую огромную дырку надо трахать двумя такими хуями. С этими словами она потянула меня за руку и повела в спальню. Положив меня на спину она сказала что хочет смотреть мне в глаза Хочу видеть как ты кайфуешь от того, что я раздираю твой зад. Я пошире расставил ноги, и приподнялся, чтобы ей было удобнее. Забравшись сверху, она вновь вставила в меня свой член и начала драть меня с новой силой. Я обхватил ее ягодицы руками и помогал им двигаться вперед.

На мне уже совсем не было одежды и она, наклонившись вперед, стала целовать мои соски, а свободной рукой подрачивать мой член. Я прогнулся в спине, откинул голову назад и сказал ей чтоб она не останавливалась.

Она и не думала. Мой член стоял так, что я думал, еще чуть — чуть и он взорвется. Я сказал, что пришел мой черед. Освободился от ее члена, поставил ее раком, плюнул на ее анальной отверстие и, с силой, грубо и без подготовки, вогнал его, едва ли не по самые яйца. Она взревела, а я, не обращая внимания, в бешенном ритме, принялся насаживать ее попку как она недавно насаживала мою.

Одновременно с этим я снял с нее ее агрегат и надел его так, что он был чуть выше моего собственного. Я вышел из ее попки и пока колечко ануса не успело сомкнуться вставил в него дилдо, затем свой член я вставил ей во влагалище, которое было настолько мокрым, что туда можно было без проблем вогнать хоть бейсбольную биту.

Таким образом, она была насажена на два члена одновременно. Она не кричала, она выла, задыхалась, всхлипывала и снова выла. Через узкую перегородку я чувствовал своим членом тот, что был у нее в попке, и это усиливало ощущение. Руками я мял ее груди, теребил ее клитор, а время от времени наносил резкие, гулкие шлепки по ее заднице. От этого всего она находилась в каком — то полуобморочном состоянии, т.

Еще мгновение и я был готов. Я резко вышел, опрокинул ее на спину и придвинулся к ее лицу. Она широко открыла рот, готовясь принять мою сперму. Я кончал ей на лицо, на волосы, в рот, так, что она даже поперхнулась глотая. Спермы было так много, что я даже удивился, а она, лишь тяжело хрипя, подставляла рот под новые капли спермы, а руками размазывала их по лицу. Я лежал на кровати не в силах поверить, что это был не сон. Мой зад жутко болел, но вместе с тем я ощущал некое блаженство от того, что на некоторое время мы полностью отдались нашим чувствам, не думая о морали и принципах.

Она вышла из душа, прыгнула ко мне, поцеловала в щечку и сказала, все так же на ухо Надеюсь мы еще увидимся с Дианочкой! Итак я не мог успокоится. Я лихорадочно грезил о той срущей телки. Я день и ночь представлял как она срёт. И я решил выследить её. После месяца поисков я всё-таки вычислил её. Эта баба жила в соседнем доме. Я поставил пузырь дворнику и на следующий день полная информация о ней была у меня. Показать полностью… Звали её Света, она не замужем постоянного ёбыря не было.

Жила она одна в однокомнатной квартире — работала учительницей музыки в школе. Я решил подкатить к ней. Мой друг работал в той же школе физруком. Я напросился к ним на пьянку. Ну и весело там было, из мужиков — я, физрук и военрук.

Остальные бабы, пили ели и всё такое. К концу вечера все были в жопень. И мы пошли провожать баб. Я со Светкой уже вась вась, сосусь дело к постели. И тут она пьяным голосом говорит. Проводи меня до кустов, в туалет хочу. Я своему счастью не поверил — идем. Она задирает платье, спускает трусы и колготы и не стесняясь садится в позу орла. И тут такое началось, с диким пердежом она начинает срать, при этом болтает со мной. Я от неожиданности дар речи потерял. А она силит попукивает, под ней громадная куча образовалась, и тут я не выдержал и дал ей в рот.

И тут началось, я потом её трахнул раком над этой кучей. Теперь мы муж и жена, Светка постоянно срёт при мне. Ни повернуться, ни разогнуться! И так целый день. Блин, ну шеф урод! Знать бы, когда именно он засунет свой хер в эту дурацкую дырку — откусила бы наверно нафиг. Не, ну надо ж такое придумать, а?

Показать полностью… Надо бы тебя уволить, конечно, но я решил дать тебе последний шанс. Но придется поработать, в воспитательных, так сказать, целях, причем головой, хотя тебе этого и не дано. А сам ухмыляется, подлец! Ну и объяснил мне суть работы. Выбирай, говорит, либо увольнение с волчьим билетом, либо денек пососешь мужикам, да еще и премию потом выпишу. Где ж я, дура необразованная, еще потом работу найду за такие деньги Что то тут жарковато становится О — дверь хлопнула.

Черт, не видно ничего в эту дырку Ну чего думаешь, козел, давай, суй уже быстрее, пока никто не опередил. А то, чувствую, тут скоро очередь выстроится.

Ой, фуу, козел, ты хоть моешь его иногда? Меня же щас вырвет. Ну ладно, что делать Да не, еще нажалуется потом, гад, а шеф сказал, что если вдруг кто недоволен будет Ну еще бы не понравилось Мда-а, фуршет сегодня у меня еще тот. Ну все, вытаскивай, чо встал то тут, козел? По пятницам не подаю Конечно, сунул, кто ж откажется — все мужики — казлы! Я ща лопну со смеха, главное, в голос не заржать! Это что за прыщик? Может, ему его выдавить, чтоб, значит, не мучился?

Ну и что мне делать с этой закорючкой? Хули ж ты суешься то, импотент долбанный! Ну все, все, вали отсюда, чо встал то? Тебе не сюда, тебе к сексопатологу! Не, ну ты погляди, непонятливый попался, стоит там, мнется. Дернуть за него, что ли, чтоб дошло.

Ого, мысли прочитал, что ли, убрался наконец то Мама дорогая, вот это штука! Повезло мужику — еще б чуть чуть, и ему бы дырка в ящике маловата бы оказалась, чтоб пропихнуть. Просто мутант какой то! Черт, жалко, ящик маленький, а то б я ща другим бы местом изладилась, не каждый день такой хрен увидишь.

Вот кайф то наверно! Елки-палки, что ж ты, бля, делаешь то Я ж тока пальчиками успела дотронуться, а он как кончит! Да еще такой струей! Надо было у шефа спецодежду попросить, химзащиту какую-нибудь. Как я теперь домой то пойду Бля, как же я устала.

Когда ж наконец этот день то закончится? Тошнит уже от спермы. Ну, еще кто то зашел Ну, давай, давай, смелей, иди сюда Вот так вот просто поглядел, посмеялся, и прошел мимо???

Бля, ну почему в эту дурацкую дырку ничо не видно, кроме ботинок. Ааааа, обидно то как! Ну ладно, мужик, я тебя потом по ботинкам вычислю. Я за тебя замуж хочу!

Ну надо же — единственный настоящий мужчина во всем офисе, оказывается, среди толпы козлов, готовых сунуть ради похоти свой сраный стручок куда угодно, убогих дрочеров с мозгом в головке вместо головы. Нарожаю ему детей, и будем мы жить долго и счастливо, и помрем в один день Шеф вышел из-за стола, подошел к окну, и закурив, перевел удивленный взгляд на меня.

Как-то находясь на каникулах мама отправила меня пожить к своей тётке. Тётка была женщина 40 лет, выглядящая опрятно и ухожено. Она отличалась властным, сильным характером и видимо по этому не смотря на свой возраст была не за мужем. Меня она приняла без особых приветствий, завела в свою комнату, вкратце объяснила требования ко мне — ничего из её вещей не трогать руками, ничего не делать без её разрешения, всюду слушаться её.

Показать полностью… Я сказал что всё понял, но она продолжала повторять свои требования несколько раз, до тех пор пока я окончательно не дал ей слово что буду её слушаться. По началу все было нормально — тётя Таня меня кормила, давала посмотреть телевизор, почитать газеты, чтобы мне не было скучно. Но кормила она меня странно. Когда я садился за стол, она накладывала кашу, но не давала мне её есть самому, вместо этого она садилась сзади меня и сама ложкой брала кашу и клала мне её в рот.

И кормила она меня как маленького младенца. Мне было очень неловко от этого и сначала я сопротивлялся и говорил что не надо этого делать. На что тётя Таня, строго говорила, что я должен во всём её слушаться, так как давал на это обещание.

Деваться было некуда, в конце концов, подумал я, ведь этого никто не видит и не узнает о том что меня кормят как ребёнка. Весь вечер я читал какие-то журналы, стараясь не показывать виду, что я немного ошарашен недавним позорным для взрослого мальчика кормлением К вечеру я сказал что я опять голоден и неплохо было бы чего-нибудь перекусить.

На что тётя Таня сказала, что она сейчас всё устроит, но сначала мне нужно пройти в спальню. Я зашёл в спальню и увидел большую розовую кровать на которой были расстелены кружевные простыни и покрывала. Внезапно я почувствовал что тётя Таня подкравшись сзади подняла меня на руки. Я был совсем лёгким мальчиком и тёте Таня не составило труда держать меня на свои руках.

Не кричи Алёша, успокойся. Тётя Таня затем уложила меня на кровать, разместив меня на каких-то странных простынях. Когда я оказался уже практически обездвижен, я наконец догадался что это не простыни, а самые настоящие младенческие пелёнки. Это мысль повергла меня в ужас и я закричал чтобы тётя Таня отпустила меня, и начал пытаться вырваться из пелёнок. Но тётя Таня уже туго оборачивала мой кокон из пелёнок большой розовой лентой, фиксирующей пелёнки неподвижными, и завязывая ленту на несколько узлов, и затем завершив обвязывание большим розовым бантом.

Всё было бы ещё не так плохо, если бы я внезапно не заплакал, ещё больше укрепив своё сходство с беспомощным младенцем. В руках у тёти оказалась большая младенческая бутылочка с налитым в неё молоком и соской у горлышка бутылки. Эту соску тётя запихала мне в рот и приказала мне сосать молочко. Я понемногу начинал сосать соску. Тётя поглаживала меня по волосам, успокаивая, чтобы я больше не плакал.

Немного попив молочко я успокоился и слёзы прошли. Я подумал, что если никто не видит что я выгляжу как младенец кроме тёте Тани, то в этом ещё нет ничего страшного.

Эта мысль немного утешила меня и молоко я пил уже не особенно этому противясь. Когда я допил всё без остатка, тётя Таня высунула изо рта соску и спросила, нужно ли мне ещё добавки или я уже достаточно попил. Я ответил что не нужно.

Тогда тётя Таня подняла мой кокон из пелёнок на руки и покачала меня на своих руках как младенца. Затем она уложила меня в детскую кроватку которая стояла рядом с кроватью. Убедившись, что мне лежать в ней удобно, и поправив все складки у пелёнок, тётя Таня, достала из шкафа соску-пустышку без молока , засунула мне её в рот и сказала чтобы я постепенно засыпал. Соска прикреплялась резинкой к моей голове и выплюнуть по своему желанию я её не мог.

Поначалу я попытался вырваться из пелёнок, думая что как только уйдёт тётя мне это удастся. Но не тут было! Пелёнки были завёрнуты очень прочно и все мои попытки были полностью тщетны. Выплюнуть соску тоже не удавалось.

Поэтому поневоле приходилось её сосать. Я не понимал для чего тётя Таня со мной это делает, может быть это необычные способы её воспитания? В конце концов помаявшись с неудачными попытками вырваться, я закрыл глаза и заснул. На утро и проснулся от голоса тёти Тани: Я принесла тебе еду.

Кормление едой было совсем как у младенцев. Сначала как и вчера я попил свою порцию молочка из бутылочки с соской. Затем слегка приподняв мой кокон с пелёнками, тётя начала кормить меня кашей ложками из своей руки.

Поев кашу я был вновь погружён в детскую кроватку, а в рот была положена соска-пустышка. Есть то можно, а вот в туалет как сходить? Подумал я, когда мне захотел сходить в туалет по маленькому. Поскольку во рту я сосал соску, я не мог об этом сказать тёти, и вместо слов начал мычать и кричать. Тётя тут же заботливо вынула соску изо рта и спросила что случилось.

У тебя надеты хорошие памперсы не пропускающие влагу, — сказала улыбаясь тётя Таня и вновь засунула мне в рот соску, не давая даже ответить что либо.

Толстая Блондинка В Зелёных Трусиках Занялась Фейсситтингом, Насадившись На Лицо Своего Партнёра Смо

Утреннее тело неопытной блондинки - смотреть порно онлайн

Юморная Секс - История, Похожая На Сюжет Фильма «Служебный Роман», Случилась Между Бухгалтершей С Ог

Paradise Summer – Парадиз Самер – Маленькая Грудь У Блондинки Порно Звезда

Посмотреть Как Мамаш Большими Хуями Трахают

Большие Сиськи Домашнее Фото Порно

Анальная Ретро Подборка

Sheilla – Шейла – сексапильная блондинка, которая любит секс с переодеваниями порно звезда

Порно Смотреть Онлайн Бесплатно Мамки И Дочки

Красивая блондинка с большой грудью и сочной писечкой готова на все ради большого члена от первого л

Девушку-панка напоили мочой и дали пососать члены

Девуки С Самыми Большими Сиськами

Порно Скачки На Члене

Блондиночку Хорошенько Отшлепали По Ее Просьбе - Смотреть Порно Онлайн

Восемнадцатилетняя Кобыла Любит Прыгать На Членах

Девушки С Мужскими Членами

Брюнетка с большими сиськами - смотреть порно онлайн

Голая Блондинка Садится На Бутылку

Хорошенькая Черноволосая Студентка, Развлекается С Зрелым Мужчиной На Мягком Диване И Прыгает На Его

Порно Онлайн Блондинку Пикап

Порно Мамаша Помогла

Порно Длинных Сисек Зрелых

Девушка любит ласкать членчики - смотреть порно онлайн

Порно Бесплатно Лизать Зрелой

Негры Ебут Зрелых Смотреть Порно Онлайн

Двойное Член

Русское Порно Зрелых Крупно

Гермафродиты С Большими Членами Порно Бесплатно

Самые просматриваемые:

Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо
Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо
Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо
Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо

Напишите отзыв

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Nesar 02.01.2019
Крупный План Ххх
Toramar 05.09.2019
Щиплет Влагалище
Daigar 21.01.2019
Фильм Ы Порно Онлайн
Kazrajind 14.01.2019
Минет На Девичнике Видео
Kigar 20.11.2019
Сексуальный Наговор
Шикарная Болельщица Вылила На Свои Гениталии И Гениталии Парня Смазку, А Потом Присела На Его Большо

monpriv.ru